class="p1">Он так удивленно посмотрел на брызги коньяка на манжетах белой рубашки, что я не удержавшись, хихикнула.
Отвернулась в смущении — и встретилась с внимательным взглядом темных глаз Тимура.
Почему-то мне вдруг перестало быть смешно. Его пальцы крепко стиснули мои, я попыталась набрать в легкие побольше воздуха… И не смогла.
2. Неловкость
— Очень приятно… — пробормотала я.
Мне казалось, что мир вокруг плывет в жарком мареве, дрожащем над раскаленным асфальтом. Уши заложило, как будто мы уже набирали высоту, а ноги стали ватными, словно чужими.
Я попробовала отступить, но пошатнулась.
Тимур дернулся ко мне, но стюард успел первым.
— Давайте я вас провожу к вашему месту, — он подхватил меня под локоть и поволок в хвост самолета.
Широкое кресло, в которое он меня усадил, было развернуто спиной к салону, а оборачиваться было неудобно.
— Воды? — он уже открывал бутылку минералки и наливал ее в пузатый бокал. — Хотите перекусить?
— Нет, нет, спасибо! У меня все в порядке, — я чуть не смахнула бокал со столика передо мной и решила на всякий случай ничего не трогать.
— Тогда давайте я помогу вам пристегнуться, мы скоро взлетаем.
Едва слышный гул моторов и вправду стал громче, самолет дернулся и покатился по взлетному полю, за иллюминатором замелькали разноцветные огни.
Стюард проверил мои ремни и отправился помогать другим пассажирам.
Из-за шума я не слышала, о чем там шла речь. Надеюсь, они выловили несчастный рамбутан из коньяка!
Шум двигателей стал громче, натужней, самолет бежал по взлетной полосе все быстрее и наконец я почувствовала, как он отрывается от земли. Ощущения были совсем иными, не такими, как в «Боингах». Ближе, острее — как будто я пересела с автобуса в спортивную машину.
За всей этой суетой я даже забыла восхититься, что в первый раз в жизни лечу частным джетом! Эх, почему я не попросила шампанского? Сделала бы красивое селфи. Мне, правда, некуда его выкладывать, в соцсетях у меня только рабочие аккаунты.
Зато можно похвастаться девчонкам в чате! В четвертом часу утра они еще спят, зато когда проснутся, у меня будет куча новостей.
Главная из которых — Максим снова со мной разговаривает!
Более того — он совершил подвиг, спас мой круиз, не постеснявшись попросить о помощи своего начальника! Так не ведут себя с людьми, которых больше не любят.
Вообще, начальство своего мужа я представляла себе иначе. О его работе я знала довольно мало — он не любил делиться проблемами или на кого-то жаловаться. Все, что я знала — он занимается строительством элитной недвижимости. Клубные дома, премиальные поселки, загородные поместья.
Иногда он работал сутками, иногда уезжал в командировки — проследить за качеством материалов можно было только лично.
Я скучала по нему и не любила засыпать одна, поэтому у нас была традиция созваниваться перед сном, где бы он ни был. С момента, как мы стали жить вместе и до ухода Максима не было ни дня, чтобы я не поговорила с ним хотя бы полчаса.
Две тысячи дней засыпать под его голос… Неудивительно, что последние три месяца у меня была такая ломка, словно я слезала с героина, а не разводилась.
Про других мужчин я даже не думала.
До сегодняшнего дня.
Точнее, ночи.
Точнее — до взгляда в глаза совершенно незнакомого мужчины по имени Тимур.
Невозможность обернуться и узнать — он все еще на меня смотрит или уже занялся своими делами? — отдавалась зудом в кончиках пальцев. Я схватила бокал с минералкой, выпила его залпом и поставила обратно.
Точнее — думала, что поставила.
Каким-то невероятным образом я умудрилась промахнуться мимо подлокотника.
Бокал покатился по полу, к счастью, не разбившись — спасибо мягкому ковролину. Невесть откуда появившийся стюард тут же ловко его подхватил.
С каждой секундой полета я чувствовала себя все более неловко.
Такие приступы неуклюжести случались со мной в любой незнакомой обстановке. Максима это только забавляло. Он неизменно напоминал мне не надевать белые футболки, когда мы шли есть борщ, а в отпуск брать с собой духи только в небьющихся флаконах, чтобы не мыть гостиничные полы дорогущей «Баккарой».
— Простите… — пробормотала я, зажмурившись от смущения. — А где здесь туалет?
Мне срочно требовалось хотя бы пять минут уединения и немного ледяной воды в лицо.
Местные удобства меня разочаровали. Почему-то я ожидала увидеть на частном джете если не полноразмерную ванну, то хотя бы душевую кабинку. Тем более что в первом классе некоторых авиакомпаний они давно есть.
Но туалет здесь оказался таким же тесным и неудобным, как в любом эконом-классе. Не спасала даже золоченая фурнитура и полированные деревянные панели.
Жидкое мыло пахло дорого, вместо бумажных полотенец лежала стопка махровых, зеркало занимало всю стену, однако я умудрилась удариться локтем о раковину, чуть не взвыв от боли в задетом нерве.
Выскочила наружу я злая и взъерошенная, рывком дернув дверь — и лицом к лицу столкнувшись с Тимуром!
Что вообще положено говорить в таких ситуациях?
Думаю — ничего.
— Там… свободно! — выпалила я, в ту же самую секунду взмолившись о том, чтобы мой язык намертво прилип к нёбу.
— Спасибо… — задумчиво отозвался он, окидывая меня странным взглядом, от которого захотелось снова спрятаться в туалете и не выходить до самой Турции!
3. Пересадка
Старательно не глядя Тимуру в лицо, я медленно отступила в сторону, словно он был хищником, которого прямой взгляд или резкое движение могли спровоцировать на атаку.
Не поворачиваясь спиной, сделала шаг назад, к своему креслу… И заскочила в него, подобрав ноги и закрыв лицо руками.
Кажется, из всех хищников я назначила Тимура кем-то вроде крокодила, от которого можно скрыться, забравшись повыше.
Дверь туалета щелкнула, закрываясь, и я смогла поднять голову.
Ну что за детский сад, а! Почему я веду себя как полная идиотка?
Неужели за пять лет брака я настолько разучилась общаться с мужчинами? Или все дело в том, что Тимур — начальник Максима? Интересно, что он обо мне рассказал…
Искренне надеюсь, он не признался в том, что я его бывшая жена. Ради его собственного же блага!
Услышав, как дверь туалета снова открывается, я моментально забыла только что принятое решение попытаться вести себя адекватно и дернула к себе плед, висящий на спинке кресла. Тимур сейчас пойдет обратно на свое место и, если чуда не случится, я снова что-нибудь «исполню». Мой идиотизм просто не поддается контролю!
Поэтому единственное умное решение, что пришло
