попал в больницу г. Нойехаффен, где и находится до сего времени). Старший группы под угрозой оружия заставил Белку пилотировать самолет, который вскоре после взлета отклонился от предварительного маршрута в неизвестном направлении. Т.к. сигнала бедствия с борта не поступало, диспетчерская служба своевременно не обратила внимания на значительное отклонение от согласованного курса.
Сообщение о неприбытии самолета поступило мне от брата Белки, временно проживающего в ее доме. По его словам, она обещала прилететь вечером, но до сих пор не вернулась, самолета на аэродроме нет.
Мной было принято решение начать поиски, используя ранее установленное на самолете Сундука оборудование, а именно — малогабаритный радиомаяк-ответчик. (Изготовлен давно, схема и описание не сохранились.) По прибытии на аэродром Нойехаффена я переговорил с дежурившими в тот день диспетчерами и выяснил примерное направление вылета, которое они показали мне на экране радара. Заправившись и приняв дополнительно запас бензина в канистрах, я вылетел в указанном направлении. По достижении точки с последними известными координатами, начал выполнять маневр «широкий зигзаг» вдоль предположительного курса угнанного самолета, пытаясь как можно точнее запеленговать сигнал радиомаяка. Через продолжительное время мне это удалось.
При подлете к месту вероятного нахождения радиомаяка производился осмотр территории с различных высот, никакого движения людей и/или наземных транспортных средств замечено не было. Угнанный самолет находился на обширной поляне, среди кустов, укрытый маскировочной сетью. После нескольких пролетов на малой высоте я убедился в возможности совершить посадку и приземлился рядом с местом стоянки. Рядом никого не оказалось, ловушки и минирование отсутствовали, видимо, из-за возможности срабатывания на диких животных.
После тщательного осмотра площадки мне удалось обнаружить следы группы людей, которые направлялись в сторону близлежащей группы холмов. Следы не имели следов попыток маскировки. Вероятно, группа не опасалась преследования и чувствовала себя в полной безопасности.
Пройдя около пяти километров по среднепересеченной местности, я вышел к господствующей высоте, расположенной почти на краю разветвленной сети оврагов (как выяснилось позже). Возле ее подножия, в узком проходе, я едва не был атакован львом, но меня предупредила своим криком Белка, которая скрывалась дальше за камнями. Лев почему-то не стал на меня нападать, а скрылся в кустах. Пройдя дальше, я попал в узкий каменный коридор, где меня встретила Белка. Она показала мне скрытую дверь, через которую можно было войти на заброшенный объект, покинутый неустановленное количество времени назад. Сама она далеко в него проникнуть не смогла из-за отсутствия каких-либо средств для хотя бы минимального освещения. Белка рассказала, что после приземления ее грубо притащили сюда бандиты и усадили рядом с дверями, запретив двигаться с места. Главарь отправил двоих на вершину холма, наблюдать, но они почти сразу пропали со связи. Сам он открыл дверь и стал ждать возвращения третьего угонщика, которого послал вслед за первой группой.
Когда и этот посланец не вернулся, то главарь выгнал вперед оставшегося члена банды и вместе с ним ушел наверх. Вскоре послышались крики и стрельба, после чего все стихло. Белка не могла выйти из-за камней, так как снаружи находился еще один лев, сразу начинавший рычать при попытке подойти к оставленным бандитами рюкзакам.
Успокоив Белку, я постарался разрядить обстановку, организовав ей обед и помывку (рядом обнаружен источник - родник), после чего начал обследование объекта.
Каких-либо документов, указывающих на предназначение данного сооружения, найти не удалось — бумажные носители информации отсутствовали полностью, следовательно, были или эвакуированы, или уничтожены персоналом. Удалось обнаружить остатки лабораторной компьютерной сети. Ввиду невозможности забрать и вывезти системные блоки целиком я принял решение демонтировать из них накопители — жесткие диски, не имевшие внешних повреждений. Из заминированного с помощью оборонительной гранаты системного блока, предположительно выполнявшего функции центрального сервера, мной демонтирована системная плата в комплекте с процессором и оперативной памятью, подключенные к ней жесткие диски (скорее всего, организованные в какую-то разновидность RAID-массива [ Дисковый массив RAID (Redundant Array of Independent Disks) — совокупность нескольких жёстких дисков (2 и более), объединённых в единую связку.
В зависимости от вида (базового уровня RAID) такое решение повышает скорость записи и считывания информации или увеличивает показатели отказоустойчивости носителей и защищенности данных от потерь.
При использовании группы RAID можно установить максимальное количество дисков (6, 12, 16, 20 или 24) для каждого массива RAID.]), и видеокарта. Надеюсь, что данные комплектующие сохранили работоспособность и могут использоваться для изучения хранящейся на них информации, если она не была безвозвратно удалена ранее.
По моим догадкам, данное сооружение было построено с использованием тяжелой строительной техники, которую потом вывезли, а узкое место между оврагами, где пролегала дорога, взорвали (выяснено позднее визуальным осмотром с вершины холма).
Дальнейшее посещение этого места любыми группами людей, в т.ч. с чисто исследовательскими целями, считаю смертельно опасным и связанным с неоправданным риском. При осмотре помещений не обнаружено оставшихся целыми материалов, сейфов или тайников. Какие-либо материальные ценности отсутствуют. Ввиду большой удаленности от всех ближайших населенных пунктов и дорог материальное обеспечение объекта весьма затратно, а в определенное время года (сезон дождей) — невозможно. В связи с вышеизложенным приводить точные координаты данного сооружения не буду. Если по каким-либо причинам прайд львов, обитающих в этом районе, уйдет в другое место, последствия могут быть непредсказуемыми для тех, кто им встретится. Надеюсь на ваше понимание.»
