сон видеть, а я тут по аптекам шляюсь. Девочек-припевочек по домам развожу.
— Держи, — всучиваю ей полиэтиленовый пакет.
— Спасибо. Ты настоящий человек.
— Не, человек я так себе, — не без ухмылки. — Что там по адресу-то?
— А, сто пятьдесят седьмой дом.
Минут через пять притормаживаю по знакомому адресу. Я бы даже сказал родному.. Грицай тянется к ручке двери. На автомате дергаю лямку ремня, которым она до сих пор пристегнута. Рукой упираюсь в сиденье между стройных ног, обтянутых черным капроном.
Олька вздрагивает. Глаза округляются. Расстояние между нашими лицами сантиметра три, не больше.
— Ты что делаешь?
— А ты что делаешь, когда к незнакомым в тачки прыгаешь?
— Я тебя знаю.
— И не видела пять лет. Я мог измениться.
— Ты же мент… — Видимо, вспоминает слова Макаровой.
— С чего вдруг?
— Но…
Тушуется. Глаза бегают. Губы чуть приоткрыты. Манят. Однозначно манят.
— Не смешно, Кирилл, — дергает ручку и отталкивает дверь. Салон наполняется прохладным воздухом и запахом скошенной травы. Последние августовские ночи.
— Пригласишь? — красноречиво смотрю на подъезд.
— Обойдешься, Бушманов.
— Злая ты, Олька, недобрая. Я ее полночи катаю, а она даже чаю не предложила.
— Что-то я сильно сомневаюсь, что ты на чай напрашиваешься.
— Или на кофе, — подмигиваю.
— Ой, иди ты! — смеется. — Спасибо, что подвез. Но мне уже пора.
Отталкивает меня, упираясь ладонями в плечи. Отщелкивает ремень безопасности.
— А как же поцелуй за спасение принцессы?
Грицай прищуривается, касается губами кончиков своих пальцев и заряжает ими мне в лоб.
— Спасибо, Кирюша.
— Номерок-то хоть оставишь?
— Не-а.
2
«Я себя последние пару лет по частям собирала. Какие мне отношения?»
Пока ищу в сумке ключи, спиной чувствую, что Бушманов на меня смотрит. Надоедливый брелок цепляется за цепочку на внешнем карманчике кросс-боди и летит на асфальт. Ключи брякают где-то внизу, плашмя ложась на неровное покрытие.
— Далеко собралась?
Раздается совсем близко. Неожиданно, даже дернуться хочется. Но я стою с выпрямленной спиной. Только пиджак поправляю. Запахиваю на груди, чтобы не светить треугольным декольте шифоновой майки.
Оборачиваюсь, и брови, весело подпрыгнув, сходятся на переносице от удивления. А еще от близости. Кирилл прямо передо мной. Пара сантиметров между нами. Пусть отойдет. Пусть сделает шаг назад.
— Босиком, — он смотрит на мои ноги с ярко-розовым гель-лаком на пальцах.
Да, действительно, я без обуви.
— Держи, — протягивает босоножки, которые я мгновенно прижимаю к груди как что-то очень ценное.
Они ведь так и остались на коврике в его машине, когда я выбежала.
Так эпично хотела уйти. По носу практически его щелкнула. А теперь…
— Спасибо.
Черт! Насколько нелепо я сейчас выгляжу? Так торопиться, что выбежать на улицу босиком и даже этого не почувствовать.
Этот город сводит меня с ума.
— Будешь должна.
И снова эта ухмылка. Подбираюсь. Нужно поднять ключи. Да.
Правда, даже в этом он меня опережает, наклоняется и сжимает в кулак брелок.
Легкий ветерок подхватывает мои волосы, а еще приносит с собой запах мужской туалетной воды. Что-то свежее. Очень приятное.
Волоски на руках встают дыбом.
— Кажется, это тоже твое, — Кирилл вытягивает указательный палец, на котором висят мои ключи.
— Спасибо, — выставляю руку, чтобы забрать.
Бушманов поднимает руку выше. Дразнит?
Хочется ругнуться, правда, сделать этого не успеваю. Меня отвлекает подмигнувшая габаритами машина. Бушманов пикает сигнализацией. Это движение настораживает. Не то чтобы я чувствую угрозу…
— Ты закрыл машину?
Кивает.
— Я тебя не приглашаю, — в подтверждение своих слов верчу головой. Отрицаю. Да. Я не приглашала и не приглашу.
— Я живу в соседнем доме. Вообще-то.
А вот это удивительно. Я думала, что его отец давно подсуетился и приобрел Кириллу квартиру в каком-нибудь приличном районе.
— Что? Ты серьезно?
— Серьезно. Даже удивительно, что ни разу тебя не видел. Ты давно приехала?
— Неделю назад.
Конечно, не видел, я все эти дни с утра пораньше к родителям за город моталась, а возвращалась за полночь.
Магнитный замок срабатывает моментально. Кирилл открывает мне дверь, упираясь ребром ладони в металлическое покрытие.
Вроде и внутрь зайти приглашает, а вроде и дорогу перегораживает своим жестом. Отчасти.
— Спокойной ночи?! — чуть прищуривается и наконец отдает ключи. Вкладывает в ладошку, слегка надавливая на пальцы, чтобы сжать те в кулак.
На секунды зажмуриваюсь. Все это кажется каким-то бредом. Очень странным стечением обстоятельств, которые мне совсем не нравятся. Нужно поскорее уйти.
— А, да. Пока.
Просачиваюсь в подъезд. Спокойно, Оля. Нужно о немного отдышаться.
Ну вот зачем? Зачем я вообще к нему подошла? Мало мне было проблем в этом городе? Просто увидела знакомое лицо, и само оно получилось…
Я же хотела быть легкой, без загонов, вот и подошла. Просто поздороваться, мы же и правда знакомы были. Это ведь нормально? Люди так и делают. Не смотря на разные заморочки.
А теперь он еще и живет по соседству. Сказка просто!
Дура. Какая дура!
А у самой кожу покалывает там, где он прикасался. Это не от чувств. Вовсе нет. Это потому, что два года без какой-либо близости.
Я себя последние пару лет по частям собирала. Какие мне отношения?
Закрываю глаза и до сих пор иногда вижу ее белое платье. Такое ослепляющее. А рядом Олег. В черном костюме, так презрительно на
