я уже не мог сформулировать, что именно у меня болит сильнее: разбитые голова, лицо и тело, или вывернутые назад связанные руки… Казалось, что болью стал я сам. Ощущая озноб и жар, я был покрыт потом и дрожал одновременно. Но я из последних сил старался держаться уверенно и не опускать взгляд. Мне казалось, что малейшая слабина укажет Главарю, что я не тот, кем пытаюсь себя показать, а являюсь именно тем человеком, за которым они охотились.
Я же просто хотел домой…
В конце концов, Главарю надоело буравить меня взглядом, он отошел и начал о чем-то совещаться с охранниками. Слов я разобрать не мог, но надеялся, что эти обсуждения не сильно меня касаются. Я прикрыл глаза, и стал просто смиренно ждать. Повлиять на текущую ситуацию я никак не мог, но был рад хотя бы тому, что меня ненадолго оставили в покое.
Звук шагов в коридоре снова заставил напрячься. Затылком я почти физически ощутил, как за моей спиной так же напрягся Клещ, ожидая команд от своего босса.
В комнату вернулись двое уже знакомых мне мужчин, ведущие под руки хрупкую девушку с испуганными глазами. Руки ее, в отличие от моих, связаны не были. Но рот оказался залеплен клейкой лентой. Ее светлые волосы были сильно растрепаны, по щекам растеклась тушь. Видно было, что она очень напугана. Как и меня, ее усадили на стул, который поставили напротив моего. На меня она ни разу еще не посмотрела, казалось, что она скрывается от моего взгляда, хотя я смотрел на нее во все глаза. И прекрасно понимал, что вижу ее впервые в своей жизни.
Главарь с ухмылкой подошел к девушке, заслонив ее от меня, присел рядом на корточки. Отвернувшись и вцепившись ладонями в свою запачканную юбку, она тихонько дрожала.
– Ты знаешь, что кричать нельзя, правда? Уверен, тебе это объяснили доходчиво.
Девушка торопливо закивала головой, показывая, что кричать она не станет.
Аккуратно, даже нежно, Главарь снял скотч с ее губ, но она все равно немного вздрогнула, то ли от боли, то ли от его прикосновения.
– Посмотри на этого человека. Это он?
Главарь одним пальцем приподнял ее подбородок, заставив взглянуть на меня.
Я смотрел, не отрываясь в ее глаза. В них смешался и пульсировал целый вихрь эмоций: животный страх, гнев, слезы, смятение, и, кажется, мольба? Или мне показалось? Отведя от меня взгляд, она кивнула. Кивок вышел не то, чтобы натуральным, но, черт побери, очень уверенным, от чего мой желудок превратился в ледяной ком.
Главарь перевел взгляд на меня. В эту секунду я понял, что для меня, похоже, все кончено. Однако сдаваться я не собирался. Поняв, что шансы убедить их в произошедшей ошибке почти равны нулю – я быстро заговорил:
– Пожалуйста, послушайте!
Услышав за спиной звук замаха, я инстинктивно попытался уклониться от удара, и у меня почти это получилось. Железная рука Клеща лишь немного зацепила плечо и врезалась в спинку стула, от чего он глухо зарычал, а Главарь поднял руку, заставляя его остановиться. Недовольно засопев, Клещ сделал шаг назад.
Глядя Главарю в глаза, я торопливо продолжил:
– Эту девушку я вижу впервые. Я не знаю ни как ее зовут, ни почему она пытается делать вид, что мы с ней знакомы. И все, что здесь происходит – совершеннейший бред! Я даже не представляю, кто – ВЫ! И что ВАМ от меня нужно! Нужны деньги? Их у меня нет! Я потерял работу, напился, пришел домой, и тут курьер с конвертом. На нем не моя фамилия была указана, меня зовут Андрей ПермИков, на конверте же написано было через «Я», и инициал – буква «А», это может быть любое имя: Александр, Афанасий, господи, да кто угодно! А значит, то письмо предназначалось не мне! На нем даже не было моего адреса, не знаю, почему в курьерской службе решили, что адресатом являюсь я! Произошла ошибка! Если….
Договорить мне на дали. Вернее я заткнулся сам, как только Главарь поднял руку. Этот жест я уже запомнил, на горьком опыте. Главарь издал тяжелый вздох и, закуривая очередную сигарету, не спеша двинулся ко мне. Из-за его спины я перехватил взгляд широко раскрытых глаз девушки, которая молча, казалось бы, умоляла меня ничего больше не говорить.
Сердце колотилось с бешеной скоростью. Я понимал, что в ближайшие минуты может решиться моя судьба.
Главарь подошел ко мне вплотную и остановился, медленно выдыхая сигаретный дым мне в лицо. Не смея дышать, я поднял на него глаза. Произнесенные им далее слова меня даже не напугали, а ввели в какой-то тупой ступор отрицания происходящего. Как в тумане я услышал: «Вот теперь, Клещ, ты можешь с ним развлечься. Оставь только ему способность говорить и передвигаться самостоятельно, он будет нам нужен».
Последними словами были, брошенные на ходу «Не калечить!», после чего Главарь удалился, жестом велев охранникам увести девушку и следовать за ним.
В этот раз Клещ не торопился. Когда его фигура выросла передо мной, заслонив свет, последнее что я увидел, была его довольная ухмылка: человека, находящего в предвкушении…. О да, это чувство нас сейчас с ним объединяло…
Через мгновение его кулак слился с моим лицом, а еще через секунду я умер.
Глава 2. В плену
Тяжело приходить в себя после…. а впрочем, это всё уже было, повторяясь бесчисленное множество раз. Когда мне казалось, что последний удар был смертельным, меня быстро «воскрешали», не давая терять сознание надолго. Не знаю, сколько продолжались мои мучения. Час, два, день, бесконечность. Одно лишь могу сказать точно: я успел испытать весь спектр ощущений, в какой-то момент просто перестав чувствовать боль. Мне стало совершенно все равно, что со мной делают, я просто ждал, когда Клещ устанет. Но он лишь немного запыхался. Все происходящее было для него приятной разминкой, любимым спортом. Я видел, как он кайфовал, с размеренной расстановкой выбирая на моем теле точки, в которые еще не бил, не резал и не прижигал сигаретами. Так же я понимал, что главной его целью было причинить боль, а не покалечить. Пытаясь хоть как-то испортить ему кайф, я старался выносить пытки молча. Я видел, как это его злит, не на то он рассчитывал. Привыкший к визгам и мольбам своих жертв (а их, я не сомневался, на счету Клеща было немало), он все больше ускорял темп, в надежде выбить из меня нужную ему эмоцию. От этого же возрастающего ритма
