опять завопила Жоржетта, обращаясь к своему сыну. Но он молчал, лишь недовольно кусал губы, смотря на нас. Эта же фурия снова вспылила надо мной: — Ты хочешь, Сесиль, чтобы де Бриен отменил венчание?
Так… похоже этот неприятный хлыщ, сынок визгливой дамы, в дорогом камзоле, не мой жених. И Слава Богу! Я даже выдохнула с облегчением. А эта дама — моя мать? Раз так печется о моем будущем.
— А это можно? Отменить венчание? — неосознанно сорвалось с моих губ.
Как-то мне совсем не хотелось венчаться сейчас, когда я не понимала, что происходит. Хотелось бы понять — почему я оказалась в этом теле и вообще в каком-то другом времени и месте. Тем более я не видела и не знала жениха. Может он кривой и хромой?
Мне отчего-то казалось, что вот-вот я проснусь и снова очнусь в своем старом привычном теле, а все происходящее сейчас окажется только дурным сном.
— Что?! — вскрикнула дама и каменья на ее большой груди даже затряслись от ее негодования. Она тут же поддалась ко мне и дёрнула вверх, подняв на ноги. — Ты выйдешь за графа де Бриена! Это приказ, девчонка!
Дама выглядела так злобно-убедительно и угрожающе-реально, что я несчастно вздохнула. Похоже все же это был не сон, а странная реальность.
— Но я чувствую себя нехорошо, разве вы не видите? — попытались давить я на жалость и хоть немного выиграть время, чтобы освоиться здесь и в этом новом теле.
— Венчание будет, даже если мне придется тащить тебя за волосы к алтарю! Если граф разозлится, то он отменил наш уговор! Ты понимаешь, что тогда будет, Сесиль? Он потребует оплаты всех карточных долгов Нотана! И тогда мы будем разорены, а наше семейство — опозорено. Только это венчание может спасти наше положение! Я же тебе сто раз объясняла это, тупица!
Ах вот оно что! Значит сынок магеры весь в долгах и похоже мой женишок в уплату долга возжелал меня. Как мерзко и примитивно.
Интересно, девица в теле которой я сейчас находилась хоть немного любила своего будущего мужа? Или её вели к алтарю как овцу на заклание? Не удивлюсь если этот граф де Бриен стар и уродлив. А что, раньше такие браки были вполне обычным делом.
Возможно я бы сейчас встала и пошла к алтарю, чтобы спасти семью, но делать это ради этой мерзкой дамочки, которая обзывала меня тупицей и её противного сынка, я не горела желанием.
И перспектива разорения меня не пугала. Разоримся и что? Найду работу горничной или прислуги. Что тут делают бедные женщины в этом времени? Могла, наверное, белошвейкой работать. Я прекрасно умела шить и вышивать. Ничего, проживу. Я ведь молода и вроде здорова.
Я рассуждала уже вполне осознанно и здраво, окончательно пришла в себя от первого удивления и шока, оттого что оказалось в теле девицы Сесиль. Даже почти приняла мысль о том, что это не сон и я по-настоящему перенеслась в это тело. Главное теперь было понять и полюбить себя новую.
Потому я поднялась на ноги и с достоинством сказала:
— Я передумала. Выходить замуж за графа я не буду.
— Как?! — процедила дама и мне показалось, что её сейчас хватит удар.
Похоже прежняя Сесиль была покладистой и ведомой и подчинялась беспрекословно. Но я не успела додумать свою мысль, потому что мою щеку обожгла болезненная пощечина.
— Ах ты неблагодарная дрянь! — прошипела Жоржетта. — Я десять лет растила тебя, после смерти твоей матери! И ты так платишь мне за моё добро?!
Теперь стало понятно кто это такая. Мадам Жоржетта — моя мачеха. А на счёт десяти лет добра я тут же засомневалась. Ну не могла это визгливая фурия нести добро в мир. Я в это не верила. Скорее бы подумала, что все эти годы эта мадам мучила и принижала бедняжку Сесиль, и совсем не любила. Раз отдавала её замуж в уплату карточного долга, как какую-то ценную корову.
Интересно, а где мой отец? Почему мачеха занимается устройством моего будущего?
Тут же около нас оказался сынок мачехи.
— Матушка, позвольте я врежу ей пару раз хорошенько, как в прошлый раз? — он уже схватил меня за плечо рукой и жестко сжал его. — Не бойтесь, сделаю так, что синяков не будет. Но эта высокомерная гадина тут же станет шёлковой!
Хлыщ уж сжал кулак, а я немедля ударила его по руке, чтобы он отпустил меня. Отбежала от них на несколько шагов, испуганно моргая.
Так вот как они заставили Сесиль! Принуждали и били! Прекрасная семейка. Но я не Сесиль и не позволю себя унижать!
Глава 7
Мадам Жоржетта кровожадно оскалилась, обнажив гнилые темные зубы, которые контрастировали с ее яркой помадой и напудренным белым лицом. Я даже поморщилась от омерзения.
— Да, сынок, научи её как выполнять свой долг, — прошипела она, словно змея.
— Лучше выйдете с няней за дверь, — велел Нотан. — А то вам станет жаль её!
— Мы за дверью подождем. Только не испорти её платье. Мы должны продать его потом! Пошли со мной, Манон! — окликнула она служанку.
— Но как же, госпожа? — испуганно залепетала няня. Я видела, что она очень переживает за меня. — Может не надо так с девочкой? Я могу поговорить с Сесиль. Она послушает меня.
— Выходи! — процедила мачеха и почти вытолкала Манон за дверь.
Когда дверь захлопнулась за женщинами, и мы остались с Нотаном одни, я невольно отошла от него, видя его угрожающий злющий взгляд и создавая некоторое расстояние между нами.
В следующую минуту этот надушенный хлыщ сделал ко мне два быстрых шага и ударил меня в грудь кулаком. И довольно сильно. Не ожидая подобного, я застонала. Чуть согнулась, закашлялась от дикой боли, пронзившей мое тело.
Он действительно собирался причинить мне физический вред. До последнего я думала, что они со своей мамашей блефуют и только пугают меня. Но нет, этот поддонок реально решил избить бедную Сесиль, чтобы заставить её подчиняться.
Едва восстановив дыхание, я инстинктивно попятилась от него. Лихорадочно думала, что мне делать? Поглядывала за спину Нотана, на дверь и прикидывала свои силы. А если оттолкнуть его и попытаться убежать? Дверь была не заперта.
Он наступал, тесня меня в дальний угол, пока я не уперлась спиной в стену. Он снова сжал кулак, его глаза лихорадочно блестели, а кривой оскал зверя на лице не предвещал ничего хорошего. Он был омерзителен, казался мне демоном во плоти, только облаченный в
