быстро куда-то испарились. Судя по тому, как Леон кого-то выглядывал в толпе, я догадалась, что и он задерживаться рядом со мной не собирается. Получается, я стала для ребят пусть и пафосным, но все-таки трансфером до места назначения. Использовали меня не впервые. В детстве к нам часто напрашивались в гости одноклассники, а иногда и их родители, чтобы посмотреть, как живут известные актриса и продюсер. В то время карьера моих родителей только набирала обороты, и мама говорила, что интерес к нам со стороны знакомых неминуем. Всех интересовала не я, а моя звездная семья, а кого-то – пропуск в светскую тусовку; в школьные годы я с этим быстро смирилась. Но в этот раз не собиралась быстро сдаваться. Леон – первый парень, который мне понравился, и я не могла допустить, чтобы он задел мое самолюбие. Меня уязвил разговор о Кате Благовой, и внутри остро засвербила то ли ревность, то ли обида. Пока Леон тоже от меня не сбежал, я привстала на цыпочки и шепнула ему на ухо:
– На самом показе мы сидим вместе. У нас третий ряд, седьмое и восьмое места.
Внутренний голос в этот момент прокричал мне: «Отойди от него! Не навязывайся. Веди себя достойно!» Спасибо тебе, разум, но с влюбившимся сердцем я ничего не могла поделать. Даже сейчас мне доставляло огромное удовольствие стоять рядом с Леоном и вдыхать запах его дорогого парфюма. Мимолетные знаки внимания в такси будоражили мое воображение, и за короткий путь до кинотеатра я уже успела нафантазировать себе, как мы будем вместе до гробовой доски. Однако Леон разрушил мои воздушные замки и мягко произнес:
– Тогда, может, встретимся в зале? Ты не возражаешь, если я отойду и немного осмотрюсь?
Что на такое ответишь? «Нет, я возражаю!»? Вцепиться в руку парня и, как верный пес, следовать за ним по пятам весь вечер, а во время фуршета заглядывать в рот…
– Конечно, еще увидимся, – улыбнулась я, надеясь, что со стороны не напоминаю Гарольда, скрывающего боль.
Леон слишком быстро скрылся в толпе. В большом нарядном фойе кинотеатра вспыхивали фотокамеры, слышались заразительный смех и увлеченные разговоры. Издалека я заметила, как у одной из белых колонн Мила, Ника и Паша, кривляясь и пританцовывая, снимали видео на телефон при помощи селфи-палки. Я тяжело вздохнула и пошла к залу. Дождусь начала сеанса на широком подоконнике, в уголочке. Однако, подойдя к намеченному местечку, я обнаружила, что не одна решила отсидеться: подоконник уже занял Вячеслав – мамин агент. Все знали, что он давно тайно влюблен в мою маму, хоть и моложе ее на целых двенадцать лет. Правда, мама усиленно делала вид, что не замечает Славиной тоски по ней, между ними были исключительно рабочие отношения.
– Привет! Не возражаешь, если я сяду рядом? – смущенно спросила я. Возвращаться назад как-то глупо. Но из-за того, что я в курсе чувств Славы к маме, мне неловко с ним общаться.
– Конечно, – улыбнулся Слава.
Его серые глаза с пушистыми ресницами были привычно грустными. Вне деловых коммуникаций Слава выступал Рыцарем печального образа: мечтательный, мягкий и немного загадочный. Но свою работу Слава делал превосходно – последние пару лет мама после затишья снова была на пике популярности: получала главные роли в громких проектах, рекламные контракты и фотосессии. Да, безусловный талант и красота моей мамы, но еще и огромная заслуга Вячеслава.
– Как здесь шампанское? – не зная, как лучше начать непринужденный разговор, кивнула я на бокал в руках Славы.
– Сносное. Тебя угостить?
– Ой, нет, что ты! – поморщилась я. – Завтра с утра на пары.
Я попыталась отыскать глазами одногруппников, но никого из них в фойе не обнаружила.
– Как дела в универе? – спросил Слава.
Обычно его не особо интересовала моя жизнь. Если честно, я вообще не припомню ни одного нашего разговора по душам. И сейчас мне вдруг показалось, что он поддерживает беседу не просто так. В чем дело?
– Сойдет, – кивнула я. – Закрыла сессию, исправно хожу на пары и впитываю, как губка, новые знания.
Слава слушал меня и кивал, явно из вежливости, – особого интереса к моей успеваемости он не испытывал. Когда я закончила фразу, Слава задал вопрос, который его на самом деле волновал:
– Тебе не кажется, что с Дианой происходит что-то странное?
Я растерялась.
– Странное? С мамой? Что ты имеешь в виду?
В последнее время, впрочем как и обычно, мама пропадала на съемках, и мы практически не общались. Уже сложно припомнить, когда мы проводили время вместе, ведь Диана всегда чем-то занята. Славе виднее, случилось ли у мамы что-то неординарное.
– Диана будто чего-то боится, – понизив голос, сказал Слава.
– Наверное, волнуется из-за премьеры, – предположила я.
Постаралась припомнить что-то странное в поведении мамы, но при мне она вела себя обычно и ничего не боялась.
– Это не первая ее премьера в жизни, – покачал головой Слава, – здесь что-то другое.
– Да, но роль-то неоднозначная. Мама впервые играет отрицательного персонажа. Еще и убийцу… Неясно, как примут этот проект фанаты.
– Думаешь? – засомневался Слава.
– Уверена, – поспешила я успокоить маминого агента. – Дома она ведет себя обыкновенно, поэтому, скорее всего, ее волнения точно связаны с этим проектом. Еще и в театре работы навалилось, тебе ли не знать. Сейчас отгремит премьера, пройдут первые показы, выйдут рецензии критиков, и мама снова станет собой. На некоторое время.
– Хорошо бы… А то впереди еще один важный проект.
– А что за проект? – заинтересовалась я.
Мама мне об этом ничего не говорила, хотя обычно рассказывала обо всех предложениях.
– Ты не в курсе? – искренне удивился Слава, и почему-то его взгляд снова показался мне напуганным.
– Ну-у как видишь… – Я развела руками. – Это что-то серьезное?
– За такую роль другие актрисы могли бы голову Диане отгрызть, – серьезно произнес Слава.
– А что за роль-то?..
Слава смерил меня каким-то загадочным взглядом и неуверенно произнес:
– Если Диана сама тебе не рассказала, то, видимо, еще не время.
Странный разговор и таинственная роль поселили во мне легкую тревогу. В этот момент распахнулись двери кинозала и мы вместе с толпой направились внутрь. Теперь моя недавняя тревога перешла в страшное волнение за маму. Сейчас она со всей командой поднимется на сцену и произнесет речь. Я знала, что мама не стушуется и, как это часто бывает, затмит всех. Зрители будут смотреть только на нее, ведь мама всегда притягивает к себе внимание. В этом ее женская магия. Вот уже несколько лет мама попадает в рейтинги самых красивых женщин нашей страны и не сходит с обложек глянцевых журналов. И нет ничего
