Несколько женщин постарше ухмыльнулись и толкнули локтями в бок своих мужей. Мужчины в ответ что-то пробурчали.
Клариса улыбалась им. Она всегда им улыбалась. Несмотря ни на что. И часто добивалась от них ответной улыбки.
– Что вы продаете, мисс? – спросила полногрудая молодка.
– Счастье, – не задумываясь ответила Клариса.
– Счастье можно купить и в пабе, – сказал пышущий здоровьем молодой человек. Грязная, плохо сшитая одежда свидетельствовала о том, что он холостяк. Он подталкивал локтями своих друзей и громко хохотал, но под пристальным и серьезным взглядом Кларисы как-то сник и покраснел.
– Вы в самом деле можете купить счастье в пабе? – обратилась Клариса к юноше и его друзьям. – И когда проснетесь утром е мерзким привкусом во рту в холодной одинокой постели, придите ко мне и скажите, что счастливы, чтобы и я могла посмеяться.
Клариса устремила взгляд к хорошенькой девушке с полуоткрытым свежим ртом, которая понимающе кивнула в ответ, не сводя глаз с Кларисы.
Теперь, когда первая недоброжелательная реплика была успешно парирована, Кларисе предстояло закрепить успех.
– «Кто ты такая, – спросите вы, – чтобы заявлять, что способна решить наши сердечные проблемы?» Меня зовут принцесса Клариса.
Джентльмен лет тридцати шел к платформе. На губах у него играла ленивая недоверчивая усмешка. При виде его Клариса забыла о том, что делает. Она расправила плечи и натянулась как струна. Она смотрела на идущего к ней господина во все глаза. Стоя на этой импровизированной сцене, она забыла роль и понимала, чувствовала лишь одно: этот мужчина смотрел на нее так, словно хотел вывернуть наизнанку ее душу.
Клариса привыкла к вниманию. Внимание толпы было главной составляющей ее успеха, и все, что она говорила, ее одежда, жесты, улыбки – все служило достижению этой цели.
Но этот мужчина не был просто одним из многоликой толпы. Он отличался от всех прочих. Одежда на нем была простой и удобной, но скроена лучше и ткань побогаче. Клариса решила, что перед ней богатый фермер, возможно из мелкопоместных дворян. Или купец из Эдинбурга. Он возвышался над толпой по меньшей мере дюйма на три из-за огромного роста, и во всем его облике ощущалось сильнейшее мужское начало, бросавшее вызов всему, что составляло женское начало в ней, Кларисе. Волосы у него были черными как вороново крыло, поглощая даже яркий свет солнца и трансформируя его в сполохи серебра. У него было лицо человека, много повидавшего на своем веку. Орлиный нос, крепкие скулы и глаза. О, эти глаза!
Клариса попыталась отвести взгляд, но не смогла.
О его глазах можно сочинять стихи. Ясные, ослепительно синие, как королевские сапфиры, оправленные в золото, эти глаза читали в ее душе, самонадеянно сообщая о том, что их обладатель знает, как доставить женщине удовольствие, и будет применять это знание безжалостно, снова и снова, пока силы не оставят его или ее или пока оба не воспламенятся от страсти.
Такое внимание Кларисе не нравилось. Борьба с подобным искушением не входила в ее планы, лишь осложняла задачу. Она никогда не позволяла себе кокетничать или флиртовать, что свойственно ее ровесницам. Она не смела. И поэтому решила держаться подальше от этого красавца.
С трудом оторвав от него взгляд, Клариса продолжила:
– Да, я одна из пропавших принцесс. Моей страны больше нет, моя семья рассеяна по миру, но я не могу уклоняться от того, что мне предначертано. А знаете ли вы, добрые люди Фрея-Крагс, что предначертано мне судьбой?
Уже почти пять лет, как Клариса занималась этим, и она безошибочно угадала момент, когда несколько самых неискушенных зрителей попали в расставленную ею ловушку.
– Принцесса рождается на свет, воспитывается и живет ради одной-единственной цели – чтобы поймать принца.
По толпе прокатилась волна веселья. Клариса увидела улыбки на лицах. Безобразные циничные усмешки тех, кто постарше и поопытнее. Стыдливые, порой обескураженные улыбки невинных. Улыбки слабой, несмелой надежды. Улыбки, выдающие любопытство.
– Могу я помочь вам поймать принца? – Она подошла к краю помоста и понизила голос до театрального шепота: – Говоря по правде, принцессы в наши дни стали редкостью.
Все удивились, но еще больше развеселились.
– Однако в то время, когда я была совсем еще маленькой девочкой, мне сказали, что я должна найти принца и выйти за него замуж. Только принца, другой мужчина мне не подходит… Но поскольку принца днем с огнем не сыщешь, я должна обратить свой талант на пользу других и помочь вам поймать вашего принца. Леди, в этих сумках, – Клариса указала на седельные сумки, лежавшие на помосте, – находятся королевские тайны всего мира, я вынуждена взимать за них плату. – В голосе ее прозвучала печаль. – Принцессам в изгнании тоже надо что-то есть. – Голос ее окреп. – Но я честно зарабатываю на хлеб и даю гарантии. – Она всех купила.
Ну, пусть не всех. Почти всех. Несколько человек стояли, скрестив руки на груди. Красивая женщина у дверей в пивную. Низенький мужчина средних лет с жадными глазками и громадным топором на плече. Высокая хмурая дама с округлыми плечами. Чего ждать от этих людей, неприятностей? Или именно они помогут ей распродать товар?
Джентльмен с гипнотическим взглядом наблюдал за ней, явно забавляясь зрелищем. Он был для нее серой лошадкой. Она не знала, чего от него ждать. И все же он казался ей смутно знакомым, то ли она видела его во сне, а может, в несбывшихся мечтах.
Он ей не нравился.
Но она сделала все, чтобы забыть о нем хотя бы на время, и улыбнулась, приглашая народ вступить в диалог.
– У вас бойкий язык, скажу я вам. Но давайте посмотрим, что вы умеете делать.
Из толпы крикнул коротышка:
– Да ничего она не умеет! Только болтает!
Печального вида дама ничего не сказала, но отошла подальше от помоста, мол, с меня хватит.
– Не умею? – Взгляд Кларисы остановился на невзрачной белошвейке, стоявшей рядом с помостом. – Как вас зовут, мисс?
Белошвейка огляделась, словно Клариса обратилась не к ней, а к кому-то еще.
– Меня?
– Не скромничайте, – уговаривала ее Клариса. – Скажите нам ваше имя.
– Я… я Эми Розабел.
– Подойдите ко мне, мисс Розабел.
Мисс Розабел опустила голову и стыдливо замотала головой.
Кларису это не устраивало. Обращаясь к толпе, она сказала:
– Ну же; добрые люди, попросим юную леди выйти сюда. – Несколько девушек и юношей захлопали, в ладоши, приглашая Эми выйти на помост.
Она неохотно забралась наверх и встала рядом с Кларисой. Эми была на пару дюймов выше Кларисы, но так горбилась, что казалась ниже. Темные волосы ее были зачесаны назад и туго стянуты в узел, привлекая взгляд к длинному узкому носу и острому подбородку. Под глазами у девушки легли темные тени, а цвет лица был изжелта-бледным. Платье из коричневой шерсти совсем ей не шло.
