- Какие машины! - Гундосый волос звучал с оттен-ком счастья. - Какие восхитительные машины! - Он улыбнулся девушке. - Такие машины - счастье моей жизни.
Я тоже любил красивые машины. Я провел несколько лет, надраивая огромное количество станционных механизмов и налаживая их. В эту секунду Жиль Хабибула мне нравился. Я постарался, чтобы голос мой звучал хмуро:
- Это не музей машин. Если у вас есть причина для посещения станции, в чем она заключается?
- Мы задумали провести эксперимент. - Рыбьи гла-за смотрели то на меня, то на девушку. - Смертельно важный эксперимент. Хотя я и говорил, что нахожусь в отставке, Легион в срочном порядке попросил меня об очередной услуге. Врачи Легиона по самое горло накачали меня лекарствами, чтобы я выполнил последнее в жизни поручение.
- Наконец-то мы сдвинулись с места!
- Что это за поручение?
- Вы знаете, я очень стар. - Детская голова печально качнулась. - Я чувствую приближение страшной смерти - какая жалкая награда за все опасности, которым я подвергался, защищая драгоценную человеческую расу! Однако я все же не утратил духа Легиона. Я добровольно предложил отдать свои последние годы этому небывалому отчаянному эксперименту.
- Вот как?
- Лилит Адамс - моя сестра-сиделка. - Он ласково посмотрел на нее и улыбнулся. - Я - морская свинка для испытания новой сыворотки, которую создали в Легионе. Результат её воздействия неизвестен, потому что никогда раньше она не проверялась. Я чувствую, что проверка закончится моей смертью.
Он поежился и вздрогнул.
- Вот почему я прибыл на Край Света, - засопел он, - чтобы провести эти последние страшные годы среди любимых машин. Чтобы погибнуть здесь, быть может, - драгоценная жертва славе Легиона и будущему человечества.
- Для чего предназначена сыворотка?
- Возраст! Предполагается, что она даст мне иммунитет от кумулятивного биохимического старения. Мы будем жить здесь, пока не обнаружим, что она действует так, как это говорили врачи. В таком случае меня ждет бессмертие. Это очень рискованная игра.
- Вы что, хотите жить вечно?
- Я делаю для этого все, что от меня зависит, сэр!- Он сумрачно взглянул на меня.
- Я - ветеран Легиона и не забыл наших величественных традиций. Я решил отдаться этому отчаянному эксперименту, не боясь самой смерти. Пусть даже мне придется участвовать в нем тысячу жалких лет!
Секунду я стоял молча, восхищаясь этим блефом. Лилит Адамс мрачно взглянула на него и серьезно - на меня. Я готов был улыбнуться, однако на её красивом лице не было и тени юмора.
- Боюсь, что вы избрали не самое удачное место для этого. Никакая мифическая сыворотка не защитит вас от тех случайностей, которыми знаменит Край Света. Я выполню приказ, разумеется, если командор Стар привезет его подтверждение до того, как отчалит "Эревон". Но вы и сами увидите, что станция - не богадельня. Среди нас нет человека, который не отдал бы месячного жалованья за полчаса солнца, ветра, моря и воды на Земле. Почему бы вам не проверить эту сыворотку там?
- Я слишком устал от Земли, - покачал он розовой головой. - Хватит с меня людей. Надоело. Они кричат, толпятся, врут, скандалят, убивают, воняют. Именно поэтому я и прилетел сюда.
- На свете много новых планет, - настаивал я, - если вам действительно не нравится Земля. Это девственные миры, где вы могли бы жить на лоне природы. Моря, по которым не плавали люди, равнины, не знающие первопроходцев, существа, не видящие охотников, горы, не покоренные никем. Когда Край Света слишком действует мне на нервы, я мечтаю об этих мирах...
- Я видел новые планеты, - заморгал старик. - Хватит с меня дикой природы, которую я встретил на страшной планете Убегающей Звезды. Чудища в небе, чудища в море, чудища на земле - сплошная смерть с каждым глотком воздуха! - Он скривился и посмотрел на меня.
- Я ищу свои утраченные годы. Если я найду их здесь с помощью драгоценной Лилит, я буду должен компьютерам, которые разработали новую сыворотку, автоматическим фабрикам, которые изготовили ее, и ничего не буду должен природе. Естественная смерть убила бы меня много лет назад. - Он вздохнул. - Я не верю природе, я не верю людям. - Глаза цвета глины затуманились.
- Посмотрите на эту жуткую тайну природы, которую вы зовете Краем Света, взгляните на капитана Скаббарда - страшная природа, страшные люди.
Позвольте мне заниматься машинами. Это все, что мне нужно.
Машины я понимаю. Возьмем природу. Это природ-ное явление - пространство, называемое Краем Света, насколько я узнал от жалких людей, - это страшная загадка, которую не смогли разгадать лучшие умы Легиона, хотя пытались сделать это много лет назад. Возьмем людей. Я видел, как драгоценная невинность Лилит Адамс пробуждала зло в худших и лучших из людей. Возьмите природу и людей, а мне оставьте машины.
Он прислонился розовой головой к гладкой поверхности монитора.
- Я их люблю, я им доверяю. Я знаю, как они работают, и я умею чинить их. Я люблю машины, потому что они существуют для того, чтобы работать на человека. Предоставленная самой себе, природа всегда убивает, если только наш хитроумный друг-приятель человек не ухитряется укрыться от смерти. Однако, я думаю, машины способны спасти мою бедную старую жизнь при помощи драгоценной сыворотки Лиль.
Глядя на них, я покачал головой. Я по-прежнему ничего не понимал. Хотя старый Хабибула меня позаба-вил, я не мог поверить в его историю. Розовое сияние его кожи и рассказ о драке на "Эревоне" выглядели явно противоречием.
И все же он выглядел слишком умным, слишком смелым, слишком красноречивым. Я не мог поверить, что нормальный человек способен ненавидеть свое естествен-ное окружение так, как утверждал он, или до такой степени любить машины. Конечно, я не мог поверить, что ветеран Легиона в здравом уме и трезвой памяти способен удалиться на Край Света. Еще больше меня смущала Лилит Адамс. Хотя медсестры бывают красивы, иногда среди них встречаются и девственницы, я никогда не встречал медсестру, или вообще девушку, которая выглядела бы такой восхитительной, такой нетронутой и неприкосновенной, которая излучала бы такую привычку к полному повиновению окружающих. Я не мог справить-ся с мыслью, что она куда красивее любой машины. И все же, как и капитан Скаббард, я боялся ее. Я взглянул на Жиля Хабибулу.
- И все же, если вы не любите природу, зачем вы прибыли на Край Света, ведь он, вероятно, самая великая природная опасность во вселенной?
- Потому что я люблю машины, - занудно повторил он. - Если здесь и существует какая-нибудь смертельная угроза, жалкая природа нам ничем не поможет. Люди нас не защитят. Но драгоценные машины - единственные наши друзья. Я не знаю лучшей машины, чем эта станция, предназначенная для того, чтобы мы жили в тепле и уюте среди космоса, в миллиардах миль от человеческих толп, непогоды и грязи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
