молила о том, чтобы оставить пса у себя. Это существо бегало по моей квартире, как в своем собственном доме и уже даже присмотрел себе местечко для сна, устроившись на шикарном белом диване. Ох как мне хотелось просто выть от ужаса.
— Мы не раз заводили эту тему о животных. Я их терпеть не могу, — потираю переносицу пальцем, пытаясь что-то срочно придумать. Может тогда самой оплатить этот приют на пару недель? Так мне будет куда спокойнее.
— Я помню. Но прошу тебя. Моцарт дружелюбный, кусать точно не будет, да и вообще он тихий. Главное кормить и два раза выводить гулять.
— Два раза? О господи. Еще не лучше.
— Лера, я тебя сам прошу. Эта собака важна для нашей семьи, — вижу, насколько серьезно настроен парень, чтобы всячески уговорить меня приютить мопса. Но…боже. Но как? Даже подойти к нему не смогу, не то что выгуливать или мыть лапы.
Как быть?
— Ладно. Но если он меня только укусит или что-то вытворит, я отдам его в приют. Понятно? — поднимаю указательный палец вверх, намекая на то, что вполне серьезного об этом говорю. Только вот не факт, что мне хватит смелости.
— Не бойся, он ничего такого не сделает.
— Поверю на слово, — хмыкнула я, поглядывая краем глаза за собакой. Он уже мирно посапывал на диване, который я прикупила совсем недавно. Ткань бархатная, белая. Как бы потом не пришлось постоянно на химчистку отдавать это добро.
— У него есть что-нибудь? Поводок? Место для сна?
— Да, есть. Все в машине уже лежит. Леша сбегает сейчас и принесет, — она толкнула мягко парня в плечо и отправила спускаться обратно вниз к машине. Добрынин улыбнулся и тотчас побежал.
— А теперь давай поподробнее с предложением. Давно сделал? — подвинувшись поближе к Мире, обняла ее за плечо.
— Неделю назад еще. Обсудили это с его родителями — обещали покрыть все расходы, а раз уж такое дело, решили съездить отдохнуть.
— Вообще-то медовый месяц после свадьбы, а не до, голубки, — расслабленно смеюсь. Сестра поднимает на меня удивленный взгляд.
— И что? У нас он будет до. Потому что потом билеты очень дорогие, а значит мы не сможем никуда поехать, — сестра положила свою голову мне на плечо, пощекотав мне нос своими пышными волосами. Я пригладила ей прическу, целуя заботливо в макушку.
Ох уж этот возраст и характер. Не даром прошли годы с моим воспитанием, когда мама периодически забивала на нас болт. Порой она отвлекалась на своих мужиков, которые менялись каждый божий месяц и нам с Мирой приходилось рассчитывать на самих себя какое-то время. Я делала с ней уроки, какие-то поделки, шила ей костюмы на праздники, а также давала свою косметику, за которую просила хотя бы до конца дня не включать свою дьявольскую музыку. Но рок я как-то со временем научилась терпеть, хоть и с трудом, потому что понимала, что такова натура у младшей сестры. Как и потом пришлось принять ее необычный внешний вид во всем черном, с цепями и шипами, обувь на огромной подошве, которой убить можно, не то что просто ходить по улицам. Эти проколы в носу, ушах и даже татуировки. Эта мелкая каким-то образом умудрилась сделать аж целых две, скрыв это от матери, но не от меня. Мира доверяла только мне, поэтому мы с ней настолько близки, несмотря на наши противостояния.
Может и у моей соседки Нины такой же бунтарский характер? Но вот как с ней совладать, если ее поведение и музыка правда сводят с ума? Пыталась много раз поговорить спокойно, но получала только колкие ответы и видела исключительно средний палец перед собственным лицом, которым она мне тыкала при любой возможности. Протесты. Сплошные протесты.
— Ну допустим. А маме почему не сказала?
— Боже, Лера, она же меня убьет с порога, если я только заикнусь о свадьбе. Помнишь, что было, когда мама узнала о том, что мы начали с Лешей встречаться? Пришлось выкидывать свои вещи через окно, лишь бы поскорее от нее сбежать. Построила себе какие-то розовые замки в голове, что нужно дожидаться своего принца на белом коне и только после окончания колледжа хоть какие-то отношения заводить.
Понимаю чувства Миры. Сама таким же способом уходила из дома, потому что попросту не смогла терпеть характер мамы. Она все идеализировала, требовала порой невозможного и пыталась якобы воспитать из нас приличных девчонок.
А сейчас что? Правильно. Одна готка, которая еле как учится на тройки, слушает свой рок двадцать четыре на семь и начала встречаться с парнем из многодетной семьи, а другая выглядит как бомж, борется со своей соседкой, у которой явно еще не окончился первый пубертатный период, и перебивается от заказа до заказа.
Так себе, правда? Это так считает наша любимая мамочка, что мы вообще выросли какими-то не такими. Ну конечно, на БМВ не ездим, роллы каждый день не едим и миллионами не разбрасываемся. Подавайте всем дорогущие дома, бриллианты и крутых мужиков. А в реальности такая фигня не работает.
— И что будем делать? На свадьбу не позовешь? — смотрю на нее, опустив глаза в низ. Мира только пожала плечами.
— Будет некрасиво, если так сделаю. До конца жизни потом не простит мне это.
— И что делать предлагаешь? Говори ей, пока вы еще не улетели.
Сестра резко поднимает голову и с надеждой в глазах смотрит на меня. Кажется, эта мелкая на что-то намекает. Ну нет. Вообще нет. Я с мамой сама не разговариваю уже очень давно, потому что крайний раз, когда привозила ей продукты и оплачивала коммунальные счета, она выкинула меня за шкирку за то, что я назвала ее нынешнего мужика алкоголиком. Оба сидят дома, ничего не делают, а мне самой сейчас не сладко живется, так еще и за них вкладывай деньги, хотя в той квартире уже несколько лет не живу. Меня просто совесть какая-то замучила. Что хоть чем-то надо ей помочь, раз Мира еще жила с ней. И мелкой давала карманные деньги на обеды и какие-нибудь кинотеатры с подругами.
— Мирослава, нет, — я встала со стула, подходя к балкону и всматриваясь в огромный город, который открылся передо мной. С такой высоты вид был шикарный на сияющие многоэтажные дома и деловые центры. Так еще и погода располагала, снег шел, покрывая землю плотным слоем раз за разом.
— Лера, пожалуйста. Я точно не рискну.
— Зато можно все скинуть на старшую сестру, да? — вскидываю бровь вверх, поворачиваясь к Мире лицом.
— Ты хотя бы ее не
