Вторым «Но» заставившим меня бежать с места преступления, как можно скорее, был прием, который проводил губернатор Влекрианта в главном холле здания. Гости расходиться не спешили, и пробираться к выходу пришлось бы через толпу. А там герцог Нарайский. Ой, какой был у него взгляд, когда я шествовала с бароном к покоям. И ведь узнал же, поганец! В таком виде — и то узнал! Конечно, выдать меня Стикур не посмеет, так как прекрасно осведомлен о том, чем я зарабатываю себе на жизнь, но еще раз видеть презрение в стальных глазах не охота.
Вот и приходится, шурша складками платья, и цепляясь за металлические прутья оборками, лезть по стене. Кошмар! Особенно неудобно это делать, зажимая подмышкой длинную трость зонта.
Главное не выронить, пухлую папку с бумагами, спешно засунутую в корсет. Со стороны груди она, конечно же, не влезла. Пришлось в туалете сначала расшнуровывать все веревки, а потом, устроив документы на талии, зашнуровываться заново. Без помощи служанки корсет затянуть туго не получилось, и папка теперь постоянно сползала, норовя выскользнуть из-под пышной юбки. Нужно было придерживать ее рукой.
«Фу-х, слезла!» Я наконец-то очутилась на земле и нервно рванула за спиной веревки корсета. Грудь тут же протестующее вылезла из декольте, зато папка больше сбежать не норовила. Вот и славненько. Очередное задание синдиката выполнено, а значит, скоро будет денежка, и можно устроить себе внеочередной отпуск! А что, я заслужила, полтора года не отказывалась ни от одного задания, друзья уже, наверное, забыли, как я выгляжу. Да и заработанные деньги не плохо бы потратить.
Мелкий дождь не прекращался, поэтому пришлось открыть зонт. Бронзовая змеиная морда на ручке недовольно распахнула рубиновые глаза, зевнула, обнажив два ряда острых, как иголки зубов и буркнула:
— Че разбудила-то? Проблемы?
— Ага, — буркнула я. — Дождик. Так что терпи, буду по назначению использовать. Можешь спать дальше.
Живой артефакт по имени Изикарил или просто Изик, покорно закрыл глаза и несколько раз громко всхрапнул. Я осторожно почесала блестящую чешуйчатую щечку, успокаивая. Существо довольно засопело и отключилось, превратившись в обычное украшение элегантного дамского зонтика.
Пустынная улица, освещенная фонарями, была достаточно широкой и вела от центра города к одной из его окраин. В принципе, как раз в ту сторону и нужно. Мое поместье находится совсем недалеко за городом. Пешком, конечно, чапать будешь долго — до утра, но я надеялась поймать коляску. На следующем перекрестке, у крупного гостиничного комплекса практически всегда стояли свободные экипажи. Эти несколько сот метров можно пройти пешком.
Все же мне очень нравится моя работа. Какой же я дурой была, когда семь лет назад думала, соглашаться ли на предложение Раниона (сейчас этот парень частенько выступает моим партнером в сложных вылазках). Вообще-то сама я с Земли, а на Арм-Дамаш попала совершенно случайно лет восемь назад. Тогда я помогала выпутаться из неприятностей своей лучшей подружке. И вот теперь чаще бываю здесь, нежели дома. Таких зарплат на Земле, в нашем маленьком городке выпускникам-психологам нигде не предложат. Впрочем, и здесь платят мне не за диплом, а совсем за другие качества.
Цок-цок. Каблуки отбивают дробь по мокрому асфальту, белые рюши на подоле стали грязно-серыми. Ну и пусть! Не для себя же я наряжалась. Терпеть не могу корсеты, оборки и накрахмаленные нижние юбки. В них я похожа на торт, особенно в этом дурацком белокуром парике.
Сегодня я была блондинкой с пышной грудью. А что? Пожеланиям заказчика нужно соответствовать. Париков у меня много, мне не жалко. Да и ваты в лиф платья напихать — проще простого, а человеку приятно. У меня и своя грудь вполне ничего. Есть, по крайней мере, это точно. Но мужиков я отчаялась понять еще семь лет назад. Правда, история та грустная, а после удачно выполненного дела, я дала себе зарок не грустить.
Ну, почему, если ночью по Влекрианту идет мужчина или парень у него есть слабый шанс добраться до дома без приключений. Но если на его месте оказывается девушка — то все, спокойного пути можно не ждать. Зря я наивно рассчитывала, что сегодня удача от меня не отвернется. Легко выполненное задание — еще не гарантия того, что неприятностей сегодняшним вечером не будет вообще. И глупо думать, будто два квартала — это очень мало для того, чтобы найти ненужные приключения. Снова повела себя как институтка, в первый раз попавшая в город. Знала же, что Влекриант и днем сложно назвать спокойным местом.
Мотающуюся по дороге троицу я заметила издалека и предусмотрительно скользнула на темный тротуар, поближе к домам. Если уж будет совсем худо, можно сигануть через забор к, наверняка, гостеприимным хозяевам. Лишь бы миновать дворовых псов, а то еще неизвестно, что хуже: пьяная троица или разозлившаяся собачья свора.
Пока я размышляла, «сегодняшние неприятности» резко изменили направление и повернули в мою сторону. Были бы это засидевшиеся в корчме мужики, вполне возможно ничего серьезного мне бы не грозило — люди слишком ленивы, даже для того, чтобы гоняться за добычей, чего не скажешь о троллях-наемниках.
— Изик, не спать, — шепнула я и сложила зонт, перехватив наподобие трости. Очень удобное оружие для слабой, необученной премудростям боя женщины. С виду совершенно безобидный, красивый дамский зонт, а на деле, с одной стороны зубастый и ядовитый Изик, а с другой — остро заточенный нож. Яд у Изика в клыках не смертельный, но парализует надолго. Если тяпнет за руку, конечность начнет функционировать не раньше, чем через сутки и потом еще болеть будет с неделю! Хоть «караул» ори на всю округу, не хуже, чем у перепуганной пухи получается. Это я на себе испробовала, ну, когда только познакомилась с Изиком: мне тогда заказали достать зонт из сокровищницы одного Сирланского шейха. Много крови это задание попортило, столько, что я посчитала с трудом добытый артефакт более достойной наградой, чем жалкие пятьсот золотых.
Пьяная троица подошла почти вплотную, вдохновленная тем, что потенциальная жертва настолько глупа и лишена чувства самосохранения, что прогуливается по улицам Влекрианта, как по дворцовым садам Арм-Дамаша, не торопясь и лениво размахивая зонтиком.
— Девушка, а вам одной гулять не страшно? — Ну, ясно, все начинают одинаково. Это своеобразная игра. Называется «попробуем договориться по-хорошему?» «Поиграть или сразу засветить Изиком в лобешник?» — лениво размышляла я, разглядывая своих случайных знакомых. Тролли, как тролли — большие, в каждом не меньше двух метров роста, и пьяные. Таких пол-Влекрианта бегает — сейчас не сезон, в конце лета традиционный праздник «Прощения и примирения». В это время считается дурным тоном обращаться в преступные кланы и организации. Особенно сильный грех — заказное убийство или разбой. Вот наемников всех и распустили до осени. А они маются от безделья и напиваются в многочисленных корчмах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
