Глава 2
Августовские ночи еще теплые, но уже пахнут осенью и сыростью. После дождя свежо и часто ветрено. А под утро по земле стелется промозглый туман. Светало, а Дир еще не ложился спать, хорошо хоть удалось около часа назад перекусить и украдкой выпить перелитую во фляжку дневную дозу крови. Сейчас можно завернуть на постоялый двор и поспать, но магу не хотелось терять время. До поместья во Влекрианте осталось всего несколько часов езды, поэтому задерживаться в городе бессмысленно. Да и не очень разумно. Сегодня днем Дир опять заметил, что за ним следят. Далеко не в первый раз за последние две недели. За это время маг убедился в том, что воскресили его не просто так. У кого-то были серьезные планы на это тело с новой душой. Зачем нужно создавать из юного вампирчика марионетку, Дирон пока так и не понял. Впрочем, сильно и не старался. Главной задачей было сбежать и добраться до своих записей. Если смешаться с толпой, есть шанс, что во Влекрианте его след растворится окончательно, и преследователи отстанут, хотя бы на время, которого хватит, чтобы разобраться в сложившейся ситуации и изучить записи Келла.
Все неприятности начались на следующий день после того, как маг очнулся в вампирском теле на краю пентаграммы. Когда пожаловали трое вампиров, Дирон едва успел смотаться, прихватив записи мага. Его спасло только то, что в момент прибытия нежданных гостей, он был в потайном кабинете, о котором, похоже, не знал никто, кроме усопшего владельца. Дирон подслушал разговор и понял, что троица заглянула не просто так. Вампирам хорошо было известно о готовящемся сложном ритуале. Более того, маг не должен был начинать действовать самостоятельно, не дождавшись ассистентов. Похоже, неудачливый колдун был всего лишь исполнителем, который переоценил свои силы, решив отхватить слишком большой кусок пирога. Стало ясно, что в процессе ритуала планировали создать не просто раба. Все значительно сложнее. Задумывалась какая-то игра, а его, вероятнее всего, хотели вывести в качестве джокера. Темная лошадка, способная изменить ход партии. Знать бы еще, кто, с кем и во что задумал играть.
Потайным ходом в кабинете мага пользовались, видимо, очень редко или не пользовались вообще. Дверь открылась с ужасающим скрипом, и притаившегося Дира все же засекли. Тогда от погони удалось оторваться, но после этого его настигали несколько раз. Иногда просто следили, и получалось раствориться в толпе, а иногда нападали, и приходилось убивать. К счастью магический дар никуда не делся, а новое тело не утратило навыки рукопашного боя. Действуя на одних инстинктах, получалось справляться с сильными противниками и выходить из передряг с минимальными потерями. В этом помогала боевая трансформация. В первый раз маг не на шутку испугался, почувствовав, как во рту удлиняются клыки, а на руках отрастают когти, но очень скоро оценил их преимущества в бою.
В одной из таких потасовок Дирон заработал неприятный шрам вдоль ребер. Достаточно глубокая царапина ныла и саднила до сих пор. А в другой драке удалось разжиться парными вампирскими кинжалами из темной стали. Поговаривали, что другим оружием вампира убить практически невозможно. Дирону повезло, что охотились за ним только люди или тролли-наемники. Со своими новыми сородичами справиться так легко не удалось бы. Это удивляло, Дирон не понимал: если он интересен вампирам, то почему же его ловят обычные наемники? И ловят как-то вяло. Значительно проще было бы напустить вампиров-профессионалов. Против них не удалось бы выстоять даже, если умело соединить боевые навыки этого тела и собственную магию. И вообще, Диру ужасно надоело убегать и скрываться. Он уже думал, что от погони удалось оторваться, так как последние несколько суток поймать его никто не пытался, но сегодняшний день доказал обратное.
Преследующие его тролли-наемники долго тащились сзади, и никакие петляния по городу не помогли от них избавиться. Трое хмурых головорезов не пытались скрыть свое присутствие. То ли не боялись, то ли просто не принимали объект слежки всерьез. Дир приметил их сразу и безуспешно пытался скрыться в течение всего дня. Эта слежка напрягала и задерживала, в поместье во Влекрианте ехать было нельзя. Не хватало только привести хвост в собственный дом. В первый раз маг пожалел, что у него была в целом благополучная жизнь. Его обучили азам рукопашного боя, он неплохо овладел оружием и отлично — магией, но вот скрываться в городских лабиринтах улиц еще не пришлось. Впрочем, преследователей все же удалось обмануть. Напасть наемники решились только под утро и то, поддавшись на провокацию мага. Он намеренно долго сидел с кружкой пива в одном из трактиров на постоялом дворе, а потом, пошатываясь побрел по пустынной улице.
Расчет оказался верным. Нетрезвая походка, хрупкое телосложение и пустой взгляд служили лучшей приманкой. Маг привалился к стене спиной, и опустил голову, пытаясь разглядеть в темноте приближающиеся фигуры. Издалека могло показаться, что он не рассчитал сил, перебрал и теперь дремлет, так и не добравшись до конечной точки своего пути. В темноте переулка наемники могли разобрать только смутный силуэт у стены дома, а Дир видел их очень хорошо. У нового тела были неоспоримые плюсы, такие как ночное зрение. Маг теперь различал ночью мельчайшие детали — кошку, дремлющую за мусорными баками, выбоины в брусчатой мостовой, и даже внешность своих преследователей.
Осторожно вынув из ножен парные кинжалы, Дирон напрягся, готовясь к атаке. За эти две недели он убил больше народу, чем за всю предыдущую жизнь, и это пугало. Хотелось думать, что виной тому обстоятельства, но в душу постоянно закрадывалась коварная мысль, а может быть не обстоятельства, а новая сущность? «Ты же теперь не эльф, Дир, а вампир, — мерзко нашептывал внутренний голос. — Порождение тьмы…»
Один из наемников резко кинулся вперед. Двигался он профессионально, бесшумно. Дир ни за что бы не заметил приближения, если бы и в самом деле пьяным дремал у стены. А так, ухищрения противника оказались напрасны. Маг лишь выкинул вперед руку с кинжалом, молодой тролль сам напоролся на оружие, Дир немного помог, повернув клинообразное лезвие в оседающем теле так, что оно вошло в сердце. Раздался чавкающий противный звук, и по рукаву потела теплая, липкая кровь. Несколько тяжелых капель упали на ботинки.
Второй противник выругался, услышав хриплый стон напарника, и кинулся вперед, уже не таясь. Дирон едва не проворонил удар булавы направленный в голову, пригнулся, пропуская оружие над собой, и плавно перетек за спину противнику. Тролль яростно крутанулся на месте и Дир успел заметить его помутневший взгляд. Медлить нельзя. Маг удобнее перехватил кинжал за скользкую от крови рукоять и вогнал лезвие в глаз врага, разрушая заклинание маяка, и сразу же черкнул вторым лезвием по горлу. Фонтаном брызнула кровь, попав на лицо и губы мага. Он судорожно слизнул теплые капли и отшатнулся к стене, стараясь не смотреть в сторону бойни и не вдыхать запах крови, пропитавший воздух. Сдерживаться не было сил, но Дир буквально ползком кинулся в ближайший проулок, борясь с желанием подлизывать свежую кровь прямо с мостовой, а лучше глотать из раны. Остановился, только когда начало светать. В боку кололо, а кровь на руках давно засохла. На душе стало противно и грустно. Новая сущность доставляла много проблем. Убивать получалось легко, на одних инстинктах. Его словно захватывал какой-то нездоровый охотничий азарт, а вот потом начинались мучения. Самым сложным было не дать себе напиться крови. Свежая, из только что нанесенной раны она пахла одуряющее. Желудок скручивался в узел, настолько сильна была жажда, но Дир не сдавался, он боялся сойти с ума. Считал, что до тех пор, пока пьет кровь животных, как лекарство из фляжки, он еще может считать себя эльфом. Но как только сдастся и подчинится своим инстинктам, сразу превратиться в тварь. Это мешало. Слишком часто приходилось в последнее время делать нелегкий выбор. Вот, например, сегодня, опять — зверски убить противника или дать ему вызвать подмогу? Дирон был хорошим магом, и поэтому очень быстро определил, что на наемника кто-то ставит маяк. Об этом говорили потускневшие глаза и замедлившиеся движения. Связь удалось разорвать вовремя. Чужой маг мог почувствовать только вспышку боли и угасающее сознание своего «замаяченного». Дир надеялся, что все сделал правильно, и найти его не смогут, по крайней мере, какое-то время. Может быть, все же удастся затаиться. Иначе человеческая жертва будет напрасна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
