Хозяин знает, что гибкость жизнеспособна, а упертость, со временем, приводит к еще большей окостенелости и неоправданной жесткости.
Умеешь ли прислушиваться к критике и замечаниям, способен ли признаваться, хотя бы только себе, что иногда живешь не так и не туда? На что расходуешь свою свободу выбора?..
И после того как ответишь для себя на эти вопросы, приглашаю к знакомству с тем, как мы живем и что из этого получается. К знакомству с собой и приемами, дающими возможность получать от жизни желаемое.
Человек инфантильный
– Валя, почему ты так и осталась здесь жить и работать в том месте, от которого тебя, как ты говоришь, «тошнит»? – спросил я однажды свою знакомую. – Ведь у тебя приличное образование, хороший опыт работы, женщина ты умная и способная. Ты жалуешься, что живешь не там, где хочешь, работа тебе не нравится, но разве тебя не звали на другие работы? У тебя много друзей в крупных городах – что, и они тебя к себе не сманивали?
– Ой, да, конечно же приглашали. Меня звали работать в Санкт-Петербург, в крупный банк.
– И?..
– Мама моя как разревелась: «Что же я без тебя буду делать? Все дети разъехались, еще и ты уедешь, за что мне все это?» А я привязалась к родителям, или, может, это они меня так «привязали». Привыкла жить с ними, пусть и не в одном доме, но хотя бы рядом, зная, что в любой момент могу их увидеть, а они меня. Однажды я все-таки пробовала уехать, но уже через несколько дней меня начало грызть чувство вины, что родителей покинула и поехала жить в свое удовольствие, устраивать свое счастье. Но главное, что меня оставляет на месте, – страх, и я честно в этом признаюсь, но ничего поделать с собой не могу. Я привыкла не только жить рядом с родителями, но и к тому, что многое они за меня доделывают, во многом помогают, мои жизненные ошибки и промахи за меня исправляют. Поэтому как представлю, что надо будет жить одной и все самой делать, и рядом нет никого, кто меня прикроет, на путь истинный наставит, так страшно становится, аж жутко.
– И?..
– Вот и сижу теперь… Головой понимаю, что нельзя так, а внутри холодок пробегает от мысли, что жить надо как-то самой, самостоятельно. Уже ясно ощущаю, что жизнь проходит мимо, уходят возможности. Но есть еще время, есть шансы… И вот не знаю, как же освободиться и без дрожи в коленях и страха в сердце начать жить самой.
Что я тогда мог ответить Валентине, ведь сам еще только-только начинал знакомиться с таким явлением в жизни человека, как инфантильность. И рассказ Вали, и последующий долгий разговор с ней были лишь очередной крупинкой информации о том, как живется человеку инфантильному, какие у него возникают проблемы и что надо сделать, чтобы он мог стать свободнее и самостоятельнее.
Инфантилизм личностный (от лат. infantilis – младенческий, детский) – сохранение в психике и поведении взрослого человека особенностей, присущих детскому возрасту. Человек, которому свойственен личностный инфантилизм, при нормальном или даже ускоренном физическом и умственном развитии отличается незрелостью эмоционально-волевой сферы. Это выражается в несамостоятельности решений и действий, чувстве незащищенности, в пониженной критичности по отношению к внешней информации и повышенной требовательности к заботе других о себе, а также в разнообразных компенсаторных реакциях: фантазирование, замещающее реальные поступки, эгоцентризм, подавленность и т. п. (Любой словарь психологических терминов).
Что же такое инфантильность в реальной жизни, а не в словарном определении? Откуда она возникает? Как инфантильность проявляется в нашей жизни и влияет на нее? На все эти вопросы тебе предстоит найти ответы и решить – нужна ли конкретно тебе работа с инфантильностью или нет?
«Тихий омут» детства
Предлагаю вернуться в начало начал – туда, где формируется личность человека, – в наше младенчество и детство. Как воспитывается маленький человечек?
«Уа-уа-уа!» – заверещал комочек в колыбельке. Что происходит со взрослыми в этот момент? Они со всех ног бросаются к нему: «Что, дитятко, случилось? Что тебе надобно?» Эти вопросы задаются ребенку? Да. Ребенок ответить может? Пока нет. В результате взрослые сами находят причину беспокойства малыша (описался, погремушка упала, холодно стало, жарко, телевизор громко работает) и устраняют ее.
Все нормально? Да. Ребенок, на данный момент, действительно кроме плача не может никакими другими средствами общаться со взрослыми.
Человечек чуть подрос, уже умеет ползать, протягивать ручки, что-то на своем языке лопотать. Вновь раздается его хныканье, крик – больше по привычке, потому как по-другому общаться с миром он еще не умеет. Взрослые снова бегут к маленькому: «Что, дитятко, случилось? Что тебе надобно?» Вопросы задаются ребенку? Да. Ребенок ответить может? Уже, частично, может – хотя бы протянуть ручку в сторону желанной упавшей игрушки. Но учитывают ли родители, что возраст малыша изменился и ребенок в общении стал способен на большее?
Некоторые родители подбегают к малышу и, задавая вопросы, сами ищут на них ответы: «Вот тебе игрушка-погремушка, мягкий диван, сухие памперсы» и т. п. То есть продолжают общаться с ним, как с маленьким, – по инерции, вовсе не учитывая изменившийся возраст ребенка. В результате такого «заботливого» внимания к малышу стремление к инициативе у него начинает пропадать: «Чего мне что-то думать и куда-то тянуться? Вякну, крикну, мне все принесут и подадут».
Элементарный способ воспитания у ребенка инициативности и самостоятельности, например: подсаживать его не непосредственно к игрушкам, а чуть поодаль, чтобы он сам к ним приполз. Пользуемся ли мы этим? Вспоминаем ли (раздраженно оторвавшись от газеты или разговора с подругой по телефону) о том, что любое наше действие по отношению к ребенку, в этом возрасте, влияет на его воспитание?
А растущая личность начинает привыкать: «Мир большой и огромный – он все может, и мне все дает. Напрягаться не нужно, подай голос – и у тебя все появится».
Смотрим, что происходит дальше.
Растущему человечку интересен окружающий мир. Он ползает, трогает, открывает, вытаскивает, роняет. Знакомо? Ребенок хочет понять, что и зачем вокруг него, как это действует, что со всем этим можно делать. И он бросает, включает, нажимает, разбивает, топит, проливает. Какова реакция взрослых на это? «Не трогай, не ползай, не хватай, это нельзя, туда тоже нельзя», – заявляют «мудрые» взрослые.
Что происходит, если малыш не слушается и все равно продолжает свои исследования? Бывает, что сыплются шлепки, следуют замечания на повышенных тонах, крик, ругань. Начинается ограничение в передвижении, доступе и допуске.
Как результат – инициативность у малыша гаснет. Мощный душевный центр, отвечающий за познание и исследование мира, заглушается. Подсознание растущей личности усваивает: «Мне нельзя самостоятельно исследовать мир. Ослушаюсь – больно получу от мира (родители для ребенка – это и есть окружающий мир). Самостоятельное познание и собственные выводы о мире также караются».
Ребенок подрос еще больше. Уже может разговаривать, осмысливать происходящее вокруг, наблюдать и делать свои выводы. «А почему?.. А зачем?.. А что будет, если?.. А как?.. А кто?..» – засыпает вопросами малыш. Что делают взрослые? Два самых распространенных варианта поведения: либо просто отвечают, либо просят, чтобы он не беспокоил их своими глупыми расспросами.
В первом случае, когда мы просто отвечаем на вопросы ребенка, что мы делаем с ним? Готовые ответы формируют у малыша убеждение: «В мире все ответы уже есть. Есть большие дяди и тети, они эти ответы знают, ты только обратись с вопросом и получишь готовенький ответ».
Ни разу я не слышал, чтобы взрослые в ответ на вопрос ребенка (например, почему солнце такое горячее или отчего звезды на небе светятся) спрашивали его: «А ты-то сам, как думаешь? Какие у тебя мысли по этому поводу? Поделись своими размышлениями». Никакого познавательного и интеллектуального вызова растущему человеку, лишь пассивное: «Сиди смирно и спокойно, сейчас тебе будет ответ».
Что усваивает растущая личность через готовые ответы? «Мир большой и умный, он все знает. Если что-то хочешь узнать – спроси и получишь ответ».
Кстати, установка «Мир большой и умный, ты только задай ему вопрос…» дает человеку еще одно сообщение: «Раз мир такой огромный и всезнающий, а я по отношению к нему выступаю лишь в роли вопрошающего, то выходит, что все мои знания, целиком и полностью, зависят от „знающего“ мира, а не от меня самого».
Вот так-то бросаем весомый камень в самооценку растущего человека…
Если же взрослые, в ответ на вопросы ребенка, чаще всего отталкивают его: «Отстань со своими глупыми вопросами. Иди лучше подонимай бабушку», – какое сообщение в этом случае получает личность будущего взрослого человека? «Интересы мои глупые и ничтожные, малозначимые, чтобы на них отвлекался мир. Я всем только мешаю и доставляю беспокойство – пользы и удовольствия от меня мало».
