в полный рост и стоял, опираясь ладонями на спинку софы.
Наконец Виктория смогла его рассмотреть, насколько это было возможно в лунном свете. Перед ней стоял мужчина среднего роста и среднего сложения, одетый в темное. На вид лет тридцати пяти, а может и старше. Человек, так неожиданно предложивший помощь Виктории, не носил ни бороды, ни усов; черты лица его не были отталкивающими, но настораживал внимательный и цепкий взгляд. Впрочем, а какой взгляд должен быть у вора?
Так и не дождавшись от нее ответа, незнакомец решил ее поторопить:
— Вас, может, уже ищут. Я ухожу. Вы со мной или нет? — спросил он, выходя из-за софы и направляясь к окну.
— Пожалуй, — неожиданно твердо ответила Виктория, все-таки решившись бежать вместе с ним. Мысль о том, что ей придется выйти из кабинета и идти по дому, где ее поджидает убийца, навевала ужас.
Вор кивнул и, не теряя более времени, снял с пояса веревку и стал деловито привязывать ее к массивной ножке шкафа, стоящего рядом с окном.
— Здесь невысоко. Я спущусь первым и подхвачу вас, если что, — говорил он, затягивая узлы.
Он открыл окно и, убедившись, что в саду никого нет, сбросил веревку вниз.
— Не побоитесь? — спросил он.
— Нет, — все так же твердо и немногословно ответила Виктория.
Кажется, ее лаконичность его позабавила. Губы его дрогнули, но он быстро прогнал улыбку с лица. Неожиданно он снял перчатки и протянул ей.
— Наденьте, а то натрете руки.
Девушка взяла, даже не поблагодарив. Она ощутила мягкость и приятное тепло замши, нагретой его ладонями. Отчего-то именно тепло вселяло надежду, что ей удастся вырваться живой из дядиных лап.
***
Виктория смотрела, как незнакомец спускается, перебирая веревку крепкими руками. Она не боялась последовать за ним столь необычным путем. Вернее, не думала, что это опасно, и можно упасть. Стоило вору спрыгнуть на землю, как девушка подтащила к окну стул и с его помощью взобралась на подоконник. Она надела перчатки и, не колеблясь, взялась за веревку и полезла в окно. Она специально старалась прогнать все мысли и сомнения из головы. Ей просто нужно спуститься вниз и все. Обычное дело.
Виктория старательно перебирала руками, юбки ужасно мешали обхватить веревку ногами. В какой-то момент девушке не хватило сил удержаться, и она проехала вниз, даже сквозь перчатки чувствуя сильное трение о ладони.
— Ах! — В самый последний момент она испугалась. Виктории даже показалось, что она падает. Но в следующую секунду она почувствовала, как ее подхватили сильные руки. Вор прижимал ее к своей груди, а девушка совершенно не противилась, наоборот была рада ощутить под спиной твердую опору. Она безвольной куклой висела в его руках, продолжая цепляться за веревку. Сердце бешено колотилось, а воздуха катастрофически не хватало.
— Быстро! — тихо засмеялся вор, и его теплое дыхание пошевелило волосы на ее виске. Примись он ее успокаивать, Виктория разревелась бы, но его смех помог ей взять себя в руки и стряхнуть оцепенение.
Она, наконец, смогла заставить пальцы разжаться. Вор поставил ее на ноги, но продолжал поддерживать за талию. Она уже достаточно пришла в себя и посчитала это слишком большой вольностью с его стороны. Виктория отступила от него, хотя пока не слишком твердо стояла на ногах, и он тут же убрал руки.
— Как вы попали за ограду? — спросила она.
— Перелез.
После спуска из окна перелезать через ограды Виктория была не в состоянии.
— Там есть ворота, — она кивнула за дом, и вор первым двинулся в указанном направлении.
***
Обещанными воротами оказалась небольшая железная дверь, вделанная в кованую ограду и запертая на массивный замок. Спутник Виктории довольно долго орудовал в замке отмычкой, но все-таки справился с ним.
Они вышли на узкую улицу, и вор уверенно свернул направо.
— Идемте быстрее, мисс. Я отведу вас в безопасное место. Здесь недалеко, — добавил он, заметив, что девушка зябко ежится от холода.
Виктории ничего не оставалось, как последовать за своим спасителем. Она не знала, куда он ее ведет, но ей как можно быстрее хотелось уйти от дома дяди, — и, желательно, как можно дальше.
Улица оказалась пуста. Подгоняемые холодным ветром тучи временами закрывали луну, и становилось темно. Но вскоре луна выглядывала снова, освещая путь беглецам.
Тут Виктории в голову пришла довольно здравая мысль.
— Постойте, сэр! — позвала она и, когда он остановился и обернулся к ней, осторожно добавила: — Я не знаю вашего имени…
Виктория сделала паузу, ожидая, что он назовет себя, но вор молчал и вопросительно смотрел на нее.
— Не могли бы вы отвести меня в порт? — наконец, спросила она, решив, что он не желает назвать ей свое имя из осторожности.
— Зачем?
— Я благодарна вам за помощь, но не хочу быть обузой. Поэтому я решила отправиться во Францию к моей родственнице, она позаботится обо мне. И я подумала: может, вы отведете меня в порт и поможете сесть на корабль? Естественно, я вас вознагражу.
Вор внимательно выслушал ее быстрое, сбивчивое объяснение и хотел было ответить, как вдруг рядом с ними кто-то пьяно захихикал. Виктория вздрогнула и резко обернулась на звук. Из кустов, росших у ограды, на дорогу выполз человек. Из грязного рваного плаща, в который он кутался, показалась рука и попыталась схватить перепуганную девушку за юбку.
— Иди сюда, шлюха, — снова пьяно захихикал нищий, видимо, находя
