вздохнула и переменила тему:
– Расскажи лучше о себе, как ты? Что ты? Уж, наверное, замужем красавица такая?
Пришла моя очередь вздыхать, и я как могла кратко, не сильно вдаваясь в подробности, рассказала Лидии незамысловатую историю своей жизни.
– Не замужем, детей нет, – закончила я.
– Не велика беда! – всплеснула руками Лидия, – какие твои годы! Все будет, девочка! Все будет! У нас в деревне знаешь женихи какие, – заговорщицки подмигнула соседка.
Я улыбнулась и поспешила закрыть слишком личную и болезненную для меня тему. Тем более что деревенские женихи в мои планы точно не входили.
– А расскажите мне лучше о Клавдии. Вы же, наверное, ее хорошо знали?
Лидия тут же посерьезнела:
– Ой милая, да какой там! Клавдию никто толком не знал! Она с нами дружбы никогда не водила!
Из разговора выяснилось, что в деревне Клавдию не то, что не любили, скорее, не понимали. Всегда угрюмая, необщительная, при встрече только сдержанно кивала в знак приветствия. Она не останавливалась поболтать с соседками, не участвовала в деревенских сплетнях и спорах. Жила закрыто и уединенно, насколько это возможно в таком небольшом сообществе. Но, разумеется, многие подробности ее жизни были всем известны.
– С Клавдией Николаевной всю жизнь бок о бок соседствуем, с Верой, матерью твоей, за одной партой сидели. Я знала, что они поссорились, Вера уехала и с тех пор ни разу в Савино не возвращалась. Клавдия после ее отъезда совсем замкнулась, но я все равно к ней заглядывала время от времени. А как здоровье ее стало подводить, приходила каждый день. То приберу, то продукты принесу, иногда что-то приготовлю. Она, конечно, сильно возражала, но пожилой же человек, одна без помощи! Как можно? Так и нашла ее, когда инфаркт у нее случился. Вызвала скорую, в больницу с ней поехала. Ты уж прости, что тебе не сообщили, но тут никто не знал, как с тобой связаться. Только вот после похорон выяснилось, что у нотариуса номер телефона твой был.
Я видела, что Лидия искренне сожалеет, что мне не удалось проститься с бабушкой, поэтому попыталась хоть как-то ее успокоить:
– Лидия, я все понимаю. Петр Алексеевич сказал, что у Клавдии Николаевны были четкие распоряжения на случай ее смерти, и, что самое интересное, она хотела, чтобы мне об этом сообщили только после ее похорон.
– Наверное, не хотела тебя обременять лишними заботами. Все предусмотрела. А ты мне лучше скажи, – Лидия снова сменила тему, – что с домом делать планируешь? Останешься у нас или продашь?
Несмотря на то, что я размышляла над этим последние три дня, ответа на вопрос так и не было, поэтому я просто ответила:
– Пока останусь, а там видно будет.
– Ну хорошо, я думаю, тебе у нас понравится, – с улыбкой заметила хозяйка.
Глава 2
Участок, отделенный покосившимся штакетником, разительно отличался от современного ухоженного дома Лидии. Дом Клавдии был каменным, судя по кладке и арочным окнам, еще дореволюционной постройки. Спереди было кованое крыльцо, настолько заросшее каким–то вьющимся растением, что сквозь сплетение его побегов едва можно было разглядеть дверь. Кое-где с фасада осыпалась штукатурка, обнажая кирпичный скелет здания. Сквозь пыльные окна внутрь едва проникал солнечный свет, дом казался заброшенным и неприветливым.
Чтобы добраться до крыльца, пришлось продираться сквозь высохшие заросли сорняков, которые заполонили весь двор и щетинились острыми иглами, преграждая дорогу каждому, кто решился проникнуть в дом.
– Какой… необычный дом, – сказала я, стараясь подобрать наиболее нейтральное слово, дабы не выдать своего разочарования. Я, конечно, ожидала увидеть заброшенную избу, но этот дом отчего-то пугал.
– Да, – согласилась соседка, – но ты не смотри, что он такой заброшенный. Само здание было построено еще в девятнадцатом веке, и раньше относилось к церковному приходу. С момента постройки храма здесь жил священник с семьей. В некотором роде, это настоящий памятник архитектуры.
Мы обошли дом и сквозь спутанные ветви одичавшего сада я разглядела церковь на другом берегу пруда, к которому от дома Клавдии вела шаткая деревяная лесенка.
– Если спуститься к пруду, видна будет старая усадьба. Но лестница совсем плохая, так что будь осторожнее.
Я заверила Лидию, что сломать шею не входит в мои планы, она рассмеялась и мы двинулись дальше. Сбоку к дому была пристроена большая застекленная веранда. От времени она покосилась, некоторые стекла были выбиты, какие–то покрылись сеткой трещин, деревянные ступеньки прогнили и провалились. Наверное, никто много лет уже не пользовался этой частью дома, и она явно нуждалась в капитальном ремонте.
Мы вернулись к крыльцу, и Лидия уверенно вставила в замочную скважину ключ. Он повернулся с трудом, соседке пришлось навалиться на дверь плечом, чтобы услышать заветный щелчок открывающегося замка.
– Попрошу Егора зайти смазать, иначе так и будешь с этим старым замком мучиться.
Я в очередной раз поблагодарила ее за заботу, а она, ставшим уже привычным жестом, от меня отмахнулась.
– Анют, ты не стесняйся, ко мне можешь всегда обратиться. И вообще, если страшно одной в доме оставаться, можешь пожить у меня. Места всем хватит.
– Ой, нет, что вы! Спасибо большое за приглашение, но я лучше здесь останусь, не хочу вас обременять еще больше. Вы и так столько для меня сделали!
– Да не выдумывай! Я только рада буду компании! А Клавдии дом всю зиму стоял нетопленный, весь отсырел небось. Но пойдем, сама все увидишь.
Дверь со скрипом отворилась, и мы вошли в дом. На нас пахнуло спертым застоявшимся воздухом и сыростью. Внутри ощущение запустения и заброшенности только усилилось. В темных углах клубилась пыль, сквозняки щекотали затылок и ледяной змейкой вились по ногам.
Клавдия умерла три месяца назад, но дом выглядел так, будто простоял заброшенным не одно десятилетие.
Внутри он оказался довольно большим, и комнаты могли быть просторными и светлыми, если бы не огромное количество разномастной мебели и тяжелые пыльные шторы, поглощавшие дневной свет.
Мы обошли все комнаты, около одной Лидия остановилась, подергала дверь и с удивлением обнаружила, что та заперта. У входа я приметила связку ключей, возможно, один из них отпирает эту дверь, но с этим можно разобраться позднее. Гораздо важнее было узнать, как пользоваться газовым котлом, где находится бойлер и включается вода. Лидия еще несколько раз предложила пожить у нее, но в очередной раз убедившись, что я не испугалась запустения старого дома, оставила меня осматривать его в одиночестве.
Мне было не привыкать жить в чужих домах и пусть этот сильно отличается от жилья, к которому я привыкла, пара дней
