Из игры его вывела странная песнь, пробившаяся сквозь звуки игры. Мгновенно вырубив компьютер, он поглядел в окно и не поверил собственным глазам. За окном уже не было того мира, в котором он смотрел во двор. Там находилась иная реальность, иная действительность, как будто бы некто отдёрнул шторы в кошмар.
В этой нереальности сплетались ветви могучих дубов, которые не были дубами, потому что их жёлтая кора шевелилась и жила, казалось, своей жизнью, мимо окна то и дело пролетали камни, в синей шевелящейся траве, виднелись странные животные, а к подъезду, в котором жил Алексей, приближалась старуха с клюкой. Её лицо и вся фигура были, замотаны черной тряпкой, но по горбу, осанке и походке, это была чистая баба-яга.
Конечно, Алексей ни разу в жизни не видел бабу-ягу, но в детстве, когда ему рассказывали сказки, это был его самый главный кошмар. И сейчас кусок этого страха пробудился внутри, сорвал лавину ирреального страха. Алексей метнулся к двери, закрыв её на все запоры, метнулся к кровати, схватил меч, прижал его обеими руками к груди. Потом Алексей опять метнулся к двери, по дороге обо что-то споткнулся и, посмотрев под ноги, с ужасом увидел, как пол, обычный истрёпанный линолеум, превращается в покрытую такой же синей упругой травой землю иного мира. Он чуть не закричал, но сдержался, и, на цыпочках подойдя к двери, заглянул в глазок.
Старуха была уже там. Водя клюкой, она нараспев читала какое-то заклинание, а громадный нос выбивался из-под повязки, глаза горели красным огнем. Дверной замок съезжал в сторону, расплывался, на дверь давила чудовищная сила. Алексей всем телом прислонился к двери, пытаясь помешать, не дать её открыть, это казалось почему-то важным. Но он уже ничего не мог сделать против заклинания старой ведьмы, и вот его отшвырнуло от двери, и он задом на карачках попятился в комнату, а колдунья входила в дверь. Между тем пол уже целиком превратился в некое подобие лужайки, и из него начали прорастать громадные хищные цветы, которые передвигались и тянулись к Алексею лианами.
Он был смят и раздавлен ужасом, и колдунья отобрала бы у него меч. Но именно в этот момент она совершила непростительную ошибку. Одна из лиан потянулась своими жвалами к компьютеру, который стоял на столе. Алексей понял, что сейчас она сломает монитор, и это на секунду заставило его собраться.
— Нет! — закричал он, бросаясь на эту лиану, колотил её мечом, кусал зубами, только бы не подпустить к монитору. И это ему удалось — лиана съёжилась и высохла, а ведьма застыла и начала нараспев читать новое заклинание. Но Алексея было уже не пронять. Встав во весь рост, заслонив своим полноватым телом свой компьютер, он поднял меч. В этот момент его воля была тверда. Никто не смел покушаться на его компьютер, он готов был убить каждого кто сделал бы к нему ещё шаг, любого, кто угрожал испортить системный блок.
Ведьма ничего не понимала, она смешалась, её лианы уползли в траву, а сама трава начала редеть. Алексея наоборот прорвало — он кричал, плевался грубыми кровоточащими словами, слетающими с искусанного языка.
— Уйди ведьма! — старуха попятилась, бормоча, а Алексей провел мечом черту по траве — старуху перекосило. Тогда он провел ещё черту ещё и ещё, он рубил мечом траву как в детстве крапиву и кричал «умри и закопайся! умри и закопайся! умри и закопайся!». И ведьма умерла, её одежды истлели, лицо высохло, а посох сломался. А потом остатки вышли на улицу и там закопались в глубокую могилу.
А потом всё как-то разом кончилось — просветлело небо и снова стало голубым небом нормального мира, двор снова стал двором, а квартира хотя и несколько разгромленная — снова нормальной квартирой. Вздохнув с облегчением, Алексей пошёл на кухню и поставил чайник на огонь.
— Поздравляю, это было очень неплохо для начала — произнесло радио.
Алексей подумал, не сорвать ли радио со стены и не разбить ли его об пол, но потом решил, что оно ещё пригодится.
— Кстати — продолжало радио — в качестве небольшого плюса, я расскажу тебе одно из Неявных Правил Игры. Согласно дополнению Яртвига, Хранитель может вызывать любую реальность, в которой он победил любого из Соискателей по своему желанию для борьбы с другими соискателями.
Алексей на секунду вспомнил синюю траву и камни, падающие с неба. Да чтобы он ещё раз вызвал этот кошмар в жизнь! Нет уж. Он налил себе чаю в чашку, насыпал две ложки сахара и пошёл в комнату. Там он аккуратно положил меч на кровать, заодно заметив, что обтёртое об траву лезвие стало вроде как чуток почище. Потом загрузил компьютер, сел рядом и, вызвав на экран одну из своих любимых книг, начал читать её, отхлёбывая чай. Закончив, он посмотрел на часы — было пол шестого вечера — прошло всего два с половиной часа от начала Игры. Алексей поймал себя на том, что буквы перед его глазами расплываются, закрыл текстовый файл, подошёл, растянулся на кровати и уснул без снов.
Разбудили его насмешливые голоса, которые о чём-то переговаривались в его комнате. Открыв глаза, он обнаружил двух сурового вида людей, чем-то напоминавших милиционеров — только их форма была странного жёлто-зелёного, почти лимонного цвета, без всяких знаков различия и как будто присыпанная мелом — вся в белой крошке. Один из милиционеров что-то строчил, расположившись с бумагами на его письменном столе, другой вертел в руках и разглядывал меч. Оба были вооружены страшного вида автоматами, которые, впрочем, висели за плечами.
— Патруль времени — представился один из них, предъявляя странного вида светящийся документ с множеством переливающихся печатей. — Отдел по борьбе с незаконным хранением и использованием артефактов. Ну и вляпались же вы, гражданин.
— А что собственно произошло? — спросил Алексей, приподнимаясь на кровати. Тут вдруг он почувствовал себя неуютно, вспомнив всё, включая колдунью.
— Во-первых, вы арестованы. Вы подозреваетесь в соучастии в хищении из спецхрана ОБНИХА редкого артефакта, так называемого меча судьбы. Вы можете даже не вставать — начало вашему делу уже положено, а когда оно продвинется в достаточной степени, мы вас известим.
— Нет, я всё же настаиваю, — попробовал качать права Алексей.
— Не суетитесь. Не в вашем положении возражать, мы ведь могли вести себя и грубее, и даже расстрелять вас при попытке к бегству.
В голосе милиционера проскочили железные нотки. Алексей встал с кровати и оценил обстановку. Патрульные явно завладели его мечом, а кроме того их оружие, может быть и было вполне конвенциальным, но явно в той же степени смертоносным, а значит не оставляло никакого шанса убежать.
Тот патрульный, который заполнял нечто за столом, протянул Алексею стопку бумаг и неразборчиво буркнул: «подпишите».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
