Сейчас — самый сезон. Еще недели две — и можно в поместье не появляться. Здесь будет не протолкнуться от желающих заполучить экзотическую зверюшку. Все хотят найти для себя единственного, неповторимого гхырха. Того, с которым можно будет поддержать разговор. Бывает и получается. Клиент иногда долго ходит рядом с клетками, надеясь, что кто-то из детенышей с ним заговорит. А для кого-то важна расцветка. Мирр — управляющий фермой, в этом году делал ставки на лилово-розовый выводок и сильно обижался, когда я называла детенышей гламурненькими. Этого слова пожилой эльф не знал и почему-то считал обидным.
Еще раз потянувшись и вдохнув пряного утреннего воздуха с отчетливым навозным душком, я все же решила одеться и выйти к своему таинственному гостю.
Долго медитировала на шкаф не в силах решить, как мне одеться: удобно, как я привыкла — в спортивные штаны, привезенные с Земли; прилично — в платье или неофициально, то есть накинуть поверх прозрачной ночнушки пеньюар.
В результате, остановилась на компромиссном варианте традиционной, полюбившейся мне сирланской одежде — полупрозрачных шароварах и тунике из плотного небеленого дина.
Молодой человек, и в самом деле, был удивительно юным и совсем незнакомым. Я замерла на верхней площадке лестницы, где спрятавшись за колонну, могла изучить гостя безнаказанно. Не опасаясь, что меня заметят.
Каркалы! Мне же никогда не нравились шестнадцатилетние мальчики, даже когда самой было пятнадцать. Так почему сейчас так хочется растечься киселеобразной лужицей прямо здесь на мраморном полу?
Паренек сидел в кресле, развалившись, и листал какую-то книгу. Черные жесткие волосы до плеч торчали в разные стороны, словно иголки дикобраза. Прямой тонкий нос, резкий изгиб губ и острый подбородок. Несмотря на юный возраст, он был до дрожи в коленях красив и, похоже, знал об этом. Иначе как объяснить вызывающе обтягивающую безрукавку с распущенной на груди шнуровкой и эту непривычную для Арм-Дамаша прическу. На Земле молодых людей с таким вороньим гнездом на голове можно встретить, а здесь мужчины носят либо короткие стрижки, либо убирают волосы в косу или хвост, но не так.
— Оля, хватит прятаться, я тебя вижу. Выходи уже!
Я подпрыгнула на месте от этого густого, глубокого голоса и уставившихся на меня огромных медовых глаз.
— Мы знакомы? — осторожно поинтересовалась я, выглянув на лестницу.
— Да, — хмыкнул парень, и я заметила длинные клычки. Стало быть, вампир, причем не из простых. Раз камушка в клыке нет. Высшая знать. Нет, таких знакомых у меня не было, я, по крайней мере, не помнила, о чем тут же поспешила уведомить своего гостя.
— А мы не виделись давно, целых семь лет. Даже семь с половиной. Почти. — В лукавых глазах плескалось расплавленное золото. «Каркал, зачем ты улыбаешься мне, чертенок! Я и так скоро начну глупо хихикать и строить глазки».
— Я тебя, что нянчила, что ли? — за этой явной грубостью я попыталась скрыть свои истинные чувства. К вампирчику меня тянуло, словно магнитом.
— Нет, — он никак не прореагировал на колкость. — Это я тебя… Нет не нянчил, скорее штопал, когда ты загибалась после укуса ледяной ящерицы.
После этих слов, я едва не сверзилась с лестницы. По рукам пробежали волны чешуек, а зрачки сузились в вертикальную щель, напоминая мне о том, что неприятно вспоминать. Хочу или нет, но с некоторых пор я немного ледяная ящерица. До конца я так и не перекинулась, но сейчас это и не важно. Важно, что возвращали меня к жизни после укуса два мага, и оба они мертвы. Келл ушел сам за своей любимой, которую искал почти тысячу лет. А Дира убили через несколько месяцев здесь, в этом доме.
— Не узнаешь меня? — вампирчик уже не смеялся, но на его юном лице я не могла найти ни тени Каллариона или Дирона. Нет, ни один из них не может быть жив. Я видела подтверждения смерти. Да и что общего между эльфами и вампирами?
— Бред, — в это слово я вложила все свое удивление и недоверие.
— Сам до конца не верю, но я — Дир. Спрашивай, отвечу на любой вопрос. Хочешь, расскажу, как ты очутилась на Арм-Дамаше? Или нет… Лучше я тебе поведаю о том, как однажды зимой ты едва не сожрала одно разумное существо по имени Адольф, приняв его за большую лягушку. Причем, о его разумности ты прекрасно знала и все же упорно пыталась сожрать. Брата моего двоюродного, Стикура, покусала, пока он в чувство тебя приводил.
— Стоп-стоп! — я, не в силах поверить в реальность происходящего, слетела с лестницы и плюхнулась на свободное кресло. — Но как? И почему ты здесь? Нет, я конечно, рада тебя видеть, но, вряд ли, я — самый близкий тебе человек… В общем, ты меня понял?
— Понял. Не хочу тебя расстраивать, но я не совсем к тебе, я, скорее, к своим вещам. Если ты помнишь, перед смертью, — на последнем слове, вампирчик споткнулся. — Я жил здесь. Мне нужен мой кабинет и все. Надеюсь, я могу им воспользоваться? Он еще цел?
— Э-э-э, — я попыталась найти нужные слова. Кабинет-то, конечно, был цел, но вот, во что он превратился за семь лет — это отдельная история. Вряд ли Диру понравится, что я устроила там кладовку. Ни Стикур, ни Дерри не озаботились тем, чтобы куда-то вывезти вещи мага. Сначала было слишком сложно и тяжело, а потом видимо, просто забыли. В небольшой комнатке на третьем этаже, под толстым слоем пыли на ковре все еще была засохшая кровь. Именно там пытали, а потом убили Дира. Нужно срочно распорядиться, чтобы безобразие убрали. Вряд ли, магу приятно будет это видеть.
— Оль, ты где? — напомнил о себе Дирон. — Может быть, все же ответишь мне на вопрос?
— А…извини, просто я, если честно сказать, в шоке. — Я смотрела на сидящего передо мной молодого смазливого мальчика и не могла поверить, что это Дирон. Мага я, если быть откровенной, помнила не очень хорошо, мы с ним тогда не успели стать друзьями. Да я и не стремилась. Он казался бледнее всех. Мое сердце в то время завоевал яркий и стремительный Стикур, а Дир… Он был увлечен магией, и я его совсем не знала.
— Как получилось, что ты жив? — слова застряли в горле. От обилия полученных сведений и бессонной ночи разболелась голова и я, подозвав служанку, велела принести кофе. Вчера Адольф соврал, у меня на кухне еще осталась целая банка божественного напитка. После того, как служанка упорхнула, перед этим буквально раздев Дира взглядом, я вернулась к допросу.
— Почему ты в таком виде? И если тебе перепала такая удача, то почему ты торопишься вернуться к магическим изысканиям, а не уходишь в запой с друзьями и родней. Я что-то не догоняю.
— Н-да, — лицо юного вампирчика стало необычайно серьезным. На гладком фарфоровом лбу пролегла глубокая морщина. — Я бы вообще предпочел, чтобы о моем, так называемом, воскрешении никто не знал. Но раз ты все равно в курсе, то нет смысла что-то скрывать. Семь лет назад одному ушлому магу удалось захватить мою душу это долгая история и сейчас она не важна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
