у ее сына часики тикают.
За окном разгар лета, были мысли поехать на отдых с Турцию. Только я и он. Да вот Влад стал чаще отнекивается и ссылаться на то, что у него полно работы. Работа ли? Что если в тот вечер я слышала его разговор с женщиной, а не подчинённым? К черту. Я стараюсь не нагнетать, иначе просто сойду с ума.
— Доброе утречко, Ева, — слышу из-за спины голос свекрови.
Услышала мои шаги на кухне и тут как тут.
По тональности голоса понимаю, что опять будет очередная придирка. Мысленно прошу у бога силы, чтобы не сорваться и не показать свою слабость перед этой властной женщиной.
— Доброе утро, Инга Степановна. Как спалось?
— Неплохо, дорогая. Ну да не томи! — воскликнула уж больно воодушевлённо. — Мой внук уже там?
Ее ладони непрошено ложатся на мой живот.
2 глава
Ева
Я едва чашку с остатками кофе не выронила из онемевших пальцев. Смотрю в ее искуссно проведенные черным карандашом глаза и понимаю, что ни слова не могу выдавить из горла.
— Инга Степановна, как только это произойдет, я вам первой сообщу, — выдавливаю улыбку не менее наиграно.
— Что, снова мимо? — женщина тут же меняется в лице. — Да что ж это такое, когда Бог услышит мои молитвы!
Причитает, отходя к подоконнику.
Что ей ответить, чтобы опять не раздуть скандал? Последние полтора года из месяца в месяц длится эта пытка. Словами свекровь умеет добивать искуснее, чем если бы попылалась пытать меня раскалёнными углями.
— Мне очень жаль, — повторяю как попугай давно заученную фразу.
— А мне-то как жаль, — в ее голосе так и скользит яд, исподтишка.
Она всегда так. Вроде ничего плохого не говорит, а так тошно становится. Вот и сейчас она словно хотела добавить: как жаль, что он на тебе, никчемной, женился.
— Вам кофе или чай?
Я специально всегда перевожу разговор на другую тему, но это не факт, что жужжать эта дама перестанет.
— Кофе. А врач что говорит? На что он списывает эту… череду неудач?
Я не спешу отвечать. А делаю некрепкий кофе, тот, который она любит. И зачем из раза в раз одни и те же вопросы. Она прекрасно знает, что доктор лишь пожимает плечами и советует не опускать руки.
— Я к трем иду на прием, как только что-то узнаю, обязательно вас оповещу.
— Может мне с тобой поехать? — зарядила вдруг.
— Вы думаете, я от вас что-то скрываю? — вылетает прежде, чем я осознала всю степень моего сарказма, прозвучавшего в голосе.
Я смотрю на свекровь и уже окончательно убеждаюсь в том, что нам изначально нужно было жить отдельно.
— Я думаю, что ты наивная и доверчивая, и он может отмахиваться от тебя, как от назойливой мухи. Позволь мне пойти с тобой, я поговорю с ним по-взрослому!
Я едва не закатила глаза к потолку. Н, конечно же! Она же у нас гуру переговоров, не зря же считается на фирме железной леди. После смерти мужа она довольно быстро вошла в курс дела и попала в нужную струю. Теперь ее побаивается даже заместитель, который является соучредителем фирмы. Эта женщина всецело поработила все сферы и успешно шагает к своей цели. С ней лучше дружить, а не стать ей на пути. Я, как умела, старалась вести с ней себя вежливо и дружелюбно. Первые полгода после свадьбы я чувствовала, что лишняя в этом особняке. И что сына она не готова отпускать в чьи бы то ещё руки. Влад — единственный сын, и именно в нем она видит свое будущее. Я вообще удивляюсь, как у такой властной матери такой добрый и отзывчивый сын.
Мы познакомились в ресторане. Я праздновала с подругами повышение. Мой начальник, владелец салонов золота, открыл очередной Бутик в новейшем торговом центре и именно мне доверил свое филиал. И я делала все, чтобы не подвести Андрея Ивановича. Прохоров был фанатом своего дела. У него солидная мастерская, да и сам он начинал с нуля. Год за годом обрастая клиентами, а сейчас продукция его бренда известна за пределами нашего мегаполиса.
— Если вы считаете, что так будет лучше, то, пожалуйста.
Я не хочу спорить. Что если поможет разговор, и мой доктор зашевелится активнее?
— Во сколько ты поедешь? — бизнес леди включилась, и тон разговора сменился.
Она уже достала свой смартфон и взвешивает, как распределить свой день.
Впечатление, что она всегда слышит только себя. Хмыкаю, отворачиваясь, чтобы не видеть это надменно-деловое выражение лица.
— В три у меня приём.
— Я буду там, — кивает деловито, сделав пометку в своем ежедневнике. — Так, в час у меня обед с Владиком, в два встреча и в три встретимся в кабинете.
Кто бы сомневался. Она теперь точно ничего не пропустит. Я ставлю чашку со свежесвареным кофе перед свекровь. Делаю ей приятного рабочего дня и покидаю кухню. Мне нужен свежий воздух. Обстановка каждый раз накаляется так, что не хватает кислорода. И вроде бы никогда не скандалили, но я же чувствую, что до сих пор Инга Степановна не може смириться с тем, что ее единственный сын женился на обычной девушке из магазина. И ей не важно было, что я закончила университет финансов с красным дипломом, что мои родители были известными в нашем городе преподавателями. Это словно пустое место для свекрови. Я не бедная овечка, которую пригрели на своей груди состоятельные люди. У меня после гибели родителей осталась огромная квартира в центре города, загородный дом в красивом поселке за городом. Да и сама я к моменту вступления в брак имела солидный опыт управления во вверенном мне филиале.
Полдня как на иголках, что только не надумала себе, но когда безумно разболелась голова, просто приказала себе не думать о предстоящем посещении гинеколога. Я выпила чай с мятой и немного успокоилась, когда нашла в ящичке стола полкоробки конфет. Прощай осиная талия, и здравствуйте вкусные конфетки.
К трем я стояла у кабинета врача и нервно сжимала сумочку заледеневшими пальцами. На улице жарища, а меня колотит от нервного перенапряжения.
— Ева Георгиевна, вас ждут.
На пороге появляется Марина и улыбается, приглашая меня к доктору.
— Несколько минут, пожалуйста.
Девушка снисходительно улыбнулась и ловко спряталась за дверью. Слышу, что объясняет доктору причину моего опоздания, он реагирует спокойно. Впрочем, как всегда.
Она, свекровь, уже была в кабинете. Сидела на кресле напротив и что-то изучала.
— А вот и Ева!
Поднимается на ноги, радужно потирает ладоши.
