Просто казалось, что…
безопаснее смотреть на гостей со стороны. Чтоб они меня не видели.
Уверенная в том, что Алис думает, будто я ушла, я встала у дальней стены за дамой в пышном платье. Через ее плечо я смотрела в зал, надеясь, что мои рыжие волосы в кои-то веки сослужат мне добрую службу – помогут слиться с ярко-красным головным убором этой женщины. Если меня заметят, я буду вынуждена занять обычное место на возвышении.
Внезапно рядом выросла чья-то фигура.
– Ты почему здесь, со всеми? – раздался у самого уха густой низкий голос.
Я вздрогнула от неожиданности и схватилась за грудь, пытаясь унять расходившееся сердце.
– Стиг, – тихо рассмеялась я, – как ты меня напугал!
На губах моего приятеля играла улыбка.
– Твое место там, – кивнул он на возвышение, где сидела моя семья.
Под его проницательным взглядом я покраснела. От Стига так просто не отделаешься. Это тебе не Алис. Уже хотя бы потому, что он – не наивная шестнадцатилетняя девушка, а уверенный в себе умный молодой человек двадцати трех лет, сын лорда-регента, начальник дворцовой стражи. Многие шептались, что столь значимая должность досталась ему благодаря высокому положению отца, но я знала, что это не так. Пусть его честолюбивый отец хитростью и коварством обеспечил себе пост лорда-регента, обыграв других претендентов на эту должность, и стал вторым по влиятельности человеком в государстве, но Стиг сам по себе был более чем компетентным вельможей. Он искусно владел мечом, прекрасно разбирался в дворцовых интригах и отличался безграничной преданностью королевской семье. Готов был без колебаний отдать жизнь за короля и родное королевство. А еще он имел то, чего лишен был его отец, – доброе сердце.
– Лучше я отсюда посмотрю.
Улыбка погасла на его губах, лицо стало серьезным.
– Тамсин, – произнес Стиг с мягкой укоризной в голосе.
Этот тон мне был хорошо знаком. Стиг нередко прибегал к нему, внушая мне, что я столь же важная особа, как и мои сестры, и мне положены соответствующие почести. Много раз сильный благородный Стиг вступался за меня, отгоняя обидчиков, которые стремились указать мне мое истинное место. Большинство придворных относились ко мне с уважением, но всегда находились несколько недоброжелателей. И раньше, и теперь. Всегда были такие, кто считал необходимым напомнить мне, что я – не принцесса голубых кровей.
– Да мне и здесь хорошо, – заверила я Стига, пожимая плечами. Надеялась, что мой невозмутимый взгляд подтвердит это красноречивее всяких слов. – Просто отсюда видно лучше. – В доказательство я широким жестом обвела толпу зрителей, но это получилось не очень убедительно.
Стиг даже не взглянул на придворных. Его взгляд был прикован к моему лицу.
– Ты – принцесса Пентерры. Твое место там. – Он кивком показал на возвышение. Через какое-то время, видя, что я не намерена идти на свое законное место, он наклонился ко мне и с насмешливым блеском в глазах шепотом, будто заговорщик, спросил: – Ты что, боишься?
Я покраснела.
– Боишься громил, которые вот-вот войдут в зал? – поддразнивающим тоном продолжал Стиг, лаская меня взглядом теплых карих глаз. – Неужели веришь всем этим диким россказням?
Я фыркнула и закатила глаза.
Боюсь? Этих чужаков? С какой стати я должна их бояться? И все же… мною владело некое странное чувство. Некая тревожность, заставившая меня спрятаться от их глаз. Я сглотнула слюну.
Стиг по-прежнему не сводил с меня пытливых глаз, но дразнящий блеск в них исчез. Словно он что-то увидел во мне, догадался, что меня гложет нечто необъяснимое. Он помрачнел.
– Тамсин?.. – Он на мгновение умолк, сглатывая комок в горле. – Ты же знаешь, что я всегда смогу тебя защитить.
Я не успела ответить – ни согласиться, ни возразить, – хотя, конечно, я знала, что всегда могу положиться на Стига.
Двери широко распахнулись. Стук створок о стены эхом разнесся по залу и отозвался у меня в ушах. Первым вошел лорд-камергер. Еще более красный, чем всегда, он низко поклонился королю с королевой. Келби с видимым удовольствием исполнял возложенную на него миссию. Глаза у него блестели так же, как тогда, когда он порол меня или когда пожирал жареную баранью ногу. Это были его любимые занятия.
– Ваши величества, они прибыли! – объявил он.
В зал вошли воины Приграничья – восемь мужчин и четыре женщины, все дюжие, с бычьими шеями, в покрытых броней кожаных туниках; у каждого за спиной – меч в ножнах. Топот их тяжелых сапог звучал в такт бешеному биению моего сердца. Грязные после длительного путешествия, гости ничуть не стыдились своего неопрятного вида – без тени смущения вышагивали перед придворными, разодетыми в шелка и парчу.
Девы-воительницы были высокие, жилистые. Я рассматривала их со священным ужасом, поскольку впервые лицезрела женщин в доспехах и штанах, обученных защищаться и воевать рядом с мужчинами. Мой взгляд остановился на одной из них, и у меня аж ноздри задрожали. Что это у нее на наручах – неужели кровь?
– Пожалуй, лучше и вправду побудь здесь, – угрюмо произнес Стиг.
Я пристально посмотрела на него. Чуть скривив губы, он оценивал взглядом прибывших гостей.
– Вот как? – Теперь и я могла его подразнить. – Так кто из нас боится?
Стиг не ответил на мою колкость. Он внимательно следил за северянами, все еще входившими в зал.
– Держись от них подальше.
– Но они… герои, – не сразу подобрала я нужное слово. – Мы многим им обязаны, – напомнила я себе и ему.
– Что? – презрительно усмехнулся Стиг. – Мы должны благодарить их за то, что им свойственно делать по природе своей? Они же убийцы. – Он покачал головой. – Тамсин, не верь байкам про их подвиги. Им нравится проливать кровь. Они все жестокие варвары, изуверы.
– Суров ты к ним, – тихо заметила я. – Ты сам начальник дворцовой стражи. Тоже воин. Не так уж и отличаешься…
– Нет. Я не такой, как они, – отрезал Стиг без присущего ему тепла в голосе. – Я служу королю Пентерры. Твоей семье. – Он улыбнулся, снова посмотрел на меня. – Тебе.
Я улыбнулась в ответ. А как иначе? Король с королевой и принцессы были исключительно милостивы ко мне, но вот придворные… Некоторые относились ко мне с неприязнью или равнодушием. Стиг, конечно, нет. Он всегда был добр ко мне. Всегда был моим другом.
Стиг оставил меня, прошел в другой конец зала и встал у возвышения сбоку от королевской семьи, во главе шеренги своих самых доверенных стражей в великолепных красных туниках с блестящими пуговицами. Все они с непроницаемыми лицами смотрели строго перед собой.
Лорд Приграничья и его свита преклонили колена перед королем и королевой,
