Аналогичную легенду Наполеон поддерживал и в отношении гибели Моро. Во время Дрезденского сражения Наполеон, якобы увидев в подзорную трубу опального генерала в свите царя, лично навел орудие и выстрелил, убив предателя. На самом деле Наполеон, хотя и сосредоточил около 100 пушек, которые открыли ураганный огонь по позициям войск коалиции и, в частности, по прусской батарее, лично в Моро не стрелял. У этой батареи опальный французский генерал оказался случайно: он прискакал к месту, где находился русский царь, чтобы увести его с линии огня, но нашел здесь свою смерть. Тем не менее и эта легенда, глубоко укоренившаяся в умах французов, продолжает жить и сегодня.
В чем же состоит историческая заслуга генерала Моро? На наш взгляд, прежде всего в том, что своей блестящей победой при Гогенлиндене он даровал французам пятилетний мир и положил конец революционным войнам, длившимся целое десятилетие. С 3 декабря 1800 г. по 2 декабря 1805 г. Франция не вела крупных войн на суше с европейскими державами. Во-вторых, став другом русского царя и вместе с тем оставаясь патриотом своей родины, Моро просил Александра I, в случае победы сил коалиции, оставить Францию в ее естественных границах. В 1814 г., войдя в Париж, Александр Павлович не забыл своего обещания, и Франция сохранила свою территориальную целостность и границы, в которых она пребывает и поныне. И, наконец, Моро не был предателем по отношению к своей родине, он стремился освободить ее от ига Бонапарта, который уничтожил Республику и снова превратил Францию в королевство под названием Империя. Прожив в США 8 лет, Моро понял, что такое настоящая свобода и демократия, и искренне желал своей стране именно такой свободы и такой демократии.
Здесь невольно вспоминаются слова Пьера Савинеля, автора, пожалуй, самой подробной и достоверной биографии Моро: «Если когда-нибудь Французская республика обратится к своим истокам и смыслу ценностей, на которых она основана и которые делают честь одному из ее выдающихся патриотов, ей будет стыдно за то, что она оставила в забвении имя человека, который пал за родину, понимая ее не только как территорию, заключенную в некие границы, но и как общность свободных людей, уважающих права личности, которые она, эта республика, воплощает».
Моро можно по праву назвать французским русским фельдмаршалом. И хотя это звание не было присвоено ему официально, Моро был похоронен в России с фельдмаршальскими почестями. Кроме того, герой Гогенлиндена покинул Францию в возрасте 41 года, 1 год прожил в Испании, 8 лет в Америке и почти 200 лет спит в русской земле, и не где-нибудь, а в Санкт-Петербурге, и не просто в Санкт-Петербурге, а в самом центре — на Невском проспекте в церкви Святой Екатерины Александийской, что всего в 300 метрах от могилы другого знаменитого русского фельдмаршала — М.И. Кутузова, что в Казанском соборе.
К выдающимся людям следует подходить как к вопросам высшего значения. Их нужно изучать до самых тайных уголков их духовной жизни. Если главной целью является выяснение их значения для эпохи, в которой они жили, и потомков, то одновременно появляется желание и интерес познакомиться с ними в их общечеловеческих чертах и слабостях. Хочется понять их целиком, узнать их склонности, пристрастия, ошибки и недостатки наравне с их добродетелями и преимуществами, чтобы потом лучше и справедливее судить об их поступках.
Вот почему автор ставит своей целью не только представить читателю наиболее полную и, возможно, отчетливую картину жизни и деятельности человека, который на рубеже веков был равен в славе великому Наполеону, но и одновременно показать генерала Моро не только как историческую личность, но и как человека, с его качествами, природными дарованиями, характером, привязанностями и устремлениями.
Так кем же были Наполеон и Моро? Непримиримыми соперниками или серьезно рассорившимися друзьями? Новыми Моцартом и Сальери? Сталиным и Жуковым? Или Цезарем и Брутом?
А кем был сам Моро? Предателем? Оппозиционером? Политическим диссидентом? Или Прометеем, Новым Кориоланом, революционером Империи? И почему забытый Моро?
Прочтите эту книгу, и вы многое узнаете.
Алексей Зотов Санкт-Петербург, август 2009 г.
ВВЕДЕНИЕ
В 1839 г. в Санкт-Петербург прибыл известный французский путешественник и писатель маркиз Астольф де Кюстин. Он собирался писать о России. В доброжелательности этого произведения в Петербурге не сомневались. Маркиз принадлежал к аристократической семье, которая пострадала в период Великой французской революции. Его отец, маркиз Адам Филипп де Кюстин (1740—1793), был французским генералом еще в Семилетнюю войну и обратил на себя внимание короля. В 1789 г. он был депутатом от лотарингского дворянства в собрании Генеральных штатов. В 1792 г., командуя французскими войсками на Рейне, быстро занял Шпейер, Вормс, Майнц и Франкфурт, но пруссаки вынудили его эвакуировать два последних города. Обвиненный Конвентом в недостаточном усердии при удержании города-крепости Майнц, маркиз де Кюстин был приговорен к смерти и гильотинирован 28 августа 1793 г.
Дед де Кюстина также был казнен якобинцами — вот почему его внук подчеркивал свой непоколебимый монархизм и глубокую религиозность.
Однако в Петербурге ошиблись. По возвращении во Францию де Кюстин действительно написал книгу «La Russie en 1839» (Paris, 1843), но из дорожных записок она превратилась в тенденциозный памфлет, носящий явно антирусский характер. Как и полагается при составлении памфлета, критике и сарказму подвергалось буквально все, что видел в России де Кюстин: царь и дороги, климат и правительство, архитектура и нравственность дам, кутежи молодежи и православная религия, деспотизм царя и педагогические учреждения, гостиницы и даже католическая церковь. Рассказы де Кюстина о нравах высшего русского общества вызвали много неудовольствия, даже В.А. Жуковский назвал де Кюстина собакой. Однако, несмотря на неблагоприятные отзывы о России, записки де Кюстина представляются для читателей весьма интересными. Автор метко улавливает отрицательные явления русской жизни того времени и дает удачные характеристики некоторых тогдашних деятелей.
* * *
Понимали ли современники, французы 40-х годов XIX века, цели памфлета? Полагаем, что да. Несмотря на известную критику автора за лживость, легкомыслие, некомпетентность и праздную болтовню, была отмечена главная заслуга де Кюстина — предупреждение о якобы возможной агрессии России в отношении Западной Европы и необходимости объединения Англии и Франции перед лицом такой опасности. Де Кюстин, пожалуй, первым из европейцев увидел призрак новой войны между европейскими державами, которые не смогли сохранить дарованный им после Ватерлоо почти сорокалетний мир. Эта мировая бойня будет известна в истории как Крымская война 1853—1856 гг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
