— Что?
— Ну вот, тарахтит… По-моему, это он.
— Кто? — заинтересовалась Валя и, опершись на невысокий забор, выглянула на улицу. По узкой разбитой дороге, поднимая пыль, медленно ехал «Запорожец». Лида была уже тут.
— Делай вид, что мы просто разговариваем и нам до них дела нет, — выпалила она.
— Да кто это? — удивилась Валя.
— Это Илья. Помнишь, в позапрошлом году он приезжал сюда? А в прошлом его не было… У него здесь тетка живет, Бэ Зэ.
— Какая еще Бэ Зэ?
— Господи, да баба Зина… Ну, Зинаида Марковна — в том синем доме, ближе к станции.
— Ах, это она! Все, теперь поняла… — обрадовалась Валя и приняла непринужденную позу, как будто ей не было никакого дела до того, что происходило там, на улице.
Желтый «Запорожец» был уже совсем близко. Краем глаза Валя увидела юношу за рулем с сосредоточенным, хмурым лицом. Даже со стороны было ясно, что «Запорожец» до невозможности мал для него.
— За рулем — Илья, да? — негромко спросила Валя. — Культурист какой-то… А рядом кто?
— Ой, это Ванька… Тоже недалеко от станции живет. Ты что, не помнишь? Мы в прошлом году с ним на Иволге рядом сидели, на берегу, он еще семечками нас угостил… А ты потом через два дня с матерью в Крым уехала…
— Нет, не помню. То есть про Крым помню, а про семечки… Странно. Почему ты его Ванькой называешь? Он местный, что ли?
— Нет, тоже из Москвы… Хотя имя у него дурацкое, деревенское какое-то, в этом я с тобой согласна, — пожала плечами Лида и отвела от Валиного лица прядь волос. — Ему, как и нам, шестнадцать. Ничего особенного… А вот Илья на первом… нет, уже на втором курсе какого-то там института. Ничего мальчик, да?
— Кто, Илья? — рассеянно спросила Валя. — Ну, в общем…
Этот взрослый, огромный, с выразительным мрачным лицом парень не произвел на нее никакого впечатления, зато Ваня показался ей чуть ли не принцем. Таких рисовали на старинных картинах — кажется, Валя видела похожий портрет то ли какого-то молодого декабриста, то ли героя восемьсот двенадцатого года, точно она не помнила… Светло-русые волосы, влажные на висках (наверное, ребятам там, в машине, было жарко), светло-серые серьезные и даже как будто печальные глаза, идеально правильный, классический затылок… «Валя и Ваня… — вдруг подумала она. — Как похоже звучит! Ваня и Валя… И почему я его не помню?..»
Машина проехала мимо и теперь с громким тарахтеньем карабкалась вверх по разбитой улице. И в этот момент Иван обернулся и посмотрел Вале прямо в глаза — безразлично и вместе с тем удивленно.
— Могли бы и пригласить! Покататься… — возмущенно заметила Лида, когда машина скрылась из виду в облаке золотой пыли. — У них, между прочим, были свободные места…
— Кто нас мог пригласить? Они? — удивилась Валя. — С чего это вдруг?
— А с того… Просто так! Ты сама подумай, Пирогова, — у нас в поселке, кроме нас, и пригласить некого!
— Вообще-то… а ты бы поехала? — с любопытством спросила Валя.
— Конечно! Я тут, можно сказать, со скуки помираю… А ты бы согласилась? Нет, если бы ты отказалась, я бы тоже не поехала, — решительно заявила Лида, энергичным движением бросив кофту назад, на скамейку. — Раздевайся, Пирогова, уже жарко, а мы все еще, как старые бабки, кутаемся! Я не понимаю, почему на даче принято ходить в этом рванье…
— Тебе нравится Илья? — спросила Валя, тоже бросая свою кофту назад. На ней был короткий ситцевый сарафан с узором из васильков, и она плечами и голыми руками сразу же почувствовала солнечный жар, который лился сверху. — Как хорошо…
— Честно? Да.
— Он какой-то… ну… страшный. У него лицо очень мрачное.
— Господи, Пирогова! Он просто серьезный молодой человек. Ты сама подумай — у кого в его годы ты видела машину? Ну, конечно, это не «Волга» и не «Жигули», но для нашей местности все равно очень даже солидно!
— Ты права… А мне Ваня нравится, — неожиданно призналась Валя и засмеялась — она только что поняла это, и открытие удивило ее саму.
— Ну, на вкус и цвет, как говорится… — тоже засмеялась Лида. — Как тебе мой костюмчик, а? Черт, надо было сразу в таком виде здесь у забора встать! А теперь они уж ни за что не вернутся! Я думаю, мы им какими-то чучелами показались…
— Очень милый костюмчик…
На Лиде были юбка и рубашка из яркой красной ткани в мелкий белый горох.
— Ты вообще знаешь, на кого похожа? — воодушевленно добавила Валя. — На Мэрилин Монро. «В джазе только девушки» смотрела?
— А ты, а ты… Ой, я даже и не знаю, на кого ты похожа! — воскликнула Лида. — Знаешь… ты ни на кого не похожа, ты сама по себе — особенная! Валька, как же все хорошо!
— Ага, стоило проехать мимо старому «Запорожцу», и мы уже до потолка прыгаем! Лидка, они не вернутся.
— Ну не сегодня, так завтра, — бесшабашно махнула рукой Лида. — Не завтра, так послезавтра… Еще целая куча времени до конца лета!
— Ты слышишь?
— Ой, правда… Они назад едут!
В облаке пыли медленно возвращался желтый «Запорожец».
— Привет! — высунулся в окно Иван, слегка краснея. — Скучаете, девушки?
Лида фыркнула и отвернулась.
— Скучаем, — просто ответила Валя. — А вы что, нам что-то интересное хотите предложить?
Она сама себе поразилась — надо же, как бойко она разговаривает с этими почти незнакомыми ребятами!
— Хотите прокатиться? — серьезно спросил Илья, наклоняясь вперед.
— Хотим, — сказала Валя. — А вы куда?
— Да мы просто так, никуда. Хотите, сами маршрут придумайте, — сказал Иван. Он нравился Вале все больше и больше.
— До пруда, может быть? — глядя в сторону, незнакомым жеманным голосом произнесла Лида.
— Можно и туда…
В заборе одна из досок отходила — отведя ее в сторону, подруги вылезли на улицу. Ваня вышел, откинул кресло, на котором сидел, вперед, чтобы девушки могли залезть на заднее сиденье.
— Прошу…
Машина, тарахтя, поехала вперед.
— Я Илья… — представился «культурист». — А это Иван рядом. А вы вроде как Люда и Валентина?
— Не Люда, а Лида. Лидия… — поправила Лида небрежно. — А быстрее нельзя ли?
Первое время они совершенно не знали, о чем говорить. Потом смущение потихоньку исчезло, но говорили в основном только Валя и Ваня. Лида напряженно молчала, глядя с загадочным видом в окно, а Илья, судя по всему, особой разговорчивостью не отличался.
— Девчонки, а вы меня, что ли, не помните? В прошлом году, на Иволге…
— Да-да, ты нас семечками угощал! — засмеялась Валя.
— А вы давно здесь?
— С двадцать шестого… А вы?
— Мы со вчерашнего дня… Илья вот, правда, ненадолго — через три дня ему экзамены сдавать…
— Пятого июня вернусь, — вдруг вставил Илья. — А потом девятого опять в Москву уеду… Всего четыре экзамена. Туда-сюда, надоело уже…
