сказал он, уводя Куинн.
— Мне просто нравится тебя бесить. Ты же знаешь.
— Ага, и это срабатывает каждый грёбаный раз, — сказал Джакс, рассмеявшись.
Куинн закатила глаза и указала на машину:
— Всё, хватит. Все по машинам, и поехали, пока мы не опоздали на бронь.
— Ух ты, бронь. Мы теперь прям элита, — сказал Джакс, запрыгивая в свою машину.
Рэнсом и Куинн сели в его авто, а Скаут прыгнула в свою. Раньше она всегда ездила со мной, но с тех пор, как у неё появилась собственная машина, её буквально стало не вытащить из-за руля. Я её не виню. Мы собрали ей крутую тачку, и она заслуживает кататься на ней везде.
Не говоря ни слова, все выехали и направились в центр города. Мы жили на более просторной стороне. Там, где можно выезжать на пустые дороги, когда хочется погонять. А когда хочется выбраться, можно направиться в более гламурную часть города.
Спустя пару секунд я уже забыл о дне. Все тревоги растворились, стоило только выехать.
Я серьёзно говорил Скаут: если бы в моей жизни были только ребята — мне бы этого хватило для счастья.
* * *
К тому моменту, как я проехал полпути, настроение было окончательно испорчено.
Моя машина вела себя странно.
Двигатель подёргивался в моменты, когда не должен был, зубы сводило всю дорогу.
Надо было сесть к кому-нибудь из ребят. Было бы проще, чем петлять по этим узким улочкам, переживая из-за машины. Я уже подозревал, что с ней что-то не так, но не ожидал, что это будет так раздражать.
Тротуары были забиты людьми. Они толпились у баров и ресторанов, входили, выходили. И впервые в жизни мне стало тесно.
Эти вылазки были идеей Куинн. Её план сделать нас более «культурными» включал походы в новые рестораны время от времени. Я никогда не возражал. Это было приятное разнообразие вместо постоянной еды на вынос в гараже.
Но сейчас всё, о чём я мог думать — как бы побыстрее вернуться и выяснить, что не так с машиной.
Я выругался, огляделся и понял, что совершенно потерялся. Я уже не знал, куда ехать. Когда я уже хотел позвонить Куинн, раздался крик.
Девушка, на которую я смотрел всего секунду назад, теперь бежала прямо ко мне, убегая от какого-то мужика, который что-то кричал ей вслед.
— Отстань от меня! — закричала она. — Я уже всё тебе отдала!
Её ботильоны на каблуках грохотали по асфальту с такой силой, будто она собиралась выломать плитку. Я не понимал, как она вообще может так бежать и не вывихнуть лодыжку, но она неслась, и быстро. Парень шёл за ней по пятам, а она снова закричала.
Её безумные глаза встретились с моими через тротуар.
— Помоги. Пожалуйста, помоги! — крикнула она, приближаясь. Он нагонял её, и я сделал шаг вперёд, собираясь дать ей пройти, пока не понял, что она решила, будто я не собираюсь вмешиваться.
Она уже собиралась свернуть за угол, когда я обвил рукой её талию, дёрнул назад и буквально зашвырнул в свою машину. Она упала внутрь, а я захлопнул дверь.
Обернувшись, я увидел, как тот парень всё ещё бежал прямо на нас.
— Убери руки от моей девушки! — заорал он.
Его взгляд был мутный, глаза стеклянные — классическая наркота. В руках он сжимал женскую сумку.
— Вообще-то, — сказал я, и, чёрт, мне правда нравилось быть героем, — это моя девушка. Возвращай сумку и проваливай к чёрту.
Его глаза забегали, он явно оценивал шансы.
Я знал, что выгляжу внушительно. Метр девяносто пять и гора мышц. Этот парень хотя бы подумает дважды, прежде чем рыпнуться.
— Мне нужна эта девушка. Пожалуйста, — выкрикнул он, пытаясь обойти меня, но я лишь перехватил сумку.
— А, ну раз ты сказал «пожалуйста»…
Он сделал ещё шаг.
— Это была сарказм, — бросил я. — Ты её не получишь. Всё, с этим покончено.
— Нет. Нет, она мне нужна!
Стёкла моей машины тонированы, внутри не было видно ни черта. Даже с такого расстояния я не мог разглядеть её. Он снова закричал, и я как раз повернулся к нему, когда он прыгнул вперёд.
Я не был готов. Не ожидал, что он пойдёт в лобовую.
Рука взметнулась и обрушилась на него. Я не замечал блеска металла до тех пор, пока не стало слишком поздно. Я успел поднять руку, чтобы заслониться, но лезвие уже било в лицо. Оно рассекло бровь, скользнуло по щеке и врезалось в губы.
Ощущения были как от ожога. Острая, ослепляющая боль. Такая глубокая, что я даже не смог закричать.
Вместо этого только поток проклятий. Я поднял ногу и с силой отшвырнул парня. Прошло несколько секунд, прежде чем я услышал, как его шаги удаляются. Затем открылась дверь машины.
Я пытался собрать остатки сознания, чтобы снова захлопнуть её.
Она должна остаться в машине.
Я чувствовал, как тёплая кровь течёт по лицу, пока я облокачивался на бампер, пытаясь сфокусировать взгляд хоть на чём-нибудь. Хоть что-то, что прекратит это чёртово головокружение.
— Нет. О боже, нет. Ты меня слышишь? — Её голос разрезал воздух, а ладони легли по обе стороны от моей шеи. — Ты слышишь меня? Ты видишь что-нибудь?
— Нет, — выдавил я. Это было единственное слово, которое нашлось. Я закрыл глаза, потом попытался открыть их снова, но там была только кровь.
Её руки обняли меня, подхватили, потащили обратно к машине.
— Нет, я не вижу. Я не могу вести.
— Просто садись. Нам надо в больницу.
Я услышал щелчок открывшейся двери. Попытался сфокусироваться, но тут же раздался другой щелчок. Другая дверь захлопнулась.
Боль отдалась гулом в голове, когда открылась и закрылась водительская дверь.
— Мне очень жаль. Нам срочно надо в больницу, — услышал я её голос.
Я едва осознавал происходящее. Мотор взревел, машина дёрнулась с места, шины взвизгнули, сигнал прозвучал как во сне.
Мир плыл. Мысли расползались. Боль захватывала всё. Ослепляющая, глухая, яростная. Та, от которой ты бы отдал что угодно, лишь бы она исчезла.
Я видел только длинные волосы и тёмную одежду за рулём.
— Ну ты явно не Куинн и не Скаут, — пробормотал я. Я не знал никого, кто осмелился бы сесть за руль моей машины и при этом был бы блондинкой. Но Куинн не смогла бы управляться так быстро, и ни одна из знакомых девушек не была светловолосой.
Она что-то закричала, но я уже не слышал. Голова откинулась назад, и я ушёл с ней в темноту, которую не мог больше контролировать.
Боль затмила всё.
