А ему стало скучно.
Петенька, он же Аркаша, он же овцесобака, смотрел на меня так, что стало ясно - спорить с его хозяйкой, да и с ним самим - занятие неблагодарное. А вот отыскать Цветкову, пока она не отыскала нас, и вручить ей ребенка - очень даже наоборот.
- Придется вернуть вас с Петенькой обратно маме, - сказал я, на что Машенька тут же закивала.
- Мне уже жалко ее, - сообщила девочка.
- Вот и мне. Так что пошли.
Удобнее перехватив Машу, я понес ее за пределы кабинета на поиски той, кого так отчаянно хотел видеть последние несколько лет.
- Маша! Машенька! Господи! Нашлась! - бросилась ко мне Алина, стоило только нам с ее дочерью сделать с десяток шагов.
Цветкова появилась словно из ниоткуда. Растрепанная, взволнованная, но все такая же прекрасная, как и почти шесть лет назад. На меня она не смотрела, просто выхватила дочку из моих рук и, прикрыв глаза, прижала к себе так крепко, что Маша даже охнула.
Я же смиренно стоял и ждал, заодно жадно рассматривая Цветкову. Она окончательно расцвела, превратившись в соблазнительную, роскошную женщину, породу которой было не скрыть даже под вполне себе унылой офисной одеждой. И «интересности» в нужных местах стали уж очень аппетитными. Я (ну и не только я) живо вспомнил обстоятельства нашей ночи. На что «не только я» отреагировал весьма бурно. Если так дело пойдет и дальше, срочно придется скрываться с места преступления. Потому я решил действовать на опережение, превратившись в непокобелимого начальника.
- Кодексом, установленным в моем офисе, запрещено приводить детей на рабочее место, - строго проговорил я.
Пять баллов, Лавров! Цветкова и так от тебя скрывалась годами, чему могли позавидовать лучшие шпионы мира, а тут ты, едва обретя искомое, сразу сделал все, чтобы побег повторился!
На меня уставились три пары глаз - Машенькины с осуждением. Петенькины - остекленевши. А вот Алинины…
- Боже мой! - то ли восхитилась, то ли ужаснулась она, округлив вышеозначенный парный орган. Речь о глазах, конечно.
Я растянул губы в довольной улыбке. Узнала!
- Очень рад, что оставил у тебя настолько незабываемые впечатления, но нет… Всего лишь твой босс. Снова, - сообщил я остолбеневшей Цветковой.
- Этот дядя меня нашел! Я случайно перепутала туалет с его кабинетом, - вступила в сцену, угрожавшую стать немой, Машенька.
- Кстати, я так тебе и не представился. Дядя Костя, - сообщил я девочке, протянув ей руку.
Маша степенно ее пожала, правда, после некоторого раздумья. Как будто ей нужно было решить, стоит ли заходить так далеко в знакомстве со мной, или это опасно для маминой карьеры. Петеньке пришлось пожать конечность тоже. Я прям чувствовал, что это окончательно настроит мосты между мною и Машей.
Кстати, надо будет выяснить, где ее отец. И разузнать, почему он, черт бы все побрал, не смог обеспечить ребенку няню на то время, пока родители Маши работают?! Ну, и заодно посмотреть, у кого отбивать Цветкову.
Я поморщился собственным мыслям - докатился! Собираюсь лишить ребенка отца! Ладно, с этим разберемся позже.
- С-с-спасибо, - наконец, отмерла Алина.
Ну, конечно, видимо, стоит и не может понять, как так ее угораздило вновь оказаться в моей фирме и не знать, что она принадлежит мне. Это, кстати, объяснялось просто. Как раз аккурат после ее побега мы с моим заклятым другом Малиновским Артуром Михайловичем поделили наше детище, которое организовали с десяток лет назад. Причем поделили путем кровопролитных юридических войн. И вот теперь весьма комфортно существовали отдельно друг от друга. Каждый переименовал то, что раньше называлось «ООО. Гектор». Артур, вроде как, даже свалил куда-то из города, решив попытать счастья в другом месте. А я вот перебрался в центр - поближе к клиентам и большим бабкам.
- Не за что, - улыбнулся я Цветковой. - И раз семья снова вместе, - сказал и вдруг у Алины сделалось такое выражение лица, что я понял - она снова на грани побега! - И раз семья снова вместе, предлагаю это отметить, выпив по чашке кофе в ресторанчике внизу.
- Я не пью кофе, - тут же отозвалась Машенька. - Но мы с Петенькой любим какао с зефирками!
Только я собрался заверить, что у них будет самый лучший какао с самыми большими в мире зефирками, как Цветкова отмерла второй раз:
- Мы не едим после трех! И не пьем тоже! Спасибо еще раз! - протараторила она и, повернувшись, умчалась.
Умчалась от Лаврова Константина! От своего босса! Второй раз оставляя меня глотать пыль - на этот раз из-под копыт Петеньки.
- Мое предложение будет в силе и завтра до трех! Как только придешь на работу - сразу ко мне и в ресторан! - крикнул я в спину удаляющейся Алины, с рук которой мне махала Машенька.
И эту тираду наверняка слышал весь офис…
- Эх, Маша, Маша… - бормотала я расстроенно, уводя дочь куда подальше от несшихся нам вдогонку криков моего старо-нового, как выяснилось, начальника.
Ну вот и что мне теперь делать? Увольняться и снова пускаться в бега? Или смириться с невыносимой реальностью? Нет, так я точно не смогу жить! Да и Лавров все поймет - рано или поздно.
- Я не виновата, - шмыгнула носом дочь, видимо, восприняв мое напряженное молчание на свой счет. - Это все Петенька… он не хотел рисовать… ему стало скучнооо…
Я тайком вздохнула. Бедный Петенька! На него сваливались все смертные грехи, и хорошо еще, что этот тюлень-монстр был всего лишь игрушкой, иначе бы давно сгорел от стыда за
