Но, о Боже всего, единый Податель и Хранитель истинного богословия и согласных с ним догматов и речений, Единая Единоначальнейшая Троица, — не только потому, что Ты являешься началом всего, но и потому, что Ты в Себе Самой имеешь единое сверхначальное начало [17], единую беспричинную Единицу, из которой происходят (προάγεσθον) и к которой возводятся безлетно и безвиновно (άχρόνως και άναιτίως) Сын и Дух, Дух Святой, господственный [18], имеющий [ипостасное] бытие (ϋπαρξιν) от Бога Отца по образу исхождения (έκπορευτώς), и через Сына право в Тебя верующим и подаваемый, и посылаемый, и являемый. Сыне Единородный, от Бога Отца по образу рождения {стр. 16} (γεννιτώς) имеющий бытие (ύπαρξιν), и чрез Святаго Духа в сердцах верующих образуемый и обитающий, и невидимо видимый. Отче единый нерожденный и неисходный, и — говоря вообще — беспричинный, единый Отец неотторжимых от Тебя и равночестных Тебе Светов [19]. Едина Держава, едина Сила, Создательница тварных и [сущих] под рукой Твоей светов, всякого знания Подательница, произведшая многовидные идеи познающих и познаваемых, и соответственно познающим и их природе вложившая знания: мысленным — простые и бесстрастные умозрения (νοήσεις); чувственным — многочастные и страстные ощущения; нам же — смешанным [из чувственной и мысленной природы] — и те и другие. [Ты], Которая знание о Себе, насколько его возможно вместить, даруешь одним лишь Твоим словесным творениям по неизреченной благости, дай и нам должным образом богословствовать благоугодно Тебе и согласно с от века Тебе словом и делом благоугодившими, дабы нам и не богоугодно о Тебе богословствующих обличить, и воистину Тебя ищущих утвердить в истине, да все мы познаем Тебя, единую Источную Божественность [20], единого Отца и Изводителя, и Твоего Сына единого и Сына единственного, но не Изводителя, и Твоего единого Духа Святаго, и единое Изведение [21], но не творение; и да прославим Единого Бога во едином и простом, богатом, так сказать, и безграничном Божестве, и да взаимно прославимся от Тебя в богатом обожении и трисиятельном светолитии, ныне и в бесконечные веки. Аминь.
{стр. 17}
Это общая для всех, почитающих Единое Начало, молитва. Вы же что скажете, говорящие применительно к Божеству о двух началах? Ибо что с того, если вы говорите это не явно, но это выводится из того, что вы говорите. Таковы глубины сатанинские, таинства лукавого, которые он нашептывает подставляющим ему ухо, не понижая и не ослабляя тон [своего] голоса, но скрывая пагубность намерения. Так, я полагаю, нашептывал он и Еве.
Но мы, наученные богопремудростью (θεοσοφίας) [22] отцов не неразумевати умышлений его [23], являющихся обычно неявным началом для многих [зол], никогда вас не примем в общение, пока вы говорите, что Дух [исходит] от Сына.
Ибо разве, говоря так, не являетесь вы прежде всего откровенно прилагающими [нечто] к изъявляющему [24] [истину] о Святом и поклоняемом Духе богословию Самоистины — Христа, Который, Бог сый превечный [25], ради нас стал и Богословом, Который, на самом деле будучи Истиной, явился для нас проповедником истины, Который на сие прииде в мир, да свидетельствует истину, Коего всяк, иже есть от истины и воистину взыскует ее, послушает истинного гласа [26]?
Итак, разве вы не противоречите прежде всего Ему, Первому из всех богословствовавшему таковым образом {стр. 18} (ибо Он говорит: Дух Истины, иже от Отца исходит [27], затем — самовидцам [28] и самослышателям, ставшим Его учениками и апостолами, прежде же всего — и самому Святому Духу, Который и пришел согласно дарованному им Спасителем обетованию [29], и Который научил их всему [30], Который не научил их тому, что не от одного Отца Светов [31] Он исходит, но и от Сына? Если же так научил их Он, то и нас они научили подобным же образом.
Затем, наученные и просвещенные, они были посланы для того, чтобы научить так, как были научены; и чтобы просветить так, как были просвещены, чтобы они проповедывали в дерзновении, еже во уши слышаша, то есть — не во всеуслышание; чтобы рещи во свете то, что глаголано бысть во тьме [32], — как бы я сказал, чрез откровение в пресветлом мраке [33], хотя бы и притчами, — и что, подобно темному слову [34] у Соломона, проясняется причастившемуся премудрости. Если угодно, тьма раскрывается наедине и сокровенно, и никогда — явно для многих.
Но [обратимся] к тому, о чем у нас сейчас речь, что не было сказано дерзновенно изрекшими истину, что не возвестил Дух, возвестивший всяку истину [35], о чем не засвидетельствовал и не известил Тот, Кто обо всем, яже слыша от Отца [36] известил возлюбленных [учеников], Кто прииде, {стр. 19} да свидетельствует истину [37]. Как вы смеете говорить это, вводя таким образом чуждое прибавление в определение веры, которое избранные отцы, собравшиеся для сего, будучи движимы Духом, вместе, написали и предали всем предъизбранным право править слово истины [38] [в качестве] символа неложной веры (δόξης) в Отца и Сына и Святого Духа, и как пробный камень беспримесного богопознания, и как твердое исповедание?
1. Ибо то, что вы считаете [извиняющим вас] поводом, то есть [будто из–за] говорящих, что Сын не равен Отцу, поскольку Он не имеет также изведения, вы, спеша показать [Его] равным [Отцу], ввели прибавление, не имеет никакого разумного основания. Ибо если некоторые скажут, что Ему нужно обладать и [свойством] рождать, чтобы без этой прибавки не пропало равенство, то необходимо будет приложить и это, слушая неразумных, и вообще не говорить, что по причине Отец больше Сына, дабы не отвергать равенство Сына [по отношению] к Нему.
Итак, вот что вы думаете хитро ввести в противность евангельским догматам и учениям. Ибо говорящий, что и Сын — причина божества, отвергает Сына, ясно в Евангелии сказавшего: Отец Мой болий Мене [39], не как человека только, но и как Бога — тем, что Он является Причиной божества. Поэтому Он и не «Бог» сказал, но «Отец». Ибо [Он] не как Бог больше Сына, — прочь от нечестия! — но как Причина божества, как и изъяснили нам богоносные отцы [40]. Итак, вы, как кажется, противоречите сим богоносцам и самому Христу — Богу богоносцев, называющих Сына не равным Отцу по причине.
{стр. 20}
Но мы знаем и равенство Сына с Отцом по природе, и превосходство исповедуем Отца по причинности, которая объемлет собою и то и другое: рождение и исхождение. И самим же изначально написавшим символ веры — при том, что у них [как раз] была борьба за сращенность [41] Сына с Отцом, то есть за равночестность — он показался достаточным без вашего прибавления [42].
{стр. 21}
Итак, не оправдано и не благочестиво вы вводите таковое прибавление в определение веры, которое собравшиеся вместе избранные отцы написали и предали нам, будучи движимы Духом, и к которому вовсе не дозволяется прилагать что–либо, или отнимать от него, после Собора, последовавшего во времени Собору этих святых, которым дерзнувший на сие подвергается проклятиям и извергается из Церкви, и также — [дерзнувший приложить] прибавление, не изреченную, как говорится, Словом, ни открытую Духом, и не обретаемую в записанных словах святых апостолов.
С ними же в согласии изложили и изложившие сие божественное определение веры, и те, что были после них, присоединились, пусть даже они и не составляли [его] вместе с ними. Ведь вы не можете сказать, что одни не так составили [Символ], а другие — не согласились с теми, кто в начале составил [его], будучи обличаемы написавшими по порядку [деяния] всех святых Соборов, — и этого самого их Собора, [и последующих, даже] до сего дня. Более того, [вы обличаетесь] всегдашним согласием четырех патриарших престолов и самих многих и различных народов и языков, несущих неразличающееся и непреложное изначальное изложение [веры].
Итак, общие [для всех] изъясняющие голоса богоносных богословов, евангелистов, апостолов и предшествовавших им от века пророков таким образом согласно говорят о Духе и так [исповедуют] согласно с Богочеловеком Словом. К тому же — и все Соборы, собранные по разным причинам и в разные времена в защиту благочестия, и, — что почти то же самое, — всякий богоносный язык, ибо ни на одном из этих Соборов не богословствовали, что Дух [происходит] и от Сына.
{стр. 22}
Я бы достаточно показал вам, что это самое [исповедание] и все без исключения богословы — каждый в свою очередь — неизменно сохраняли в составленных каждым из них по [разным] частным случаям словах. Но спорливость латинянина не выдержит такой протяженности наших словес, и ответит, говоря: «но и вы каким образом и где обрели такое прибавление, что считаете, будто Святой Дух исходит от одного только Отца (и поэтому думаете, что мы инославные), если этого не сказал ни Христос, ни Его ученики?»
