было жутковато. Пол неприятно поскрипывал под ногами, а по стенам расползались пугающие тени. Виктория бережно прикрывала рукой огонек свечи, но тот все равно нервно метался на фитиле, угрожая совсем потухнуть.
Только бы никто не проснулся. В обычный день камеристку не дозваться, а дворецкий так вообще прикидывался глухим, когда Виктория к нему обращалась. Но она подозревала, что у обоих острый слух, и скрип пола, который казался ей оглушительным, мог их разбудить.
Девушка подошла к двери кабинета и остановилась. Несколько секунд она прислушивалась к звукам в доме, но ничто не нарушало тишины. Тогда Виктория вытащила из кармана ключ и вставила его в замочную скважину. Но попытка открыть замок не удалась. Она в недоумении посмотрела на дверь, а потом потянула ее на себя. Удивительно, но дядя забыл ее запереть, это было так на него не похоже.
Будто издеваясь, тяжелая дверь издала протяжный скрип, хотя на памяти Виктории она никогда не скрипела. Девушка юркнула в кабинет и плотно прикрыла ее за собой.
А если дворецкого разбудил скрип? Что, если он явится сюда проверить, все ли в порядке?
Тогда, он обнаружит запертую дверь, — решила Виктория — и закрыла замок изнутри на ключ. Старик увидит, что кабинет заперт, и уйдет.
Приняв меры предосторожности, она приступила к выполнению своего плана.
Неясное пламя одинокой свечи не могло осветить большую комнату, заставленную мебелью. По мере продвижения ночной гостьи по кабинету из темноты выступали массивный письменный стол и книжные шкафы, украшенные замысловатой резьбой.
Найти что-то здесь на первый взгляд показалось Виктории весьма проблематичным, — новый хозяин наводил свои порядки, причем довольно странные. Так, многие книги оказались сняты с полок и стопками разместились по всему кабинету, на софе и даже под ней. Мебель тоже передвигали — Виктория помнила другое её расположение, иногда она бывала здесь, заходила к отцу, когда он работал.
Девушка пребывала в полнейшем смятении. Ей нужна книга, которую когда-то показывал отец, но как найти ее в таком хаосе?
Решив не впадать в отчаяние и не терять даром времени, Виктория принялась за поиски. Она обходила шкаф за шкафом, читая названия на корешках томов. Она вытащила и просмотрела бесконечное число книг — и, наконец, ей повезло.
Она открыла очередной толстый том и чуть не вскрикнула от радости. Нашла!
Виктория метнулась к столу и положила на него свою находку. Сердцевина книги была вырезана, в ней организовали тайник. Отец сам показывал ей этот том и говорил, что в нем хранятся самые важные документы и фамильные драгоценности.
Виктория нетерпеливо вытаскивала бумаги, тут же жадно читала их и разочарованно откладывала в сторону. Драгоценности тем более не заинтересовали ее. Наконец, девушка закончила осмотр тайника. Она выпрямилась, задумчиво глядя перед собой и от расстройства постукивая пальцем по столу.
Завещания не было.
А она так надеялась на книгу-тайник…
Где еще можно поискать? В столе? Если в нем лежало завещание, то дядя не мог его пропустить.
Неужели опекун уничтожил завещание, чтобы получить все? Виктория не исключала такой возможности. Она уже понимала всю бесперспективность своих поисков. Отец не стал бы столь тщательно прятать завещание, а, если бы оно находилось где-то на виду, дядя наверняка обнаружил бы его.
«Не поэтому ли, — подумала она, обводя взглядом кабинет, — здесь такой беспорядок?»
Тем не менее, Виктория уже не могла остановиться и осмотрела каждый ящик стола. Она даже залезла под стол и, ударившись головой, совершенно случайно обнаружила тайник. Послышался щелчок, и маленькая панель сбоку ушла в сторону. В тайнике оказались какие-то бумаги и письмо.
Увы, завещание не нашлось и тут. Зато письмо Викторию заинтересовало. Написано оно было целых двадцать лет назад ее покойной матерью. И в письме Николь Виже сообщала своему возлюбленному Бенедикту Кэрри о беременности и умоляла забрать ее из дома сестры, где Николь пряталась от гнева отца. В письме она также указывала адрес, где находится.
Для Виктории неожиданная находка стала настоящим ударом. Ее мама умерла от болезни, когда девочке исполнилось восемь лет. Виктория хорошо ее помнила, и ей всегда не хватало материнского тепла. Письмо настолько взволновало ее, что она никак не могла успокоиться. Потрясенная, в совершенном бессилии она упала в кресло у стола, прижимая бумагу к груди.
На глаза навернулись слезы, но Виктория заморгала, прогоняя их. Не время предаваться отчаянию. Она сирота, и никто теперь не позаботится о ней, кроме нее самой.
Но неожиданно девушке пришло в голову, что письмо — знак свыше. Ведь не зря же в нем прилагается адрес тети, о которой мама всегда столь тепло отзывалась. Будто ангелы подложили ей письмо с ответом на ее отчаянный призыв, когда она столь остро нуждается в помощи! Виктория должна написать тете по этому адресу и попросить, чтобы та позволила ей приехать во Францию в качестве ее воспитанницы.
Виктория прекрасно владела французским и с детства мечтала посмотреть на родину мамы.
Без всяких угрызений совести она решила забрать драгоценности из книги-тайника. Дяде все равно о них неизвестно. Она продаст часть драгоценностей и сможет безбедно жить под опекой своей тетушки. Кто знает, может, ей, Виктории, удастся найти мужа во Франции и начать там новую жизнь без клейма незаконнорожденной? Эта мысль вдохнула в девушку новые силы.
Она поедет во Францию! И, возможно, она уже совсем скоро обнимет свою родную тетю!
Но тут из счастливых грез Викторию вырвали голоса в доме. Сердце екнуло со страху. Девушка вскочила с кресла и стала быстро собирать вынутые из тайника бумаги и драгоценности обратно.
Она торопливо засунула книгу на место, затушила свечу и
