с Петровной не вариант.
На какое-то время, как минимум пару месяцев, мне просто необходимо сохранить за собой свою комнату. А выполнять всю ту работу в центре, что и сейчас, я не смогу, если буду по восемь часов в день трудиться в другом месте. Но проблемы решать я привыкла по мере их поступления.
Итого: двадцать восемь отправленных резюме, одиннадцать потенциальных работодателей позвонили, только пять пригласили на очное собеседование, а предложил место только один, остальные отпустили с формулировкой «мы вам перезвоним».
Но этот единственный работодатель, буквально с порога утвердивший мою кандидатуру, не совсем устраивал меня. Условия оказались кабальными. Единственный бухгалтер на контору, с кучей обязанностей и материальной ответственностью. При этом в первые полгода с зарплатой на полставки и десятичасовым рабочим днём.
Даже если я ничего не найду, туда я не пойду, лучше уж всю жизнь за еду и кров в центре пахать. Да и в сердечко мне запала совсем другая фирма…
Офис на четырнадцатом этаже стеклянного здания. Open-Space (это когда все сотрудники сидят практически вместе, видят друг друга, но у каждого есть личное пространство, так как присутствуют интерьерные перегородки).
Там такая атмосфера… Там даже пахнет вкусно. Дорого. Вот примерно как от Виктора Сергеевича. И какого лешего я этого чертяку вспомнила?
Я каждый вечер, закрывая глаза, загадывала только одно — пусть мне перезвонят из этой фирмы. «ПермТурКру» — согласна, идиотское название, но сути дела не меняет.
Я хотела там работать ещё и потому, что эта компания занималась продажей туристических путёвок, а я совсем нигде за свои годы не успела побывать, и работа в такой сфере сама по себе бы сделала меня ближе на шаг к мечте.
Как говорит Петровна, если чего-то очень-очень хотеть и думать о мечте постоянно, то это обязательно сбудется. Я в это не верила, пока мне не позвонил hr-специалист компании «ПермТурКру».
Меня взяли!!! Я была на седьмом небе от счастья. И на этой радости подумала, а не захотеть ли мне очень-очень сильно Виктора Сергеевича. Ну а вдруг? Глядишь и сбудется. Думаю о нем я и так часто.
Конечно, все это было шутя и только в моих мыслях, но мне и самой покоя не давал тот факт, что пресловутого Виктора Сергеевича в них слишком много.
И все было бы отлично. Если бы не одно жирное «НО». Через покашливание и заминку, hr-специалист донесла до меня всю катастрофичность моего положения.
— Мы ждём вас в понедельник. И… Виталина Ивановна, в нашей компании все сотрудники придерживаются строгого дресс-кода. Белая блузка, тёмный костюм. Брюки или юбка не выше коленей, тут без разницы. Пиджак, жилет или кардиган — тоже на выбор.
Я ходила на собеседование в простом синем потертом свитере и чёрных джинсах. Я претендую на должность младшего бухгалтера, ведь ещё не закончила обучение, откуда у меня деньги на костюмы?
Моя мечта пролетала где-то рядом со мной. Как фанера над Парижем. Я сидела и горько плакала в подсобке для инвентаря, перед тем как идти убирать общие комнаты. Работа сама себя не сделает, так что мне пришлось покинуть своё укрытие.
Сегодня моя форма ещё специфичней чем фартук. Синий ситцевый халат прямого кроя, естественно ниже коленей и с пуговицами разного цвета и размера. На голове опять косынка из под которой торчат волосы. В этом плане ничего не меняется. Послушней они не стали.
Глаза зареванные ко всему прочему и нос распух, лицо в красных пятнах. Как бы Петровну не встретить в таком состоянии… Вот только подумала же. И вот она плывёт по коридору. Да не одна…
Я как мужчину моих снов увидела, не придумала ничего лучше, чем спрятаться за фикус. Он конечно — так себе прикрытие. Но лучше, чем ничего. И чего, спрашивается, он к нам зачастил? Вот я… «курочка ряба», прошляпила своё «золотое яичко» снова…
Могла быть хоть шанс себе дать. Приодеться, завести беседу, показать себя начитанной, эрудированной молодой леди. Хотя о чем это я? Повелась ведь на его внешность и лоск, а сам-то он индюк напыщенный и не самый приятный собеседник.
Где-то в районе этой мысли я почувствовала, что между лопатками жжёт. И прижигающий «луч» этот не от лампочки на потолке, а чей-то прямой взгляд. Хоть бы Петровны…
Увы, нет. Смотрел на меня мой Аполлон.
— Ты в засаде сидишь? Ведро с помоями на меня решила вылить или шваброй по хребту, признавайся?
Он открыто веселился, но потом умолк. И обратился к Петровне.
— Вы их тут бьете, чтоли? Чего она вся в соплях?
Заведующая хлопала ресницами, а потом нацепила на нос очки и стала всматриваться в мое лицо.
— Да нет, Виктор, как можно…
А она уже и без отчества его называет. Кто он такой вообще? И что ему надо в нашем центре?
— А эксплуатация детского труда, это вообще законно?
— Ну что вы, какая эксплуатация, она ведь не ребёнок…
Он не давал ей закончить мысль, прерывая на полуслове. Так с Петровной никто себе позволить разговаривать ранее не мог.
— Выйди ты оттуда, что ты вцепилась в эту пальму!
А ведь и правда, чем ближе подходил мужчина, тем сильней я старалась задвинуться за растение дальше.
— Это фикус.
— Какая разница?!
— Оставьте вы девочку, Виктор, я сама с ней разберусь. Видите, она не в духе.
Женщина потянула его дальше, а я выдохнула. Ну вот не везёт так не везёт. Нужно будет выяснить все.
Глава 4
Но в ближайшие дни меня ожидали дела более насущные и трудоемкие. Во-первых, Петровне я призналась. Она начала допытываться про «слёзы у фикуса», я ей и сказала, что так центр не хочу бросать, прям до слез, но такой шанс подвернулся, которыми не разбрасываются.
Ну не говорить же ей реальную причину, что я ревела из-за отсутствия шмоток? Она женщина старой закалки, она не поймёт.
Конечно, старушка наша ворчала, но слова против
