Она вспомнила, как вошла в комнату Синди и жизнь перевернулась. Почему-то не возникло желания остановиться и обдумать ситуацию, как она всегда делала. Марта просто решила послать все к черту и убежала. Ей больше не хотелось быть разумной.
В одно мгновение ее мечты и фантазии разлетелись вдребезги, разбились, точно хрупкие хрустальные вазы. И не было никакого способа восстановить их. Она всю жизнь пыталась быть осторожной и действовать разумно — и куда ее это привело? Марта оказалась на мокрой пустынной дороге, одетая в грязное подвенечное платье, потерявшая все, во что верила.
— Что для меня ваше слово, когда я не знаю, кто вы? Я… вообще о вас ничего не знаю… — сказала она.
В глазах мужчины блеснул вызов, напоминая ей, что она не в том положении, чтобы спорить.
— Знаете, возможно, я ваш единственный шанс добраться туда, куда вам нужно. Или вернуться туда, откуда вы пришли. — Его насмешливый взгляд скользнул по пустынной дороге. — Вы видите там еще пару десятков автомобилей или мотоциклов, спешащих к вам на помощь? — протянул он.
— Ну, может и еще кто-то проехать… — неуверенно ответила Марта.
Произнеся эти слова, она поняла, что вот-вот совершит огромную ошибку. Не стоит воротить нос в подобной ситуации. Незнакомец смерил ее скептическим взглядом в тот самый момент, когда она спросила себя, не сошла ли она с ума.
— Хорошо, — заключил он. — Поступайте как знаете.
Он повернулся и пошел к мотоциклу, держа в руках серебристый шлем. Так он, видимо, хотел показать, что она рискует потерять свой единственный шанс на спасение. Марте хотелось ответить на его вызов, хоть разум и предостерегал ее от подобной глупости. Это же безумие! Разве он мог бросить ее тут совсем одну?
Незнакомец быстро удалялся. Прямая спина, широкие плечи, обтянутые белой майкой, черные волосы, развевающиеся на ветру.
Нерешительность разрывала Марту на части. Если бы мужчина действительно хотел причинить ей вред, то уже давно сделал бы это. Жаль, у нее не было мобильного — он остался на туалетном столике в Хаскетт-Холл. Убегая, Марта забыла положить его в сумочку.
— Подождите… — начала она тихо и неуверенно, но ветер унес звук ее голоса куда-то в пустынные дали.
Стоило мужчине лишь на несколько шагов отойти от нее, как она снова почувствовала себя одинокой и покинутой. Казалось, даже черная кожа куртки перестала защищать ее от ветра. Марта стояла, охваченная холодом и страхом от одной мысли вновь остаться одной. Ей и так хватило пустоты по горло, но теперь, после короткого разговора с человеком, это было бы вдвойне ужасно.
— Подождите! — повторила она громче.
Незнакомец помедлил. Он не повернулся, но хотя бы остановился. Сердце Марты откликнулось, ей был важен этот простой поступок. Безопасно или нет, но она уже приняла решение.
— Сколько сейчас времени? — спросила Марта.
Вероятно, он не ожидал подобного вопроса.
Мужчина повернулся и хмуро посмотрел на нее. Потом поднял руку и бросил взгляд на наручные часы на грубом кожаном ремешке.
— Почти два. Это важно? — На последних словах его тон стали жестче.
Реакция выдала Марту: дрожь, которую она не смогла подавить, короткий выдох сквозь зубы.
— Не знаю. — Вот и все, что она проговорила.
Этот момент был поворотным в ее жизни: началом того, во что она так глупо верила, счастьем, которого она так долго ждала.
Марта вспомнила, как подошла к двери, собираясь сказать ему, что погорячилась и совершила ошибку. Но, увидев то, что происходило в комнате, замерла на месте, не способная издать ни звука. А Гэвин был так увлечен своим чувственным удовольствием, что даже не слышал, как открылась дверь. И все это время он даже не подозревал, что свадьба не состоится. В два часа должна была начаться церемония.
— Вы поможете мне? — спросила Марта. — Мы выберемся отсюда… — жест в сторону серебристо-черного байка, — на этом?
Она хотела уехать от Хаскетт-Холл как можно дальше. В доме ее уже, наверное, начали искать, недоумевая, куда могла запропаститься невеста.
— Я так понимаю, вам нужно попасть на вашу свадьбу? — уточнил мужчина.
— О нет! — воскликнула Марта.
Она не могла скрыть свой ужас от одной только мысли об этом. В ее ушах до сих пор звучали слова: «Это стоит того, чтобы переспать с ней — лишить ее девственности и стать ее мужем буквально и официально. Только подумай, дорогая, после развода мы получим половину из семи миллионов — ради этого следует пойти на чертов брак с мисс Недотрогой, — даже если мне придется ложиться с ней в постель, думая только о деньгах. Может, хоть это немного заведет меня, потому что сама она уж точно не сможет. Господи, она такая здоровая, спать с ней — наверное, все равно что с лошадью…»
— Ни за что! Уж этого мне хотелось бы меньше всего!
Мужчина был ошарашен звонкостью ее голоса. Он присмотрелся к женщине, прищурившись. Заметив, как она отшатнулась, он поморщился.
— Не надо мне никакой свадьбы! — решительно объявила она, горечь правды сгладила дрожь в ее голосе. — Это было бы самой большой ошибкой в моей жизни, поэтому я… решила поскорее убраться оттуда. Я хочу все оставить позади. И как можно дальше.
— Es que la verdad?[1]
Она услышала легкую насмешку в его голосе и напряглась в ожидании следующего вопроса, который, вероятно, был бы о том, что именно она оставила и почему. Сейчас Марта не была готова ответить на него.
— Что это за язык? — спросила она резко. — Вы — испанец?
Услышав ее слова, он нахмурился и опустил глаза. Теперь она была заинтригована, ей захотелось узнать больше.
— Аргентинец, — коротко бросил он.
— А здесь вы что делаете?
Он не хотел рассказывать о себе, женщина переступила черту, за которую он никого не пускал. Его ответ был краток:
— Вино. Лошади.
Игрок? Заводчик лошадей? Любитель выпить или… Марта не знала, как озвучить следующий вопрос, а его непроницаемое лицо ничем не могло ей помочь.
— Вы… далеко забрались от дома.
— Далеко, — согласился он, и его тон позволил предположить, что он говорил не только о физическом расстоянии.
— Значит, вы в отпуске или?..
Мужчина резко тряхнул головой, заставив Марту умолкнуть на полуслове.
— Похоже, мы с вами одного поля ягода, — резко бросил он.
В его словах была какая-то мрачная ирония, но и кое-что еще: вихрь, стремительный и беспокойный.
— В смысле? — удивилась она.
Он смерил ее оценивающим взглядом и повернулся к мотоциклу, щуря глаза от налетевшего ветра.
— Мы оба просто повернулись и ушли, оставив все позади.
