- Макс, мне домой надо.
- Давай отвезу, - с готовностью проговорил он.
Даже на высоких каблуках я едва доставала парню до подбородка. Он возвышался, как скала, отгораживая от всего мира. Так не хотелось уходить…
В парадном противно пахло кошками и сыростью. Какой-то мусор валялся прямо на грязных бетонных ступеньках. Но когда Макс взял меня за руку, все это словно исчезло, перестало существовать. Осталась только теплая, шершавая ладонь, в которой тонула моя рука.
- Не упади.
Крепко держа, он повел меня вниз. Приодолев четыре этажа, мы вышли на улицу. Черная «беха-семерка», стоящая неподалеку, мигнула фарами.
- Ой, у папы точно такая же…
- Реально? – перебил он.
- Ага.
Точно такая же была в девяностых. Я была тогда еще маленькая, но отлично ее помнила. Хорошо, что Макс не дал мне это добавить. Было видно, что парень гордится машиной, пусть та и далеко не новая. Зато купил он ее явно сам, а не получил в подарок от папы.
- Значит хотя бы один пунктик у нас совпадает. Будет проще при знакомстве.
Радость от понимания, что Макс хотел бы познакомиться с моим папой вспыхнула и померкла. Илья Сергеевич Фрай, владелец одного из крупнейших в стран холдингов ни за что не позволит дочери быть с кем-то, кто «ей не ровня». Такое уже было…
- Садись, - Макс галантно распахнул передо мной дверь.
Улыбнувшись, я забралась на переднее сиденье. Макс сел за руль. На пару секунд я засмотрелась на то, как солнечные лучи подсвечивают его мужественный профиль. Высокий лоб, прямой крупный нос, квадратный подбородок…
- Ремень пристегни.
- А сам что?
- А я бессмертен.
- Тогда и я не буду, - я скрестила руки на груди.
Фыркнув, парень дернул ремень и пристегнулся. Я сделала то же самое.
- Куда тебе?
Я назвала адрес в двух кварталах от настоящего. Не хватало еще, чтоб они столкнулись с папой… И чтоб Макс увидел, где именно я живу.
***
- Я ради тебя весь город на уши поднял! – папино лицо покраснело от гнева. – Мои люди все больницы прочесали, морги! А ты, оказывается, просто шлялалась неизвестно где!
- Илья, да не кричи ты на девочку, - причитала тетя Люба, суетясь за его широченной спиной.
- Известно где, папа! Известно! С Мишенькой, сыном твоего хорошего друга и партнера по бизнесу. Он подсыпал мне что-то, а потом полез своими грязными лапами. Если бы не тот парень, случайно оказавшийся рядом, то наверно бы и…
По всему телу пробежала дрожь. Отголоски воспоминаний заставляли сжиматься от ужаса.
- Он меня к тете Ане отвез. Я у нее уснула, а проснулась только пару часов назад…
Тетя Аня была маминой подругой. После их развода с папой отношения между ними стали мягко говоря натянутыми. У нее он меня не искал. И если кто мог прикрыть, то только она. Именно поэтому я и позвонила ей сразу после того, как попрощалась с Максом…
- Анька! Ну конечно! Вот мерзавка! А набрать меня нельзя было?!
- Папа… Ты вообще слышал, что я сказала? Миша чем-то меня опоил, а потом попытался изнасиловать!
- Люба, разогрей Свете завтрак, - отрывисто бросил папа.
Вздрогнув от резкого приказа, женщина кивнула и направилась в кухню, оставив нас одних.
- Свет, если ты настолько сильно не хочешь видеть рядом с собой Михаила, то могла бы так и сказать. Незачем было устраивать этот цирк, который чуть бедой не закончился! Ну что ты глазами хлопаешь? Миша в больнице, у него сотрясение мозга между прочим! Великая актриса, блин!
- Папа!
- Что «папа»? Я-то решил, что мало тебе объяснял как надо вести себя с парнем, что б не провоцировать то, чего не хочешь. А оказалось, ты надумала разыграть попытку изнасилования!
- Я не понимаю, - в шоке пролепетала я. – Ты… Ты не веришь мне?!
- Миша мне рассказал, что ты испугалась, выскочила из машины. Упала на каблуках. А когда он попытался тебя успокоить, появилась эта отморозь!
- Эта отморозь защитила твою дочь!
- Так, все хватит! – рявкнул отец. – Живо к себе. Неделю будешь под домашним арестом, понятно?!
Из глаз покатились слезы. Обида жгла каленым железом внутри. Мой папа, тот, кто оберегал меня от всего и возил бы по улицам в танке, если б мог, поверил Мише, а не мне.
- И не дави на жалость. Пацана этого уже ищут. Не дай бог узнаю, что он не случайный прохожий, Света. Терпение мое тогда кончиться.
Дальше я не слушала. Спотыкаясь, бросилась наверх, в свою комнату. Там упала на кровать и разрыдалась.
Тетя Люба тихо зашла в комнату. Присела на кровать.
- Ну не плачь, доченька, - проговорила ,гладя меня по волосам.
Жалобно всхлипнув, я прильнула к ее груди. Теплые руки женщины нежно меня обняли и стали гладить, успокаивая.
- Тетя Люба, папа мне не поверил! Не поверил, - рыдала я.
- Ч-ш-ш, успокойся, моя милая. Папа во всем разберется. И, если Миша действительно хотел тебе зла, то он его накажет.
Тихий ласковый голос женщины успокаивал как и всегда. Как все мои восемнадцать лет, которые тетя Люба была рядом. Чаще, чем мама. Она у меня театральная актриса и сколько себя помню постоянно в разъездах. Именно это, по папиным словам, разрушило их брак. Он как-то сказал, что мама замужем за театром, он же ее дитя. Я тогда на него обиделась, но теперь, повзрослев, поняла – папа был прав. И все равно я безумно по ней скучала.
Пикнул телефон. Пришла смс-ка. Выбравшись из объятий тети Любы, я нашарила в сумочке телефон.
Макс: «Завтра в шесть вечера заеду за тобой. М».
Света: «Я в универе буду. Давай лучше там».
Макс: «Ок».
Сердце радостно застучало в груди. Несколько слов на дисплее заставили позабыть и о Мише, и об отце и об… обо всем, кроме небесно-голубых глаз Максима.
Глава 4
Наши дни
Выключив беговую дорожку, я соскочила с нее. Промокнула лоб полотенцем и, прихватив бутылку воды, залпом осушила ее.
- Отлично поработали, Свет, - мой персональный тренер Сережа, пожал мне руку. – Завтра?
- Нет, - я покачала головой. – Иду на благотворительный вечер. В понедельник.
- Во вторник, там же не без спиртного.
- Без. Я не пью.
- Умница, дочка, - пробасил мужчина.
Попрощавшись с ним, я направилась в раздевалку. Черт бы побрал эти светские рауты. Красиво стоять, красиво улыбаться и делать вид, что я счастливая жена «каменной стены». Отмахиваться от вопросов о наследниках…
Приняв душ, я вытерлась, намазала все тело увлажняющим кремом, сделала легкую укладку. Пристально посмотрела на себя в зеркало. Там давно уже нет той юной девчонки с по-детски пухлыми щечками и наивным взглядом больших глаз. Теперь там женщина с высокими острыми скулами, слегка циничным изгибом пухлых губ и взглядом «на поражение», успешно скрывающим черную дыру вместо души.
Жить без любви погано. Я думала, что смогу. Решила, одной любви на двоих хватит. А оказалось, и ее не было. Один лишь холодный расчет. Но, даже случись иначе, не хватило бы. Теперь я была в этом уверена. Вот только даже если бы пришлось вернуться назад, я поступила бы точно так же. Ведь после смерти папы сама бы фирму не потянула в свои восемнадцать.
Миша захотел, чтоб у нас появился ребенок. Миллионное состояние нужно кому-то передавать. А я… Когда-то я хотела стать матерью. Мечтала о маленьком мальчике и маленькой девочке, которых подарю Максу. И эти мечты и желания были похоронены вместе с любовью, которая оказалась ненужной ему.
Женщина в зеркале горько усмехнулась. Гормоны взбушевались что ли? Все из-за того, что слезла с контрацептивов. Хорошо хоть Миша в последнее время вечно занят, весь на нервах и ему не до того… Вот бы еще несколько дней так. Тогда, может, повезет и я не в этом месяце…
Оделась, забросила на плечо рюкзак. Написала своему телохранителю, чтоб поднимался, и направилась к лифту. Возле него никого не было. Напрасно я разрешила ему ждать в кофейне этажом ниже вместо того, чтоб торчать со мной в зале. Миша прав, к персоналу нельзя относиться по-человечески. Наглеют. Зашла в лифт и поехала сразу на парковку. Пусть ловит меня по городу и потом объясняет шефу, как вышло, что жена босса катается без охраны.
