Шелуха из матраса сыпалась Биллу в глаза, из них текли слезы. Он до сих пор не мог понять, чем они были вызваны — сором или обидой. Унижение, пережитое Громилой, было так велико, что он никому не рассказал об этом эпизоде, поклявшись отомстить легавому.
И вот этот день наступил! На всякий случай Билл решил проверить содержащуюся в записке информацию, от кого бы она ни исходила. Выбравшись со свалки, он позвонил по телефону-автомату Питеру Шлиману — скользкому типу, который знал все про всех.
— Хэлло, Пит! — поздоровался Громила дрожащим от волнения голосом, — это правда, что Чакворда выперли из ФБР?
— Сущая правда, чтоб мне сдохнуть, — обрадованно подтвердил Шлиман. — Все ребята только об этом и говорят. Сам знаешь, он насолил многим. — Пит захихикал бабьим голоском. — Ты что-то задумал, Билл?
— Вот еще, он же такой симпатяга этот Чакворд, — сквозь зубы ответил Громила и положил трубку на место.
Вернувшись в автобус, он тщательно надраил пистолет, на обломанном оселке отточил, как бритву, корсиканский кинжал и прилег отдохнуть, пытаясь успокоить расшалившиеся нервы. Залетевшая в выбитое окно оса, прожужжала над ухом. Билл махнул рукой, отгоняя насекомое, и обомлел — кисть его руки стала огромной, как надутая резиновая перчатка. Этой гигантской десницей он схватился за поручень, пытаясь встать, и металлическая опора, жалобно скрипнув, согнулась в его руке. Билл, тяжело дыша, чувствовал, как раздаются ребра его грудной клетки, как тяжелеют, наливаясь силой, могучие бицепсы.
— Что делает злоба с человеком, разрази меня гром, если я не разорву голыми руками этого легавого!
Треснув, полетели на пол оторвавшиеся пуговицы, разошлась по швам синтетическая рубашка. Без всякого испуга, как за чем-то само собой разумеющимся, Билл наблюдал, как вздуваются мышцы, превращая его в настоящего Голиафа. Единственное, что беспокоило при этом Громилу, как бы чудодейственная сила не покинула его раньше предстоящей схватки.
* * *
Черная непроглядная ночь окутала университетский городок. Чуть слышно шурша мягкими радиальными шинами, «Шевроле» крался по его спящим улицам. Чак специально не зажигал фар. Чувство надвигающейся опасности обострялось с каждой минутой. Поэтому, вместо того, чтобы поехать к главным воротам лабораторного корпуса, он сделал изрядный крюк и подрулил к боковой пристройке.
— Идем, Джон, — прошептал сыщик.
Крадучись, словно воры, мужчины пошли вдоль стены здания. При этом Чак осторожно ощупывал каждое окно, пока не нашел то, что искал, — приоткрытую оконную раму. Подцепив шпингалет лезвием карманного ножа, он открыл окно и исчез в его темнеющем проеме. Вслед за ним в окно влез профессор.
— Иди вперед, Джон, не зажигай свет, — прошептал Чакворд.
Стараясь ступать как можно тише, они поднялись на второй этаж, где за дверями с кодовыми замками стоял сейф. Именно туда Фолси, уезжая, приказал положить результаты исследования, как только они будут получены с компьютера.
— Вот она! — распахнув железную дверь, Фолси схватил черную пластмассовую коробку.
И тотчас в зале вспыхнули все светильники. Сокрушительный удар в дверь разнес ее в щепки. На пороге, жестоко улыбаясь, стоял Билл Громила.
Рой щепок еще не успел опуститься на пол, как один за другим прогремели три выстрела. Чак ожидал, что Громила рухнет к его ногам. Но тот лишь покачнулся и медленно двинулся на детектива. Чак с удивлением смотрел на слоноподобное существо, отдаленно напоминавшее Билла Громилу, которого он когда-то знал.
— Беги к машине, Джон, я его задержу!
Чак выхватил из прибора электрический кабель и как лассо накинул его на шею великана. Громилу перекосило. Схватившись за кабель, он разорвал его в клочья. Но это дало Чаку несколько секунд, и он отлично ими воспользовался. Вскочив на подоконник, Чак ударил ногой по стеклу и выбросился из окна, пружинисто подогнув под себя ноги.
Чак опустился точно в центр клумбы. И хотя второй этаж лабораторного корпуса был не бог весть какой высоты, а земля пушистой и ухоженной, его все-таки повалило на бок. Это, безусловно, его спасло, потому что на том месте, куда он упал, вскипели фонтанчики земли, поднятые пулями. Это Громила бил из пистолета вслед беглецу. Чак отлично видел его контур на фоне ярко освещенного окна. Детектив поднял револьвер, но тут же опустил его — стрелять в великана было бесполезно.
Прокравшись вдоль стены к автомобилю, Чак кинулся за руль. С выключенными фарами «Шевроле», словно ночной призрак, пронесся по сонному городку.
Всю ночь Чак гнал машину, заметая следы. Когда глаза начинали слипаться, он отдавал руль Джону, и гонка продолжалась. Чакворд больше не сомневался, что они столкнулись с могущественными аномальными силами. Называть их дьявольщиной он все-таки не торопился.
Что Чак мог противопоставить враждебным силам, практически ничего о них не зная? Ничего. Надо было скрыться, чтобы выиграть время. Все свои надежды в этот момент Чак возлагал на черную пластмассовую коробку, лежащую вместе с самурайским мечом в багажнике автомобиля.
Под утро «Шевроле» остановился у невзрачного придорожного кемпинга. Здесь беглецы сняли двухместный номер, и профессор, сгорая от нетерпения, немедленно принялся за работу. С этой минуты снисходительный и властный Чакворд превратился в исполнительного ассистента. По первому знаку профессора он несся то в ближайший супермаркет, то за географическими картами, то за туристскими справочниками и счетными машинками.
Фолси работал лихорадочно, понимая, что враги не дадут достаточно долгой передышки.
К вечеру все было кончено. Фолси устало откинулся на спинку плетеного кресла и ткнул пальцем в точку на карте.
— Здесь! Неизвестный источник информации здесь!
— Как это может выглядеть? — спросил Чак.
— Не знаю, может быть, там мы найдем некий «ковчег завета», может быть что-то еще более загадочное.
— Уверен, именно для того, чтобы ты никогда не узнал об этой точке на карте, тебя и пытались убить, Джон.
— Боюсь, теперь ты тоже не останешься в стороне Чак.
— Да, мы с тобой в одной связке, — согласился детектив.
— Я все же хотел тебя спросить, — начал нерешительно профессор, — может быть, лучше будет, если я обращусь в полицию?
— Не уверен, — возразил Чакворд, — прежде чем они тебе поверят, должны будут произойти еще несколько покушений, подобных тем, что были. Я оптимист, но не настолько, чтобы злостно искушать судьбу.
— Что же ты предлагаешь, Чак?
— Немедленно ехать. Постараться достичь тайника раньше, чем они доберутся до нас.
