— Так почему же ты сидишь в этом захолустье? — спросил Рэтт.
Банкомет приуныл.
— На это есть много причин. Главная — у меня не хватает денег занять место за обитым зеленым сукном столом в Клостер-Тауне.
— Все связано одно с другим, — философски заметил Рэтт Баттлер, — займешь место — и появятся деньги.
— Я понимаю, — вздохнул банкомет. — Но в Клостер-Тауне не все решает удача и умение играть в карты. Вы бы только видели, сэр, с какой охраной едут фургоны, груженые добытым серебром.
— Драгоценности и положено охранять.
— Да, но раньше охраны было в пять раз меньше.
Банкомет воровато огляделся по сторонам, словно боясь, что его могут подслушать, и перешел не еле различимый шепот.
— Это было чудесное место, сэр. До того, как там появились желтые.
— Желтые? — с недоумением переспросил Рэтт Баттлер.
— Да, — прямо-таки зашипел банкомет, — они возникли словно на пустом месте. А виной всему братья Баллоу — Фрэд и Ричард. Это они приехали в Клостер-Таун на запах денег.
— Их что? Целая банда? — спросил Рэтт Баттлер.
— Не то слово. У братьев Баллоу настоящая армия. Никто толком не знает, сколько у них человек.
— А почему их называют желтыми?
— Каждый член банды обязательно носит что-нибудь желтое — или повязку, или желтый пояс. Их сразу можно заприметить в барах, в салунах. Они ведут себя нагло, ведь чувствуют за собой поддержку братьев Баллоу.
— И местные власти, конечно же, не в силах с ними справиться, — вздохнул Рэтт Баттлер.
— У меня такое чувство, — продолжал шептать банкомет, — что те запугали не только шерифа, но и всю полицию, всех жителей города. Они ходят по Клостер-Тауну совсем не прячась, нагло. А если кого-то убивают, то никогда не находят свидетелей. Даже если убьют в упор выстрелом из карабина на рыночной площади в воскресный день. Все боятся расправы и никто не хочет связываться с бандитами.
— Так ты уверен, что полковник Брандергас отправился в Клостер-Таун? — спросил Рэтт.
— Я не могу поручиться, — пожал плечами банкомет, — но это вполне возможно. Во всяком случае, девять из десяти человек, останавливавшихся в нашем городке, отправляются туда — всех манит запах денег.
Рэтт Баттлер посмотрел на пухлый мясистый нос банкомета и понял, что говоря так о других, тот скорее всего, имеет в виду самого себя.
До отправления дилижанса оставалось меньше четверти часа и нужно было спешить.
Но тут Рэтт Баттлер вспомнил, что банкомет говорил о каком-то попутчике полковника. Конечно, это мог быть случайный человек, присевший сыграть партию в покер за карточный стол.
Но случайные сведения, добытые от собеседника, могли пригодиться Рэтту Баттлеру в будущем.
— Ты не помнишь, кто был с полковником? — спросил Рэтт.
— Тоже очень видный человек, одет также, как вы, сэр. Но, скорее всего, денег у него в настоящее время мало.
— Он что, радовался, когда срывал банк?
— Нет, тут дело в другом, — принялся объяснять, демонстрируя свой жизненный опыт, банкомет, — он никогда не играл по-крупному.
— Может быть, слишком осторожный?
— Такое тоже бывает. Но я же все понимаю по глазам игрока, иначе не сидел бы за этим столом с колодой в руках.
И банкомет взял потрепанную колоду, которой уже никто не стал бы играть, разве что изрядно запьянев, поскольку в ней все карты можно было узнать со стороны рубашки, и принялся вновь тренироваться в умении тасовать.
Рэтт Баттлер покинул салун и через пять минут был на почтовой станции. Он переменил свои планы и, вместо того, чтобы двигаться на запад, избрал путь на восток — к молодому процветающему городку Клостер-Тауну.
Привыкший путешествовать в седле, Рэтт несколько неуютно чувствовал себя в дилижансе. Но положение обязывает. Мальчишка, нанятый Рэттом Баттлером, ехал верхом на его коне, сопровождая дилижанс. В дороге у пассажиров только и было разговоров, что о банде желтых, терроризировавших окрестности. Все боялись того, что бандиты могут напасть на дилижанс, хотя улов для них был бы тут более чем скромным.
Рэтт Баттлер на взгляд прикинул, что, даже собрав все драгоценности с пассажиров, бандиты вряд ли выручат с них больше десяти тысяч долларов. А свои деньги он отдавать не собирался.
Грохотали обитые железом колеса дилижанса, сам экипаж плавно покачивался на рессорах. И Рэтт Баттлер как ни старался, все равно прикрыл глаза и задремал. Но он не провалился в сон, до его слуха доносились обрывки разговора. Сосед справа, скорее всего врач, не переставая восхищался прелестями Клостер-Тауна. Он рисовал своей спутнице, скорее всего племяннице, радужные перспективы их будущей жизни в городе.
— Там, Эмми, фонари горят целую ночь и есть даже театр.
Девушка, никогда не бывавшая дальше порога своего дома, явно имела превратное представление о мире. Главную угрозу своей жизни она видела в существовании мужчин.
— Но, дядя, там, говорят, девушке одной нельзя появляться на улице!
Рэтт Баттлер, не открывая глаз, улыбнулся, но все-таки поленился посмотреть на свою попутчицу, хотя и успел призабыть ее лицо.
А врач принялся ее утешать:
— У тебя, Эмми, будет своя служанка, и вы будете выходить только вместе.
— А если на нас нападут?
— Неужели, Эмми, ты думаешь, что бандитам нечего больше делать, как только грабить тебя на виду у всего города?! Ведь там есть шериф, есть полиция, они найдут управу на бандитов.
— Но ты же сам слышал, желтые в самом городе и никого не боятся.
— Все это ерунда! — заверил ее дядя.
Тут в разговор вступил торговец скотом, сидящий напротив Рэтта Баттлера.
— Ваша племянница абсолютно права, мистер, и на вашем месте я оставил бы ее дома.
Врач, недовольный тем, что в правдивости его слов кто-то сомневается, отрезал:
— А вам откуда знать?
— Я каждую неделю бываю там и насмотрелся всякого. Вот две недели тому назад прямо на площади застрелили полицейского, а шериф, прекрасно зная, кто его убил, даже не пошевелил пальцем, чтобы наказать преступника.
— Я не верю этим россказням! — высокомерно заявил врач.
— Можно не верить, но я видел это собственными глазами. Я видел, как при всех у дверей салуна бандит с желтой повязкой на шее всадил три пули в полицейского, а после даже к не подумал убегать. И знаете, мистер, самое странное то, что эту картину видело по меньшей мере двадцать человек — и никто из них не пожелал давать показания.
Рэтт Баттлер слушал вполуха, как препираются торговец скотом и врач, как ни один из них не может доказать другому своей правоты. Он, склонив голову набок, приоткрыл один глаз и увидел, как его конь без устали перебирая копытами, следует рядом с экипажем. Всадник, двенадцатилетний мексиканский мальчишка, даже не доставал ногами до стремян, которые, широко раскачиваясь, тихонько позванивали.
Девушка, явно испугавшись, что ее дядя так рассердился, ввязавшись в спор, принялась его успокаивать.
— Я не пробуду у тебя долго. И если в Клостер-Тауне в самом деле творятся такие дела, то вернусь домой.
— Почему мы должны бояться каких-то бандитов? — негодовал врач. — Почему шериф к полиция ничего не могут поделать? Ведь мы исправно платим деньги.
— Вы просто не были в Клостер-Тауне, — резонно заметил торговец, — желтые — это целая армия, они прячутся повсюду, нападают на фургоны, бесчинствуют в городе…
— Но, может быть, — со слабой надеждой в голосе спросила Эмми, — они не трогают тех, кто не обращает на них внимания, кто не пробует вмешиваться в их дела?
— Если бы это было так! — вздохнул торговец скотом. — В начале они вели себя так, а потом вконец обнаглели. Если так пойдет дальше, то Клостер-Таун придет в упадок, многие приличные семьи уже покинули город, оставив вести свои дела поверенным. Но вы же сами понимаете, что долго так продолжаться не может, кто-то должен взять верх. И по-моему, кончится тем, что город опустеет, а братья Баллоу станут заправлять всем.
