смогла увидеть, даже залезла на пододвинутую лестницу, чтобы поближе рассмотреть хотя бы названия книг. После чего принялась обследовать все закутки этого большого этажа, надеясь найти следы волочения, кровь, ещё какие-то сюрпризы или даже труп. Однако всё без толку.
Несколько окошек по периметру помещения, похоже, не открывали с момента их установки, не мыли годами, так что красивые витражи едва угадывались. Будь в этих местах солнце хоть иногда, это бы даже имело смысл — Нисса любила любоваться, как солнечные лучи переливаются в разноцветных стёклышках, когда бывала в храме. Здесь это больше навевало тоску, печаль и чувство заброшенности.
Никаких следов более обнаружить не удалось. Толстый слой пыли в некоторых коридорах между полками красноречиво показывал, что здесь точно уже много лет никого не было. В других местах следы были, однако довольно старые. И никаких пятен крови, никаких субстанций, никаких трупов. Всё время обследования старый маг бродил за следователем кряхтящей, ворчащей и кашляющей тенью, не оставляя её одну ни на минуту.
Так, в итоге больше ни с чем следователь отдела расследований при городском армейском управлении славного города Карф покинула библиотеку. Старый библиотекарь провожал гостью фактически до самого выхода из здания, даже открыл дверь.
— Хорошего вам дня, следователь, — прокряхтел волшебник, — Идите ловить настоящих преступников, а здесь точно ничего интересного вы не найдёте. Только зря потратили своё и моё время.
— А можно ещё полюбопытствовать у вас, — максимально милым и миролюбивым голосом обратилась Нисса, и, не дождавшись ответа, спросила, — Вы наверняка здесь давно работаете и можете рассказать о том, что случилось вон с тем деревом? Уж больно необычно выглядит оно среди прочих. Оно меня сразу заинтересовало. Расскажете?
Маг вздохнул, посмотрел на полуживое дерево и произнёс:
— Да нечего здесь особо рассказывать, хоть я и был свидетелем этих событий. Учился у нас в академии один парнишка много лет назад. Вроде Эрид звали. Не сказать, что особо чем-то выделялся, заурядный студент и маг, каких много в нашей школе. Однако поцапался со своим руководителем, который хотел его отчислить, назвал бездарностью, ни на что не способным. И ведь отчислил, — похихикал старик, — А парень со зла взял да и приложил по дереву заклинанием, пожар начался, думали, весь парк сгорит, но подошла одна девушка, училась с тем Эридом на одном потоке, только коснулась горящего ствола, как дерево начало тухнуть, половина восстановилась, а вот вторая половина — нет. Парень потом на тлеющей части даже имя вырезал своё. По-своему пытаясь доказать, что достоин, однако выходка только всё усугубила. Выгнали его с треском…
— Спасибо, — отозвалась гном, выслушав эту короткую историю.
— Надеюсь, хоть этим рассказом я сумел вас развлечь сегодня, — криво ухмыльнулся волшебник и захлопнул дверь прямо перед носом следователя.
Около библиотеки царил тот же мрак, однако чуть впереди, где весеннее солнышко отвоевало у теней стен чётко очерченную линию света, золотились тёплые лучики, маня к себе, обещая согреть. Утренняя серость большей части площади ушла, и яркое полуденное солнце заливало тёплым оранжевым цветом всё вокруг.
Нисса, глядя вперёд, зябко поёжилась, подёргивая плечами, и почти бегом поспешила подальше от библиотеки — от мертвенного холода времени к жизненно важному теплу. К тому же ей не терпелось скорее добраться до здания Управления и, может быть, получить информацию о том, что сегодня нашла.
Стражники ушли уже много часов назад, эксперты должны были поработать над образцами. Возможно, это и было тупиковое дело, каких множество в многотысячном Карфе, поэтому никто никогда и не узнает, что же случилось прошлой ночью в этой библиотеке. Да и знать не хочет. Но Нисса любила доводить свои дела до конца, хотя бы какого-нибудь, а ещё отличалась большим любопытством. Вероятно, нужно поговорить со своим напарником, если, конечно, его в этом огромном городе в разгар дня можно найти.
Чем дальше отходила девушка гном от библиотеки, тем больше пригревало солнце и меньше становились тени. Расцветала весна, ночи всё ещё отдавали изморозью и даже в тёплом свитере и плаще мороз пробирал до костей, однако днём солнышко грело всё больше, деревья в немногочисленных парках просыпались, вернулись с зимовки птицы. В Карфе не было морозных и снежных зим, но, что такое холод, местные жители знали не понаслышке, особенно в бедных кварталах.
Карф — огромный незамерзающий порт с мощной промышленностью — слыл одним из самых больших городов государства торговцев — Вейген. Сейчас на главных улицах и площадях, даже в этой, богатой части города, окружённой дополнительными стенами, облагороженной, с мощёными, ровными и широкими улицами, был такой бедлам и столпотворение, что без сопровождения стражи или слуг пройти тяжеловато.
Туда-сюда сновали посыльные, слуги в богатых ливреях тащили какие-то товары с рынка в особняки ко своим господам. Где-то две гружёные подводы, запряжённые волами, не смогли разъехаться, и возничие ругали друг друга на чём стоит свет. Ученики из академии волшебства торопились на занятия, спешили по своим делам благородные господа. И это всё представители разных рас и народов — от низкорослых гномов, дварфов и халфлингов до высоченных эльфов, драконорожденных и кентавров. Так что проскочить между ног у людей не выйдет — наткнёшься на своего низкорослого собрата с такой же вероятностью.
Нисса перед тем, как нырнуть в это разнообразное море, начинавшееся непосредственно за парком у библиотеки, вздохнула и начала пробираться к своей цели. Ловкая, гибкая и стройная она с лёгкостью маневрировала между пешеходами, повозками, паланкинами, попутно давая по рукам местным воришкам, пытавшимся поживиться кошельками зазевавшегося люда. Арестовывать их была не её забота, она давала понять, что за ними есть надзор и что их всегда готовы задержать при необходимости.
Кто-то чересчур наглый пытался ограбить её, но был пойман за руку, связан и теперь волочился за ней как собачонка на поводке. Такой наглости девушка стерпеть не смогла. Эта встреча заставила её сделать небольшой крюк, доведя арестованного до ближайшей заставы стражников — в башне у моста через реку. Скорее всего, этого несчастного продержат ночь или две, после чего, проведя разъяснительную беседу, отпустят. Но суточная голодовка даст ворюге необходимый опыт — у представителей власти ничего лучше не воровать. И не нарываться на проблемы.
Самым большими приключением, как и обычно, был переход по мосту через пересекающую город большую реку. Это каменное чудо инженерной мысли дварфов имело два яруса — для повозок и пешеходный, однако пешеходы ломились везде, причём встречным потоком, мешая как себе, так и повозкам. Стража, сидевшая в небольших башенках, пыталась криками как-то регулировать происходящее, но какое там, все
