- Восемь. Если я все сделаю правильно, зародыши будут активироваться не сразу, а один за другим. Будешь нести по одному яйцу каждые три месяца.
- Восемь... по три месяца... Я два года буду нести яйца? А если ты что-то сделаешь неправильно?
- Тогда или яйца начнут расти одновременно или вылупятся внутри тебя. В любом случае ты умрешь... и наши детеныши тоже.
- А-а... тогда понятно, почему ты не хочешь, чтобы я умирала. И что ты должен делать, чтобы все было правильно?
- Все, что положено содержателю со своей несушкой. Массаж внутренний и внешний, кормить, лечить, следить, чтобы не покончила с собой.
- "Покончить с собой"? Зачем?
- Не знаю. Многие несушки пытаются. Или убежать, что то же самое.
- В смысле?
- Если несушка сбегает, яйца начинают развиваться неправильно и она умирает.
- Никогда не слышала о таком. Подожди... а после того как я снесу все восемь яиц, что со мной будет?
- Постарайся снести хотя бы шесть.
- Ты же сказал, что во мне восемь?
- Ну да. Но если ты умрешь раньше, чем снесешь шесть яиц, будет считаться, что я не выполнил задание. И хозяйка меня съест.
- И... И часто умирают раньше, чем снесут шесть?
- Часто. Двое из трех.
- Ох! А у меня вообще есть шанс дожить до конца и освободиться от всех восьми?
- Шанс есть. Примерно один из десяти.
- И что тогда со мной будет?
- Не знаю. Те несушки, которые доживали, обычно просили дать им умереть.
Алиса закрыла глаза, нервно кусая губы. Хотелось жить. Нет, не так - очень хотелось жить.
- Послушай! Ты хочешь, чтобы я выносила как можно больше этих яиц, не пыталась покончить с собой или убежать. Давай договоримся: я обещаю быть послушной и постараться выжить, а ты меня отпустишь после того, как я выношу последнее яйцо.
- Мне нравится такой договор. Если ты выносишь шесть яиц, я стану осеменителем, а если все восемь... хозяйка станет прислушиваться к моему мнению. Это будет... очень хорошо!
- Договорились. Только я не поняла насчет осеменителя. Они же большие и форма брюшка другая. Я думала, они сразу вылупляются другими.
- Нет. После второго яйца, если все будет нормально, у тебя появится молоко. Я буду его пить и меняться. Когда ловчий пьет молоко своей несушки, он быстро растет. И к шестому яйцу начинает формироваться игла.
- Вот как. Значит не только живой инкубатор, но еще и коровка дойная.
- Так нужно, чтобы все шло правильно.
- Да поняла уже, поняла. Помню о договоренности. Интересно, какие еще сюрпризы будут.
Шурш внес Алису под своды пещеры. Пробежав по наклонным переходам в верхние ярусы, расположенные почти у вершины скалы, они оказались в просторном зале, в который через пару небольших щелей пробивались лучи света, а в дальнем темном углу пол белел подстилкой из высохшей паутины. Над подстилкой покачивался большой гамак.
- Можешь пока здесь лежать. К ночи я тебе отдельный гамак сплету.
- Шурш. Здесь прохладно, можно огонь разжечь? И надеть что-нибудь.
- Огонь? Мы не любим огонь. Он паутину сжигает. А одеваться несушкам нельзя, традиции запрещают.
- Бр... понятно, почему они у вас дохнут. Человеку голышом здесь холодно, Шурш.
- А что я могу сделать?
- Помочь мне с очагом. И с одеждой.
- С одеждой нельзя.
- А с паутиной можно? Ты же меня заворачивал, когда нес.
- С паутиной - можно. Это не ваша одежда, она не воняет.
- Тогда сделай мне кусок паутины, чтобы сложить в несколько слоев и завернуться.
- Это можно.
Шурш отошел в дальний угол пещеры и, закрепив основу на выступающих камнях, стал плести многослойную сеть из нелипких нитей. Именно такие сети образовывали пол в гнезде старшей хозяйки. Работа привычная и, хотя Шурш был голоден, запаса нити в брюшке должно было хватить. Когда работа была закончена, он обнаружил, что несушка уснула. Ну и хорошо, пусть поспит. После осеменения у нее наверняка все болит внутри. Тут ловчий вспомнил о своей обязанности кормить несушку, а ведь для этого нужно снова идти в лес. Его-то там дожидается заготовленный ночью олень, хотя уже перестоявший и наверняка не очень вкусный, но еще съедобный. А вот несушке нужно мясо с малым количеством яда, чтобы только стало чуть мягче и без вредных организмов, но еще не переваренное. Надо проверить ловушки.
Алиса проснулась в пещере одна. Первым порывом было немедленно бежать, но затем вспомнился дневной разговор и девушка замерла, прижав ладонь к низу живота. Боль поутихла, а вот чужеродная наполненность оставалась, хотя и она стала менее заметной.
Никуда она не побежит. И вовсе не потому, что так уж верна своему слову, просто она ощущала правду в словах арахнида. Одной ей не выжить. Тогда остаемся и обустраиваемся. Растянутый на камнях прямоугольник многослойной паутины легко отделился от точек крепления. Не одежда, конечно, но завернуться можно. А если еще прорезать острым камешком дырку для головы, да свернуть из того куска сети, в которой ее везли, пояс. Кто сказал, что не одежда? Вполне себе одежда.
Шурш появился за спиной неслышно, просто вышел из-за плеча и подал ей кусок мяса. Козий окорок, насколько можно судить по копыту. Оторванный и очищенный от шкуры. А вот кровь все еще капала.
- Я тебе еду принес.
- Э-э-э... И что я должна с этим делать?
- Как что? Есть.
- Прямо так?
- А как? Я знаю, что несушки первое время после осеменения почти не едят и только плачут. Но надеялся - вдруг ты будешь спокойнее?
- Да при чем здесь "спокойнее"? Мы не едим сырого мяса.
- Неправда, все несушки ели. День на третий.
- Ну да, после трех дней голодовки что угодно слопаешь. Но зачем вам так мучить своих... несушек?
- Мучить? Но мы не знали, что они мучаются.
- И никто из них вам не сказал?
- Алиса... они вообще не говорили. Выли, визжали, плакали. Ловчие часто спорили, разумны вообще несушки или нет. Ты другая. Может, ты вообще из другого вида?
- Скажешь тоже. Просто, наверное, они переживали о том, что потеряли.
- А ты?
- А мне там было не лучше, чем здесь. Я - принцесса, знаешь, что это такое?
- Судя по тем смыслам, которые я могу прочесть у тебя в голове, что-то вроде младшей хозяйки.
- Хозяйки? Как бы не так! Может, кому-то из принцесс и повезло, а меня там ожидала та же самая судьба несушки. И, скорее всего, смерть - через... четыре яйца, по вашему счету. Так что для меня ничего не изменилось. Только вот еда. - Она повертела в руках окорок. - С едой нужно что-то делать. Например, зажарить это мясо на огне.
- Но я не знаю, как сделать огонь.
- Нужны сухие ветки и огниво. Огниво было у меня в мешке, там, где ты меня поймал.
- Я принесу твой мешок и сухие ветки. Но ты тогда точно поешь?
- Да уж поем, не сомневайся. Еще бы вымыться.
