там, куда я собираюсь поехать, мне не откажутся помочь.
Глава 2
Не знаю почему, к Светлане, моей начальнице и по совместительству близкой приятельнице, я отправилась без предварительного звонка.
Боялась, что откажет. Света всегда казалась мне очень занятой, поэтому я не искала с ней лишний раз общения. Откликалась тогда, когда она сама выходила на связь. Но почему-то сейчас, я почувствовала неимоверную тягу пообщаться именно с ней. Мне необходимо было почувствовать рядом с собой сильную, успешную женщину, каковой и являлась Светлана. Всегда жесткая и категоричная с конкурентами, с нами же, своими подчиненными, она была терпеливой и мягкой. Ни разу не слышала, чтобы в нашем женском коллективе про нее говорили гадости. Невероятный человек. Правда ее личная жизнь как-то не задалась. Дочку почему-то воспитывала она одна: все удивлялись и гадали почему у такой красавицы и умницы нет мужчины?!
В одно мгновение и вся ситуация начальницы проецируется на меня. Может потому и нет?! Что ее муж вот так же, как и мой Вадик, гульнул налево, а она, будучи беременной, ушла от него? Не смогла простить и смириться?!
Горечь обожгла гортань и в глазах снова защипало. Черт бы побрал моего мужа! Что, когда теперь всякий раз, когда буду я думать о нем, из моих глаз будет литься Ниагарский водопад? Не хочу. Он не достоин! Я о нем не то что думать – вспоминать не хочу.
Сердце, нещадно надрываясь, грохочет в груди. Но я, сжав волю в кулак, не позволяю эмоциям взять над собой верх. В противном случае, я боюсь, что ревность и отчаяние затопят меня. Пусть лучше ненависть и злость на мужа и подругу рвут меня изнутри, чем боль от того, что Вадик по-свински поступил со мной, с нашими отношениями, с нашей любовью. Хотя, после того, как я увидела сегодня его взгляд, которым он смотрел на Алису, поняла, что он и любви-то ко мне особой никогда не испытывал. Делал вид? Играл со мной? Все семь лет! Но для чего? В груди образовалась пустота, а сердце сжалось в комок, чувства такое, что надо мной надругались, не физически – морально. Неужто Вадик так низко пал, что не испытывая ко мне чувств все это время терпел рядом с собой?! Стоп! Остановись! – кричит гордость.
И я понимаю, что ступаю на скользкую, узкую тропинку под названием самокопание. Неосознанно культивирую в себе зародыши вины. Нет! Это неправильно.
Ну, где же Света?!
Шмыгнув носом, потерла друг об дружку озябшие ладошки, приложила к мокрым щекам, осушая их, крутанулась вокруг себя, пытаясь согреться.
Я уже десять минут торчу под калиткой начальницы. Ожидание щекочет нервы.
Ее отец сказал, что она должна скоро приехать. Предложил подождать внутри, но я отказалась. Лучше побуду здесь, на свежем воздухе, на морозце – он хотя бы меня отвлекает от дурных мыслей-образов в голове. А в тепле я Расслаблюсь и точно начну рыдать. Еще напугаю мужчину своим поведением. Оно мне надо?
***
– Хочешь поговорить о нем?
Света, усадив меня за стол на маленькой кухне, вручила чай с успокаивающими травами.
Отрицательно качаю головой.
– Тогда расскажи, как прошел чемпионат? Наверно сейчас не самое подходящее время…Но я как твой начальник, требую отчетности. Тебя ведь не было целых шесть дней.
Девушка устраивается напротив меня, подставляя кулаки под подбородок, делает вид, что готова внимательно слушать.
– Хм, не знаю, насколько это сейчас важно, – поднявшись, вышла в коридор, вернулась обратно с сумкой. Достала оттуда кубок и диплом победителя. Я заняла на конкурсе первые места во всех семи блоках. Невероятно, но факт. Положила все на стол.
– Ой, Ась, у тебя что-то упало, – кивнула начальница на пол, проследив за ее взглядом, я поморщилась, втянула в себя нижнюю губу и прикусила ее.
На полу лежала тонкая полоска теста. “Подарок” для мужа, черт бы его побрал!
– Ася! Первое место! – восхищенно проговорила Светлана. – Какая же ты умница! Ты жемчужина нашего салона. Победить в таком масштабном мероприятии! Ты настоящий профессионал. В этом я никогда не сомневалась.
Подняв с пола тест, я села на стул.
– Спасибо, Светлан, – скупо улыбнулась начальнице.
– А там что? – кивнула она на сжатую в моем кулаке полоску.
Я с усилием разжала пальцы. Взгляд Светланы тут же потух.
– Вот сволочь! Ты ему сказала, что беременна?
– Нет, – отрицательно качнула головой. – И не скажу.
– Ась, – Света подошла ко мне и обняла сзади. – Я знаю, тебе сейчас больно, и ты злишься на мужа…
– Я его не прощу, Свет. Никогда, – слезы сдержать не удалось и они тонкими горячими струйками потекли по щекам. – Ты знаешь, что он сделал? – задерживаю дыхание. – Он унизил меня перед этой дрянью, которую я считала чуть ли не “сестрой”. Втоптал в пол. Знаешь, как будто его измены было недостаточно, чтобы я почувствовала себя обманутой. Он еще и наши деньги ей в долг дал без моего согласия. Одолжил своей беременной любовнице наши деньги. Я не знаю, что делать, как дальше с этим жить, Свет?
Обида подкатывает к горлу, превращаясь в горький ком.
– Ася, – в голосе приятельницы звучало столько сострадания, что мне стало до одури жалко себя. Судорожно всхлипывая, закрываю рот ладонями, чтобы не разрыдаться в голос.
– Мам!
Звонкий детский голос разносится по квартире, как колокольчик. Устремляю взгляд на проход, в котором спустя миг появляется девчонка.
– Мила, ты чего так кричишь? Ночь уже. Соседей разбудишь, – возмущается Света. – И хватит бегать босиком. Марш на диван.
Диван… Завибрировало в голове, и перед глазами появилась постыдная картина того, как Вадик любовно ласкает выпуклый голый живот Алисы. Дыхание сорвалось, участилось. Порывисто вдохнула и тут же почувствовала, как пальцы обожгло кипятком.
– Ой, – глухо вскрикнув, отдернула ладонь.
– Боже, Ася, подожди секундочку, – Светлана кидается ко мне, хватая по дороге полотенце. – Не сильно обожглась?
– Немного, Светлан. Ничего страшного. Давай я сама, – дрожащими пальцами забираю у девушки полотенце, вытирая ладонь.
Покрасневшая кожа горела. Но я не чувствовал ничего. Только лишь разгорающийся в душе пожар. Под вечер чувства стали острее, ярче, больнее.
– Ась, подожди немножко, я сейчас Милану спать уложу и вернусь, – пообещала Света и, покидая меня, ушла вслед за дочерью.
Я осталась один на один со своими мыслями:
