хотели изобразить румянец. Злющий взгляд, сильно взбитые вверх напудренные волосы непонятного серого оттенка, вульгарное ожерелье с огромными красными камнями на шее. Она словно спустилась с полотна Виже-Лебрен, похожая на даму предреволюционной Франции.
— Как хорошо, что ты пришла в себя, Сесиль! — вставила другая дама, стоявшая тут же.
Одета она была в скромное серое платье, без украшений и белый кружевной чепец на голове, походила скорее всего на камеристку или служанку.
Я же ощущала, что с каждым мигом мое тело наполняется силами, как будто в него вливалась жизненная энергия. Все больше и больше, и вот она уже заполнила меня всю. Я наконец пришла в себя и мое сознание прояснилось.
— Где я? — задала я вопрос.
Голос был не мой, какой-то тонкий и нежный.
— Что значит где, девчонка? В соборе святой Женевьевы! Как и полчаса назад! — процедила дама в каменьях.
— Мы отнесли тебя сюда, в дальнюю ризницу, милая, когда ты упала в обморок, — объяснила ласково вторая женщина. — Мадам Жоржетта, позвольте мне помочь ей.
Надменно кивнув, напудренная дама отступила на шаг, а приветливая служанка помогла мне сесть. Ее добрые карие глаза светились лаской, когда она смотрела на меня. Она была не стара, но седина уже тронула виски ее темных волос.
До того я оказывается лежала на длинной лавке, стоявшей у стены. Невольно оглядывая себя, я отметила, что была одета в светлое старомодное платье. Снова начала озираться по сторонам. Зачем я нахожусь в каком-то соборе и почему упала в обморок? Может мне стало нехорошо? Но у меня никогда не было проблем с дыханием. А уж в обморок я падала последний раз только в детстве, от голода в блокаду.
— Это ты избаловала ее, Манон! — обвинительно бросила дама Жоржетта. Она была одета в платье с кринолином, с большим вырезом и ажурные перчатки до локтя. — Говорила же Шарлю что не дело держать няню в доме так долго! А теперь посмотри, что она вытворяет перед всеми гостями!
Я же ничего не понимая, спросила недоуменно:
— Зачем я здесь, и вы кто такие?
После моих слов дама, оттолкнув Манон, подскочила ко мне и залепила мне звонкую пощечину. Я недоуменно схватилась за щеку. Ощутила, что моя кожа гладкая и нежная, как у младенца. Опять в удивлении замерла, почти тут же позабыв, что мне только что дали пощечину. Ведь мои мысли закружили в странном недоумении. Отчего у меня такая гладкая кожа?
— Прекрати немедля эту игру, дрянная девчонка! — прорычала дама мне в лицо. — Ты немедленно встанешь и пойдешь к алтарю. И выйдешь замуж, как и положено! Падре Крийо ждет уже полчаса чтобы обвенчать вас! Ты поняла? И больше не устроишь этот балаган!
Обвенчать меня? Я что невеста?
Опустив глаза, я уже тщательнее оглядела себя. И правда на мне был шелковый розовый наряд, вышитый по контуру лифа и рукавам жемчугом, плотная кружевная фата так же розового цвета падала мне на плечи.
Я и вправду была невестой! Вот почему я в каком-то соборе святой Женевьевы.
Мне стало дурно на венчании, и я упала в обморок, а эти две женщины перенесли меня в ризницу. Теперь все стало немного проясняться. Я подняла руку. Тонкие пальцы, изящная кисть. Она была не моя. Я начала ощупывать себя, снова осматривая. Тело было точно не мое. А принадлежало какой-то другой женщине, похоже молодой и стройной.
Две дамы недоуменно смотрели на меня, но мне было все равно. Я была в шоке, ничего не понимала.
Это был сон? Я сидела у окна в кресле и уснула, и сейчас мне всё это снилось? Скорее всего так. Днем я читала книгу о трех мушкетерах, и вот тебе эти дамы в старинных платьях передо мной.
Я начала щипать себя за руку и мне стало больно! Я не спала. Мотала головой, но не просыпалась. Меня охватил ужас и паника. Что происходит? Отчего я в этом молодом теле? Мне нельзя было волноваться, у меня же аритмия много лет, но я сильно взволновалась!
— Довольно, Сесиль! — процедила дама Жоржетта. — Ты очухалась, как я вижу. Вставай и пошли к алтарю! Няня Манон, помоги ей!
Приказала она и сунула мне в руки букет из фиалок и фрезий, такой нежный фиолетово-розовый.
Не могла я идти ни к какому алтарю! Потому что это не я! У меня даже слезы выступили на глазах от бессилия и непонимания.
— Можно мне зеркало? — взмолилась я.
— Зачем это еще?! — вспылила дама. — Гости и падре Крийо ждут уже полчаса! А ты собралась прихорашиваться?!
— Вот твоя сумочка, милая, — помогла мне няня Манон, открывая какую-то ажурную вещицу и доставая оттуда зеркало на ручке. Миниатюрное и красивое. Я взяла.
Когда я увидела свое отражение в зеркале мне стало по-настоящему нехорошо. На меня смотрела молоденькая девушка, блондинка лет восемнадцати с большими печальными глазами.
Меня замутило, и я покачнулась. Манон придержала меня.
— Ей опять плохо, — залепетала она.
У меня закружилась голова, так как я поняла, что эта бледная девушка с большими глазами цвета свежей листвы — это я и есть.
— Матушка, долго она будет еще притворяться? — раздался требовательный голос сбоку. — Я уже устал и хочу есть! И шампанского!
— Погоди, сынок, — отмахнулась от него дама Жоржетта.
Я перевела взор в дальний угол, и увидела молодого человека, одетого в дорогой светлый камзол, кюлоты, и галстук-жабо. В такую же старинную одежду, как и дамы. Он подпирал плечом стену. Страшного на лицо и невероятно худого. Его взгляд был такой же злой, как и у его мамаши, а губы сжаты в тонкую полоску. Лицо его было обезображено оспинами или какими-то прыщами. Меня даже передернуло.
Неужели это мой жених? А дама Жоржетта видимо будущая свекровь. Боже куда я попала?
И тут я осознала, что мы все говорим по-французски! Да-да именно на этом языке. Я изучала его в школе в детстве. Но не знала так хорошо, как сейчас. Но отчего то теперь я все отлично понимала, и говорила без затруднений. Словно это был мой родной язык, такой же как русский.
Глава 6
Дама снова зло зыркнула на меня, и огрела по плечу своим кружевным сложенным веером.
— Граф де Бриен будет в ярости! — заявила она недовольно. — Он уже полчаса ждёт у алтаря!
Надо же ждет. Если любит — подождет. Я ведь не специально попала в это тело.
— Мне нехорошо же…, — промямлила я бессвязно.
— Хватит притворяться! Вставай немедля! Нотан, скажи ей! —
