вовсе не интересует. А это уже спасибо маме, которая привила мне ужасную привычку быть постоянно дома, почти ни с кем не общаться и вообще быть, как какая-то монахиня.
За все время, пока я живу одна, буквально пару раз встречалась с парнями. И то, только чтобы хоть на какое-то мгновение почувствовать себя любимой и нужной. Но как оказалось, мужикам всегда нужен был только секс без каких-либо чувств. То ли я не тех находила, то ли я таких сама притягиваю. Но с моим скверным характером, боюсь, нормальных отношений никогда не построить.
А теперь я привыкла быть одна. Ну кроме того, что иногда общаюсь с соседями, перекидываясь базовыми фразами. Так еще и в добавку мне прислали мопса, как подарок под Новый Год. До него осталось как раз ровно три недели, а эти двое уехали так не вовремя.
Придется привыкать жить с Моцартом и успевать доделывать заказы, которых слегка поднакопилось за начало декабря. Взяла еще пару крупных картин, которые нужно будет закончить за эти недели и до тридцать первого числа отдать заказчикам.
А я так мечтала закончить свою коллекцию картин о внутренних переживаниях. Это настолько меня беспокоит, что мне просто обязательно нужно будет все доделать до самого конца и попробовать сделать выставку. Думаю, многим ценителям искусства она обязательно понравится.
— Девушка, следите за своим псом! — крикнула кто-то из прохожих мне, когда мы с Моцартом возвращались домой. Я оглянулась назад, чтобы уточнить, что не так.
— Он вам как-то мешает?
— Ваша собака пристает к моему ребенку, — женщина с брезгливостью посмотрела на меня, прижимая к себе маленькую девочку. Та наоборот сияла от счастья, что рядом с ней крутился такой милый мопс.
— А что не так? Он просто нюхает ее. Не лает, не кусает. Он так проявляет свой интерес к детям, — ухмыляюсь, наблюдая за реакцией мамы девочки. Сама же девчушка опустилась вниз, поглаживая Моцарта по блестящей шерстке.
— Ангелина, не трогай пожалуйста. Вдруг он укусит тебя!
— Моцарт не кусается и вообще воспитанный пес, — утверждаю я.
Ага, а сама недавно ругала его за то, что он лежал на любимом светлом диване и изгадил новенький ковер. Но я не дам никому обижать это мелкое создание, которое теперь под моим попечительством.
Женщина только недовольно хмыкнула и увела дочь в сторону, не желая продолжать со мной разговор. Ну и славно.
— Пойдем домой, кормить тебя буду.
Так мы вернулись обратно, разделись. Я сняла ему его мягкие ботиночки для прогулок и отпустила бродить по квартире. Ну хоть не нужно будет отмывать лапы после снега — уже радует.
Беру пакет с кормом и насыпаю ему в металлическую миску, а рядышком ставлю другую — уже наполненную водой. Моцарт с таким удовольствием поедал, причмокивая, что я даже засмотрелось на это, сидя рядом. Прижала к себе колени и просто молча наблюдала, наконец осознавая, что возможно не все собаки такие агрессивные, какие они мне казались раньше. Хорошо, что он маленький. Большую породу я боялась бы куда сильнее и уж точно не подпускала бы к себе и на километр.
Моцарт, после того, как наелся, подошел ко мне, радостно виляя своим тонким хвостом, и даже лизнул тыльную сторону ладони, как в благодарность за то, что выгуляла и накормила. Я немного вздрогнула от этого и даже слегка отодвинулась назад, но рискнула протянуть руку и погладить по мягкой шерстке, которая немного кололась.
— Может мы все-таки подружимся с тобой…
* * *
Прошла целая неделя.
Я уже немного привыкла к псу, а тот окончательно освоился в квартире и постоянно спал на своем плюшевом месте, иногда просыпаясь, чтобы поесть или попроситься на улицу. Теперь у меня даже выработалась чуйка, когда он просто лает на дверь, а когда и правда хочет в туалет.
И я заметила изумительную вещь — Моцарт засыпает под классическую музыку. Может поэтому его так назвали? Я стала ее включать уже на своей колонке, не совсем громко, чтобы не доставлять самой себе неприятностей. Но вот Нина продолжала свои протесты, и я максимально не понимала, почему девчонка так делает. Специально злит нас или сама злиться на кого-то очень сильно?
Я пыталась с ней поговорить, но она ловко уходила от ответа, а потом и вовсе перестала открывать дверь после моих звонков. Даже с родителями не связаться, потому что не знаю, кто они такие. Рябова живет одна и ей явно еле-еле исполнилось восемнадцать, если судить по внешнему виду. Она была худенькой, низкой, с большими голубыми глазами, в которых я вечно видела озлобленность на весь окружающий ее мир.
Как бы мне хотелось бы с ней все обсудить, что-то понять для себя. Да вот только сама Нина ничего из этого не хочет и никого к себе не подпускает. Как на это все влиять — без понятия.
Прошлую картину с красивой девушкой я отдала заказчику вовремя. Пришлось просто повозиться еще пару часов ночью и уже с утра отдать ее запакованную, перед этим сфотографировав на телефон, чтобы показать мужчине. Он был приятно удивлен, похвалив за проделанную работу, и даже дополнительно накинул пару тысяч. От этого уже мне стало даже хорошо на душе. Деньги лишними никогда не бывают. Тем более в моей ситуации, когда теперь надо еще и собаку кормить.
Моцарт ел много, а значит корм заканчивался со скоростью света. Плюс я накупила ему всякие игрушки, косточки, чтобы погрызть и даже пару зимних вещичек, чтобы он не замерзал, пока мы гуляли на улице.
Между нами с мопсом появилась какая-то необыкновенная связь. Мне было приятно с ним проводить время, гладить и играться. Моцарт сам проявлялся ко мне интерес, ластился и мог заснуть рядышком под бочком, когда я сидела на диване и смотрела какие-нибудь сериалы по телевизору во время отдыха от картин.
Как мне потом с этой прелестью прощаться? Даже как-то жалко будет. Но у меня еще много времени, чтобы как следует им насладиться вместе с мопсом.
И пока я продолжала работу над новой картиной с красивой натуралистичной луной для какого-то вечернего ресторана, поняла, что у меня закончился акрил. Ну только не это.
Смотрю на спящего Моцарта и понимаю, что мне придется оставить его дома. Не потащу же я его в торговый центр, а то возьмут, и выпнут меня оттуда вместе с ним. А если не куплю краски там — придется ехать до другого магазина, а это уже не ближний путь.
Тихонько иду в спальню
