дереве.
– Я сама не знаю, что это со мной, – признаюсь я, слегка задумавшись, – но меня словно тянет к нему. Всегда тянуло – но это стало особенно ощутимо после возвращения из… – Замолкаю и направляю на Синь Шэня прищуренный взгляд. – Старый лис, ты что, пытался выманить из меня ответ?
– Ты вновь справилась с моим гипнозом, – безучастно отзывается тот.
– И это повод забыть о твоем вмешательстве в мой разум?! – Я возмущена. – Синь Шэнь Лин Хун![1] Ты вообще помнишь, кто перед тобой сидит? Я – благородная белая змея! И гипноз – это мой конек, а не твой! Неужели не боишься так провоцировать меня?!
– Ты древняя змея, которой уже давно безразлично, что происходит в мире. Ты потеряла интерес к жизни еще полторы тысячи лет назад… и при этом бережешь какие-то секреты? Это довольно странно.
– Я имею право на секреты! – снова фыркнув, отрезаю я.
В конце концов, в данный момент я защищаю его племянниц, которые подбили меня на эту глупость со спуском в смертный мир! Как сейчас помню их взволнованные мордочки и просьбы ответить на вопрос «Стоит ли жить ради любви?». Помню еще, что ничего, кроме досады и желания остаться в привычном одиночестве, я не испытывала – и все же согласилась на ту сомнительную авантюру… Ничем иным, кроме как легендарным лисьим обаянием, я этого объяснить не могу!
Помнится также, что правило игры было простым: я должна спуститься, найти мужчину и прожить с ним один год, после чего вернуться в царство бессмертных и ответить на поставленный вопрос. Молодые лисицы еще ни разу не покидали моей Шелковой долины, но уже совсем скоро должны были войти в брачный период – естественно, им было интересно, каково это – быть с мужчиной! Но спросить у своих строгих родителей они стеснялись. А я уже не помнила. Общим советом было решено отправить меня к смертным и узнать, из-за чего вообще весь сыр-бор и стоит ли из-за этого волноваться. Уговорить меня смогли лишь обещанием стереть все воспоминания сразу же по возвращении. Ведь если ничего не помнишь, с тебя и взятки гладки. Лисята хотели проверить действие древнего заклятия, способного воздействовать на память высшего Божества. Описание этой техники они нашли у своего дядюшки Синь Шэня. Поначалу идея вовсе не показалась мне забавной. Однако же, поглядев в большие глаза, полные надежд и веры во всемогущую Хозяйку Шелковой долины, я сдалась… Да, племянницы Синь Шэня обладают невероятной силой убеждения, когда им что-то надо. С этим не поспоришь.
Впрочем, как на Хозяйке Шелковой долины, на мне и впрямь лежала некая ответственность за маленьких лисиц, стоявших на пороге взрослой жизни.
А еще я хорошо знала, что своей задумкой они хотели взбодрить меня и развеять мою скуку. Именно поэтому условия спуска в смертный мир были такими волнующими…
Спуск в царство смертных запрещен для всех богов. Мы имеем право на испытание, которое проходит в час, назначенный судьбой, – но оно ограничивает наши божественные способности, делая нас обычными людьми ровно на одну человеческую жизнь… Я же отправилась вниз без особого указания Летописца, ведущего запись нашего божественного существования, а значит, нарушила запрет.
Пожалуй, из всех богов только я и могла себе это позволить… Но проблем все равно не оберешься, всплыви правда наружу, поэтому проще вообще молчать и делать вид, что ничего не было.
К слову, надо бы отловить тех лисят на празднике в честь прохождения испытания наследника, и спросить у них: не было ли чего странного, когда я вернулась? Мне сказали, что на вопрос «Стоит ли жить ради любви?» я ответила, что стоит. Но, кажется, в тот момент, когда я пришла в себя, в моих глазах стояли слезы… Да и лисята так озабоченно смотрели на меня, хотя и старались это скрыть, что впору поинтересоваться, что вообще произошло за тот час в нашем мире и за целый год – в мире смертных…
– Праздник состоится завтра. Будь готова к обеду. – Опустошив свою чашу, Синь Шэнь поднимается на ноги.
– Мы отправимся в Небесный дворец с твоими племянницами? – невзначай уточняю я, когда лис идет на выход.
– Нет, они отправятся туда со своими матерями. А я пойду с тобой: кто-то же должен следить, чтобы ты не опозорилась на глазах у всей этой молодежи, перепутав имена небесных владык или приняв одно божество за другое.
Я лениво отмахиваюсь:
– Ты невыносим, а твоя вера в меня, как всегда, оставляет желать лучшего.
– Что с твоей силой? – остановившись у двери, спрашивает Синь Шэнь, и я невольно поджимаю губы.
– Заметил, значит… – вздыхаю я и медленно разворачиваюсь к нему.
– Сложно не заметить отсутствие силы, – без эмоций произносит лис.
– Она сбоит где-то неделю. Не знаю, с чем это связано…
Особого желания откровенничать у меня нет.
На самом деле сбои в моей силе и вынудили меня принять истинную форму и целую неделю спать на абрикосовом дереве. Почему именно там и почему именно в этом теле – мне неведомо, но я действительно смогла прийти в себя и даже вернуть себе человеческий облик.
– Так уж и не знаешь? – прищурившись, уточняет лис не без сарказма.
Возможно, я нарушила какое-то правило, спустившись без спроса, но запрет небесных на посещение смертного царства никак не мог повлиять на мою силу! Это было нарушение общественного порядка, но никак не правил мироздания. Выходит, я натворила что-то в человеческом мире – а это уже иной проступок, который может караться со всей строгостью закона кармы.
Но думать об этом я не хотела, потому сложила руки за спиной и направила на недовольного лиса ласковый взгляд из-под пышных ресниц.
– Небо мне свидетелем: действительно не знаю! – мягко заверяю я. – Милый, милый Синь Шэнь, тебе придется помочь мне на празднике небесного клана: без своей силы я стану легкой мишенью для всех злых языков…
Некоторое время лис молчит, прищурив глаза и глядя на меня очень странным взглядом.
Затем в его руке появляется откупоренная бутылка вина, он отпивает глоток и отстраненно произносит:
– Надень простое платье, всегда находись рядом и называй меня гэгэ – тогда у нас появится возможность избежать ненужных вопросов, а ты всегда будешь под моей защитой.
– Хочешь, чтобы я скрыла свою личность?.. – хитро улыбаюсь я.
– Правил ты не нарушишь: Высшая Богиня Инь Юэ должна появиться на празднике наследника – и она там появится. Другое дело, что ты не станешь представляться гостям владыки, но об этом в приглашении ничего не было сказано.
– Каков хитрец! –
