class="p1">Ведь чуть не зарубил он сына.
Свет тут же мною был погашен.
Где-то там завыла псина.
Глава 2
Горел огонь, вода кипела.
Лола не могла усесться.
Мать, Зарин, как рысь, смотрела,
От взгляда никуда не деться.
Отец мой, Фарес, делал чай.
Что-что, а это он любил,
Он так отдыхал, считай.
Он, как бог, его варил.
– Ты раньше бы спросил, кто там,
А не махал бы топором.
– Скажи спасибо тем гостям,
Что ходят ночью за двором.
Это началось недавно,
Рыщут, задают вопросы.
Достали местных они славно,
Плетут из нервов наших косы.
– Что за вопросы задают? -
Перебив, спросила Лола.-
Ведь не просто так снуют.
Подняла чаинку с пола,
Не трогая ее руками.
Фарес сделал шаг назад,
Стоял с широкими глазами,
Бормоча всё невпопад.
– Она владыка! Конг, ты знал?
– Её Мир – Ветер. Да, я знаю.
– Чего ты сразу не сказал?
– Рассеян я, уже зеваю.
– Ты просто нам сказал 'подруга'!
– Она учитель из Кирграда,
Что я жив, её заслуга.
Нас ждала тогда засада,
Владыка вёл нас на убой.
Помнишь? Тот владыка Аром,
Он был связан с гадкой Тьмой.
Поход был ужасом, кошмаром.
Если бы не меч Кабраза…
Кстати, где он? Как он сам?
Не вспоминал меня ни разу?
Отец прижал кувшин к губам.
– Погиб старик, сердечко стало,
По-моему, на тот же день.
Зато тело не страдало.
Чидар лелеет его тень.
– Без меча, – сказала Лола, -
Конг, ты тоже не жилец.
Это изучила школа.
Ты должен знать ещё, кузнец…
Да, я вижу, ты кузнец,
Видно по твоим плечам.
Присмотрись, ведь твой юнец
Владыка Мира Света сам.
Герой битвы при Сорзуле.
Король лично наградил.
Мать заёрзала на стуле,
Отец чай на стол пролил.
– Конг? Ты? Но мы бы знали!
– Лишь владыка то поймёт.
Мы впервые потеряли
Того, кто дар в себе несёт.
– Покажи! – просил отец.
Свет не заставил долго ждать.
Я сделал несколько колец
И пустил их в дом летать.
Всех ворожил их плавный ход,
Даже Лола замерла.
А я водил их взад, вперёд,
Погасил их у стола.
– Мы отвлеклись, ты говорил,
Что в деревне кто-то есть, –
Я папу своего спросил.
– Не самая благая весть.
Людям страшно, понимаешь?
Пропала парочка семей.
Когда знакомых вдруг теряешь
И больше нет от них вестей,
Это не даёт покоя.
Они грубые такие.
Рыщут в основном лишь двое,
Но, я видел, есть другие.
Лола мягко перебила:
– Конг, смотри, свеча как пляшет.
Чувствуется чья-то сила,
Пламя будто бы нам машет.
И, правда, ёрзал огонёк,
Казалось, что он был живой,
Шпионил красный язычок.
– Кто-то слышит нас с тобой.
– Ещё бы, ты ведь так орала!
Не угодил ей мой сарай!
– Вокруг огня я щит создала,
Я ищу их, не мешай.
– Что? – спросил отец. – Ищет,
Сидя на кухонном стуле?
– Чувствуешь, как ветер рыщет?
Она так делала в Сорзуле.
Весь воздух для неё – картина,
Лишь расстояние предел.
– Возле дома есть мужчина,
Он посохом в руках вертел.
Чуть дальше группа из людей.
О, ещё одна за домом.
Чидар, бедняжек пожалей.
Слюна в горле встала комом.
– Наконец-то есть работа,
Ты, как знал, меня привёл,
Родители – твоя забота.
Живчик прыгнул вдруг на стол.
Мама начала кричать!
Но Лола, вскинув свою руку,
Заставила её молчать:
Рот открыт, но нету звука.
Ящер злобно зарычал,
Размером с пса он стал в пороге
И странно заскулил в тревоге.
Вспыхнула стена, и пламя
Перешло на потолок.
Дом сгорит, его не станет,
Будет только уголёк.
Мой белый друг разбил окно,
И скрылся он во тьме ночной.
Лоле было всё равно,
Она подняла посох свой,
И прогремело 'Arte' громко.
Стало легче всем дышать.
Всё горело, как соломка,
Такое пламя не унять.
– Они точно ждут у входа,
Придётся прорываться силой,
Нам поможет непогода,
Я на время нас прикрыла.
Все кивнули, началось!
Первой выскочила Лола,
Что-то эхом пронеслось.
Крыльцо сразу раскололо!
Следом прыгнул мой отец,
За ним вплотную вышла мать.
Пламя съело дом вконец.
Я едва успел сбежать.
Две группы плотно наседали,
Лола их едва держала.
Они, и правда, нас здесь ждали.
Но две группы – это мало.
Искры, ветер в нас летели,
Но щит подруги был силён –
Нас ни разу не задели.
Сквозь шум услышал чей-то стон.
Живчик снёс легко врага
(Одна группа развалилась),
И вновь спрятался в снега,
Чешуя из виду скрылась.
Вертели в страхе головой
Неприятели впустую.
Ящера дурманил бой,
Он их побеждал всухую.
С крыльями он стал быстрее.
И маскировка в виде снега,
Когда он сахара белее…
Очередного снёс с разбега.
Он справился и без меня,
Лола начала плеваться,
По-доброму весь свет кляня,
Она могла лишь защищаться.
Родители, как те ягнята,
Смотрели, что вокруг творится.
Сверкнуло лезвие гарата,
Подруга начинала злиться.
Я хотел уже помочь,
Готовил свет свой для атаки,
Но взгляд её сказал мне 'прочь',
А я не мог бежать от драки.
– Когда скажу, растянешь 'сито’,
Мне нужно подготовить чары,
Нам нужна твоя защита,
Я им покажу кошмары.
– На счёт три! – она кивнула.
Теперь я держал удар,
Всё тонким светом затянуло
Под защитой моих чар.
Я видел: призма повернулась,
Теперь гарат разил не плоть.
Её рука к земле тянулась,
Она взяла песка щепоть,
Обмазала им рукоять.
И клинок поднялся ввысь,
Он мог стремительно летать.
Лола буркнула лишь: “Брысь!”
Я создал в защите брешь,
Гарат выпорхнул, как птица.
– Успокой этих невежд,
Пусть им всё худшее приснится.
И глазом не успел моргнуть,
Как первый враг уже лежал.
Кто был рядом, понял суть,
Но и он не убежал.
Из пятерых осталось трое.
Гарат впивался жадно в цель
И наслаждался их душою.
Прятала полёт метель.
Ещё пара так упала,
Последний начал убегать.
Уменья бегать было мало.
Кинжал легко сумел догнать.
– Думали нас взять числом,
Они не ценят нас, похоже,
Чтоб лезть вот так вот напролом.
Пойдём, посмотрим на их рожи.
Родители пошли за нами,
Едва передвигая ноги,
Сцепившись накрепко руками,
Лица их полны тревоги.
Живчик попросил поесть.
Проглотив второй светляк,
Поспешил на шею влезть.
– Всё, спокойно, он не враг, –
Я тихо прошептал отцу.
Он друга белого боялся,
Я это видел по лицу.
– Почему ты, Конг, не дрался?
