– Не могу, хозяин беспокоиться будет.
– Хозяин! Прямо, средневековье какое-то. Я не поняла про скит. Мы только сегодня там были. Там и ворота и избы стоят, да и самих человек десять а, то и больше. Главный там отец Серафим. И еда, и дрова, и вообще у них там благодать.
– Никакого Серафима там нету. И вообще вы сударыня странная, говорите то чего нет, да и вообще и одеты, как-то не по нашенски и лицо у вас какое-то… – он замолчал, не найдя подходящих слов. – Недолеча осталось, напрямки веду.
Они шли какое-то время, молча. Собаки бежали впереди, изредка одна-две возвращались, оббегая идущих.
– А кто ваш хозяин? – спросила Ольга.
– Князь Алексей Николаевич Ветров, – гордо ответил мужик.
– Это, что шутка? О нем я сегодня уже слышала.
– Не мудрено. Хороший человек хозяин.
– Это он, скиту икону Божьей Матери подарил?
– Не слыхал такого.
– Значит тезки. Ну, раз хозяин, почему бы и не князь. Наверное, какой-нибудь мафиози? – вслух размышляла Ольга.
– Опять вы странные слова говорите сударыня. Не бойтесь, князь вас не обидит. Вот только не любит он не прошеных гостей, когда здесь живет. Любит один побыть. Грустно ему что-то последнее время. Как женился, так и загрустил. Почти весь год тут и живёт. А вот и пришли.
Тем временем Олег, схватив фляжку с водой, быстро побежал обратно. Под сосной никого не было.
– Где же она? Оля! – позвал Олег. – Может пошла к палатке?
Он бежал то и дело, ворочаясь во все стороны, слушая каждый шорох. Увы, и у реки были те же результаты. Он кинулся к машине, от волнения не сразу нашел сотовый.
– Тьфу ты, связи нет. Вот дебри, выругался он, бросив его обратно в бардачок. – Что же делать? На всю округу здесь живут только монахи. Еще раз посмотрю вокруг и тогда к ним. Оля, где же ты? О-л-я-а-а…
Ольга и мужик вышли к ухоженной усадьбе, от которой веяло стариной. Все постройки были в стиле средневековья. Собаки добежали до ближайшей постройки, из которой вышла женщина, одежда, как и у мужика была крестьянская.
– Тихон! – заорала она в его сторону. – Где тебя черти носят?! Скот не поенный стоит. Хозяин велел зайти к нему.
Она взглядом впилась в Ольгу.
– Это хто, Тихон? Вроде баба, а в штанах, – рассмеялась женщина.
– Цыц, старая дура, – гаркнул на нее мужик. – Обед готовь, щас приду.
– Тьфу, срам-то, какой, – не унималась женщина. – Чур, меня, чур меня, – крестясь она удалилась в глубь жилья.
Ольга уже не задавала вопросов, а с интересом рассматривала людей, что попадались им на пути. Те в свою очередь, поздоровавшись с Тихоном, с еще большим любопытством рассматривали ее. По двору носились куры, которых гоняли два босоногих мальчугана, а в стороне важно расселась целая стая гусей.
Поднявшись на высокое крыльцо красивого двухэтажного строения, Тихон несколько раз дёрнул за толстый шнур, висевший над дверью. Раздался звон колокольчика. Дверь открыл старый человек с заспанными глазами.
– А-а, Тихон. Чего тебе?
– Я тут к Алексею Николаевичу гостью привёл. В лесу заплутала. Доложи Прокоп Прокопыч будь милостив.
Они стояли в небольшом, но уютном холле.
«Да, и здесь выдержан стиль», – подумала Ольга.
Она повернула голову на услышанные шаги и увидела, что вниз по лестнице спускается уже не молодой мужчина. На вид ему было около пятидесяти. Волосы аккуратно зачёсаны назад и собраны сзади в хвост, это придавало приятному лицу свою пикантность. Костюм на нем был тоже фасона девятнадцатого века, как в прочем и у всех других.
– Здравствуй Тихон, – поздоровался он с мужиком.
Тот низко отвесил ему поклон.
– Доброго здоровьица, Алексей Николаевич.
– Откуда Тихон, спутница твоя? – не обращая внимания на Ольгу, спросил князь.
– Не могу знать. В лесу ее нашел. Толи спала крепко, толи без чувств находилась. Заплутала небось, как только зверь не тронул? Следов тьма вокруг. Самое гиблое место там от зверья. Чудно!
– У отшельников был? Всё справил? – продолжал спрашивать Алексей Николаевич
– Был. Назад шел, на нее и наткнулся.
– Хорошо. Сейчас мне всё и доложишь. Прокоп Прокопыч, – позвал он старика, – сделай милость, накорми гостью, покажи ей комнату, где бы она смогла отдохнуть с дороги. Извините сударыня, сейчас дела, отдохните, за ужином вы мне всё расскажите. Тихон пойдем в мой кабинет.
– Мария, накорми путницу, – попросил Прокоп Прокопыч полную женщину с большим фартуком на животе. Это было кухарка.
Печь стояла посреди комнаты. На ней громоздилась куча кастрюль. По стенам были развешаны ушаты, черпаки, сита… На столах стояли корзины с овощами и зеленью. Шкаф содержал множество посуды.
– Отведайте щей горяченьких, – зачерпнув полный черпак, сказала Мария, наполнив тарелку, стоящую возле Ольги.
– Вижу, ваш хозяин любитель старины? – спросила Ольга.
Та странно, пожала плечами и вопросительно уставилась на Прокоп Прокопыча.
– Вы садитесь со мной, отобедаем вместе, – предложила им Ольга.
– Нет, что вы, – засмущались они. Мария тут же опять засуетилась по кухне, а Прокоп Прокопыч сел в угол на стул и стал наблюдать за кухаркой.
– Вы кушайте, мы уже… Мария у тебя, что акромя щей ничего нет?
– Виновата Прокоп Прокопыч.
Она накладывала второе блюдо.
– Хозяин любит горячий шоколад. Может, вы изволите? – спросила Мария.
– Пожалуй, можно, – улыбнулась Ольга.
– Ему привозят из далека, – делилась сердобольная Мария. – Это такая дорогая диковина, а пахнет-то как вкусно.
– Спасибо Мария, – поблагодарила Ольга.
– А вы кто? На вас такая странная одежда? – спросила та, уловив доброе расположение гостьи.
– Я из Н-ска. Работаю менеджером. Мы поставляем бытовую технику: компьютеры, телевизоры, стиральные машины и так далее.
Те смотрели на нее, как на человека, говорящего на другом языке, не знающего перевода.
– Странная вы какая-то, – выдавила из себя Мария. – И слова у вас странные, ничего не поймешь, чего вы тут наговорили.
Теперь пришла пора удивляться Ольге.
– Да разве у вас нет всего этого? Вы что, живете совсем оторвано от цивилизации?
– Вот опять вы всё непонятно говорите, – обиделась Мария, вытирая то и дело руки о фартук.
– Если вы покушали, пожалуйте за мной, – проговорил Прокоп Прокопыч, качая головой. – О-хо-хо.
– Да, спасибо, было очень вкусно. Вы настоящая колдунья Мария.
– Чур, меня! Чур! – отмахнулась та, сделав сердитое лицо.
Ольге не оставалось больше ничего, как снова удивляться.
Олег оставил вещи и палатку на месте. Сев в машину он поехал в направление скита. Дверь открыл всё тот же богатырь Антоний.
– Что-то случилось? – спросил он, увидев встревоженное лицо Олега.
– Да. Можно мне поговорить с отцом Серафимом?
– Конечно, – и он пропустил Олега, закрывая за ним тяжелую дверь.
Ольгу разбудил стук в дверь. Ее так сильно разморило после длительного путешествия с Тихоном и вкусного обеда, что она мгновенно уснула, только голова коснулась подушки.
– Хозяин вас ждет в своем кабинете, – послышался голос Прокоп Прокопыча из-за двери.
Ольга отворила дверь. Поправляя свои светлые локоны волос, спросила:
– Вы проводите к нему?
– Да, конечно.
Он шел, медленно шаркая ногами о пол. Этому старику было уже много лет, почему он до сих пор служил в этом доме, Ольга не знала.
– Ты свободен Прокоп Прокопыч, – сказал князь.
Тот, отвесив низкий поклон, удалился.
– Имею честь представиться, князь – Ветров Алексей Николаевич. Какие обстоятельства завели вас в дикую чащу? Откуда вы? Кто? Извините, что сразу столько много вопросов.
– Меня зовут Ольга. Ольга Быстрицкая.
– Прошу, – он предложил рукой присесть в удобное кресло перед камином, в котором, с пощелкиванием горело несколько плешек. Сам сел, напротив в другое такое же кресло. – Итак, я вас слушаю.
Ольга окинула взглядом кабинет. Всё тот же выдержанный стиль старины. У дальней стены стоял высокий шкаф полный книг. Перед ним красовался тяжелый резной письменный стол, на котором был идеальный порядок. В другой стороне стояли картины, наваленные друг на друга – штук пять. Еще, рядом стоял мольберт с холстом, красками и кистями, словно художник отошел на какое-то время по неотложным делам. Картины висели повсюду, чередуясь с чучелами оленя, кабана и даже медведя. Содержание картин идеально вписывалось в эту всю звериную братию. На них были нарисованы природные пейзажи.
Камин придавал уют и тепло этой комнате. Оля аккуратно села в кресло. Оно оказалось просторным и мягким. Ей очень захотелось сесть как у себя дома, подобрав ноги под себя, и она это сделала. Увидев удивленный взгляд князя, она извинилась:
– Так удобнее и теплее. Я дома в своем любимом кресле сижу именно так.
