Глава 2
У Марты перехватило дыхание. Это была правда. Именно так она и сделала. Она чувствовала, что это был единственный выход. Но он-то — другое дело!
Разве у незнакомца вид отчаявшегося человека? Человека, который внезапно решил все бросить и уйти? Человека, который чувствовал себя потерянным?
Нет, потерянного он не напоминал. С мокрыми прядями, которые постоянно ерошил ветер, в белой, обтягивающей грудь майке, под которой рельефно вырисовывались мускулы, опустошенным или даже просто обеспокоенным он не выглядел. Сильный, властный, решительный — вот как Марта описала бы его.
— Этого не может быть. — В ее голосе звучало недоверие.
— Почему? — Он бросил на нее быстрый взгляд, и что-то заставило ее отступить.
Этот мужчина был чужим для нее, и Марта не знала, можно ли ему доверять.
— Но разве у вас нет работы, семьи, дома?
— Сейчас у меня нет дома в Аргентине. — Это была короткая сухая констатация факта.
И только сейчас Марта поняла, что в его глазах — в этой зеленой глубине — действительно был свет. До того, как она спросила про семью. Теперь его взгляд стал мрачным.
— Семьи тоже нет, — произнес мужчина.
— Извините… Я не хотела… — пробормотала она.
Мужчина пожал плечами. Он даже улыбнулся, но это была лишь короткая вспышка, которая ничего не означала. И его «сейчас» прозвучало с некоторым ударением, отчего можно было заключить, что трагедия случилась недавно.
— Возможно, у нас больше общего, чем вы думаете, — мы оба пытаемся убежать от своего прошлого, — сказал он.
— Вы пытаетесь убежать? — Марта просто не могла представить его боящимся чего-либо.
Посмотрев в его глаза, она увидела в их глубине знакомую тень. Что-то похожее она заметила сегодня утром, когда смотрела на себя в зеркало, зная, что совершает ужасную ошибку. Она просто не могла пройти через эту свадьбу с Гэвином. Такое выражение бывает в глазах у тех, кто сжег свои корабли и для кого жизнь никогда уже не будет прежней. Но увидеть это мог только тот, кто сам пережил подобное.
— У вас ничего нет? — изумленно спросила Марта.
Его смех — отрывистый и резкий, — как стекло, упавшее на землю, расколол перегруженный влагой воздух.
— Посмотрите вокруг. — Широкий жест в сторону пустой, залитой дождем дороги и стоящего у обочины мотоцикла. — Что вижу, то и имею.
— Это всё, что у вас есть? — уточнила она, невольно проследив за его рукой.
Он кивнул:
— Да, всё. Кое-что из одежды, еще какие-то мелочи и я сам. Всё.
— Но… почему?.. — начала Марта, но он с раздражением отвернулся:
— Я мог бы спросить то же у вас. — В его голос снова вернулась легкость. — Но какой смысл? Мы два незнакомца, два корабля в ночи. Поэтому давайте не будем друг у друга ничего выпытывать.
— Даже имя?.. Если я собираюсь с вами ехать, то мне, по крайней мере, нужно знать ваше имя.
Он пожал плечами:
— Ладно. — Потом снял перчатку и протянул руку. — Меня зовут Карлос… Карлос Диабло.
Возникла какая-то странная пауза в середине фразы, словно он вдруг передумал и решил не говорить ей. Тем не менее, договорив, он посмотрел ей прямо в глаза.
— А я М…
Она запнулась, когда поняла, что чуть было не выдала свое настоящее имя. А что, если он слышал о ней? О деньгах, которые она выиграла — миллионах, привлекших Гэвина? Марта ведь не знала, сколько времени Карлос находился в Англии, читал ли газеты. Ей не хотелось лишний раз испытывать судьбу.
— Я мисс Джонс, — сказала она и моргнула, чувствуя, как глупо это прозвучало.
Но дело было сделано. В конце концов, она тоже не была уверена, что он назвался настоящим именем.
— Приятно познакомиться, мисс Джонс… — Тон его был иронический: возможно, он догадался, что она скрыла правду, но это его ничуть не беспокоило.
Диабло. Фамилия крутилась у нее в голове. Диабло. Дьявол. Карлос Дьявол. Звучало зловеще. Но это же всего лишь фамилия, пыталась уверить себя Марта. Просто фамилия. Ничего больше.
Дьявол и мисс Джонс. Вау! Словно из какого-то готического романа. Или из блюзовой песенки.
Его рука потянулась к ней — смуглая, сильная, надежная. Удивительно, но это заставило Марту расслабиться и вложить свои пальцы в его ладонь, почувствовать ее жар и твердость, почувствовать поддержку.
И в то же время она оказалась совершенно не готова к эффекту, который может произвести на нее этот простой жест. Ее пальцы коснулись его теплой кожи, и она вдруг очутилась в самом центре электрического вихря, играющего ее нервами.
Это было больше чем тепло, больше чем контакт — бог знает, как Марта нуждалась и в том и в другом. Но это было что-то глубокое и примитивное, опасное и дикое, сама квинтэссенция жизни. Оно прогнало холод, наполнявший ее тело, пока она стояла, несчастная и потерянная, на обочине дороги. Оно угрожало расколоть ее сознание на тысячи кусочков.
И неожиданно Марта почувствовала почти иррациональную потребность пойти — куда угодно — с этим мужчиной — Диабло. Она не только хотела бросить все и исчезнуть, но и узнать что-то новое, кого-то нового.
Марта посмотрела на лицо Карлоса и заметила, как в нем тоже что-то изменилось. Его черты смягчились, глаза потеплели, их приглушенный зеленый цвет теперь напоминал цвет полей, над которыми на мгновение разошлись тучи, позволив солнцу, словно прожектору, освещать их своими лучами. А его рот — боже, каким чувственным был его рот! И в то же время каким твердым и сильным с красиво изогнутой нижней губой. По ее телу пробежала дрожь, когда он позволил легкой улыбке на мгновение приподнять уголки губ. Его рука чуть сильнее сжала ее пальцы, передавая послание — поддержку и ободрение. Марта даже позволила себе представить, каково это — почувствовать его губы на своих губах, ощутить, как они скользят по ее коже…
— Ну так что, теперь можем ехать? — спросил он. — Я ничего не знаю о вас, но мне уже надоело стоять здесь под дождем.
— Конечно! — Вина за то, что она заставляет его мокнуть, придала энтузиазма ее голосу. — Но как я смогу забраться на… это… в этом?.. — Марта показала на платье, плотно обтягивающее ее бедра и лишь слегка расширяющееся у колен. — Не уверена, что мне это удастся.
«Зачем женщины носят такие узкие платья», — удивлялся Карлос. В них даже нельзя нормально передвигаться. Но зато выглядит мисс Джонс чертовски сексуально. Лиф платья плотно облегал ее груди, открывая узкую ложбинку между ними — намек может заинтриговать куда больше, чем откровенное декольте. Шелк, обтягивающий ее бедра, заставил взгляд Карлоса опуститься ниже. Могло ли что-то лучше подчеркнуть эти женские формы, которые многие — большинство женщин, как он подозревал, — следуя предписаниям моды, сочли бы чересчур полными?
