Ник поднялся и, повернувшись к Дэну, взял его за руку.
— Спасибо тебе, мальчик Дэнни.
Розенбурга бросило в дрожь от этого детского имечка. Он отрешенно кивнул головой. Ник сказал:
— Возьми, что ты сможешь взять у него. Спасибо тебе. Вспоминай меня!
— Береги себя, — напутствовал друга Розенбург.
Дэнни повернулся и быстро пошел вдоль рядов, растворяясь во мраке собора.
Розенбург смотрел ему вслед. Дрожь в руках не унималась. Он прошел по церкви и остановился перед громадным, богато украшенным золотом алтарем. Работа его сделана, но чувство вины впервые причиняло ему боль, и это раздражало.
— Присмотри за ним, Господи, — сказал он вслух. — И за малышкой тоже. Пусть они когда-нибудь встретятся!
С губ слетел смешок: вот он стоит молящимся у алтаря в христианской церкви. Он пожал плечами и шагнул к выходу. То-то бы взбеленилась Руфь.
— Но кто же еще им поможет? — спросил он, глядя в потолок. — Ты всемогущ, Господи. И все мы для тебя одинаковы, суди нас по делам нашим.
ЧАСТЬ I
Лондон, 1977
ГЛАВА 1
Очередь в кинотеатр двигалась еле-еле. Вместе с ней, медленно переставляя ноги и возвышаясь над всеми, продвигался Терри. Его начало одолевать беспокойство: Элли никогда не опаздывала. Нервно звеня мелочью в кармане и насвистывая, он думал о ней.
Она никогда не подводила его прежде. Глупо не доверять Элли, и все же… Слишком многого он ждал от сегодняшнего вечера.
Впервые у него завелись деньги, и он хотел потратить их, показав себя перед ней в выгодном свете. А потом все ей рассказать. Элли всегда делилась с ним и была тем единственным человеком, кто думал о нем. Вот почему он любил ее.
Подчиняясь своей интуиции, он быстро обернулся и увидел Элли. Не выбирая дороги, глядя в темно-фиолетовое летнее небо, девушка уверенным шагом подходила к нему. Длинные платиновые волосы ее были уложены двойным узлом на затылке, а выбившиеся пряди, обрамляя лицо, подчеркивали его тихую и естественную красоту.
Терри восхищенно наблюдал за ней. Затем, спохватившись, отвернулся. Ему захотелось опять почувствовать ее теплое дыхание на шее и прикосновение к глазам длинных прохладных пальчиков. Это была игра, в которую они играли с самого детства.
— Угадай, кто? — Она залилась смехом, а он, продолжая игру, улыбнулся ее наивности. Элли исполнилось шестнадцать лет, но в ней сохранилось много детского. Он взял ее руки и положил их себе на талию.
— Иди ко мне, — попросил он, крепко обнимая ее.
Смеясь, Элли пыталась освободиться. Ее волосы коснулись лица Терри.
— Не делай этого, — прошептал он, не выпуская ее. Близость девичьего тела пьянила его. Элли была сильной и гибкой и не уступала. Дружески сопротивляясь, она изворачивалась всем телом, сквозь учащенное дыхание прорывался подавляемый смех.
«Вот чертенок», — подумал он.
Пытаясь лишить Терри равновесия, она пнула его ногой в коленку.
— Не так круто! — Мгновенно обернувшись на триста шестьдесят градусов, он стал перед ней, все еще держа ее руки. — Не торопись, Элли Фрейзер. Тебе со мной не сладить!
Тогда, приподняв бровь, она потянулась к нему. Теплые губы крепко прижались к его губам.
Он покраснел как рак от такого неожиданного подарка.
— О'кей, ты меня победила, — он отпустил ее руки и нахмурился. — Но ты опоздала.
— Да. Извини меня. Был такой прекрасный вечер, и мне захотелось пройтись пешком от Бонд-стрит.
Терри покачал головой — она всегда совершала непредсказуемые поступки. «Зачем идти пешком, когда можно было сесть на автобус?» — недоумевал он. Но все эти глупости восхищали его.
— Так далеко! Небось устала?
— Что? — Она удивленно улыбнулась.
— Придет же в голову… Никогда тебя не поймешь.
Терри подвел ее к своему месту в очереди. Теперь они были у входа в кинотеатр. Элли коснулась его руки.
— А ты роскошно выглядишь. Новая? — Она дотронулась до рыжевато-коричневой куртки, помяла ее пальцами и вдохнула запах. — Настоящая кожа?
— Да. Я купил ее сегодня после обеда. — Он гордо расправил плечи и расстегнул куртку. — Подкладка тоже хороша!
Девушка потрогала подкладку.
— Тебе нравится?
— Конечно.
Он уловил сомнение в голосе Элли. Она ничего не могла скрыть от него, он слишком хорошо ее знал. Терри сжал ее пальцы.
— Подожди, как ты смотришь на то, чтобы выйти за меня замуж? — Он неожиданно разозлился.
— Не знаю… Я…
— Элли!
— Я только думаю, это стоит больших денег. Вот и все. — Она опустила глаза. Проработать в гараже только неделю и потратить все за один раз — это так на него похоже.
— Элли, честно? — Он улыбался. Она осторожно взглянула на него. Как ему нравился этот пытливый взгляд!
— Элли, не сомневайся, я тебе сейчас все расскажу. Эту неделю я здорово вкалывал в гараже, была экстренная работа, и за нее я получил бешеные деньги! Я не смогу потратить заработанное за один раз — я много получил!
Его улыбка стала шире, и он продолжал:
— Я старался делать все первоклассно! Пойми это! Теперь я смогу давать тебе деньги, чтобы ты копила их для оплаты колледжа.
Он остановился. Глядя на улыбающуюся Элли, ему захотелось смеяться.
— Я буду богатым! А ты станешь знаменитой артисткой!
Он посмотрел на очередь и быстро пошел к ближайшему летнему киоску.
— Два билета во второй ряд партера, пожалуйста. Для курящих. Да, пять фунтов за каждый. — Ничего незаконного, Элли. Эти деньги — чище не бывает. — Он был радостно возбужден. Лицо его светилось надеждой. — Подожди немного и увидишь. Я хочу сделать тебя по-настоящему счастливой! — Он взял ее за руку и повел к кондитерскому киоску, чтобы купить самую большую коробку шоколадных конфет.
Двери кинотеатра распахнулись после сеанса в наступившую ночь. Лейстер-сквер заполнялся медленно прогуливающимися людьми. Яркий неоновый свет от вывесок ресторанов и закусочных, окружающих сквер, бросал неестественно яркие тревожные блики. Начинали открываться ночные клубы, их эмблемы то вспыхивали, то гасли, музыка, доносящаяся оттуда, завлекала прохожих.
Выйдя из темного кинозала, Терри и Элли на мгновение ослепли. Прищурив глаза, они привыкали к яркому электрическому свету. Летняя ночь становилась холодной. Элли надела куртку, засовывая руки как можно глубже в карманы. Она дрожала. Хотя ее старая шерстяная куртка на подкладке была теплой, зато модные мужские шорты не прикрывали колен.
Терри остановился перед ней, запахнулся и поднял воротник куртки.
