В итоге, — площадь Блаватанна разрослась внушительно, обретя довольно занимательный колорит. Жили-то здесь не только отбросы, но и десятки тысяч семей обычных работяг. Большинство из которых обладало если не огнестрелом, то холодным оружием — точно. Пожалуй, именно они останавливали власти от того чтобы не превратить район в маленькую зону боевых действий, расчищая местность.
По крайней мере, я так думал.
Бардак в квартире остался знатный, поэтому ранний сигнал домофона заставил недовольно ругнуться. Да и раны не успели толком зажить, отчего каждый шаг отдавал простреливающий через все тело болью. Будто бетоноукладчик переехал, а потом еще дал заднюю.
В окошке экрана стоял мужчина в костюме-тройке с волосами цвета платины, тонким шрамом через правое веко и взглядом глубоководной акулы. Этот самый взгляд вперился в камеру, как только я подошел.
— Открывай, Тэссагрим! — помахал рукой он, сделав попытку улыбнуться, отчего стало только хуже.
— Мля-а… — вздохнул я.
Попыток прибраться по-быстрому я не делал, поскольку квартира была на первом этаже и, при всем желании, — не успел бы. Тем более, что собирался убраться отсюда в ближайшее время.
— Здравствуйте, тэр Морритас Стрего! — кисло улыбнулся я, открыв дверь и пропуская его внутрь.
— Привет, — брезгливо скривился он, заходя. — Выглядишь, как дерьмо, — сузил он глаза, оценив сначала меня, а потом хаос в квартире. — Хотя я бы предпочитал, чтобы ты и дальше называл меня дядей. Так мне будет проще не забывать, что мы, какая-никая, семья.
Я показал рукой на мягкое кресло, что было, пожалуй, единственным презентабельным предметом интерьера, а сам включил кофемашину. Реплику о экскрементах решил пропустить мимо ушей.
— Интересная формулировка. Помогает удержаться от рукоприкладства?
— В том числе, — кивнул Морритас, все же решившись сесть на клетчатую подушку.
Заложив ногу на ногу, он наблюдал как я делаю кофе, что стоило, как месячная аренда всего этажа в этом здании. Уж в этом удовольствии себе отказать не мог, при всем желании.
Немного передвинув чудом уцелевший журнальный столик, я поставил две чашки парующего напитка.
— Чем обязан такой высокой чести? — спросил я, сажаясь напротив гостя в кресло, к которому недавно был прикован.
— Пришел узнать, как ты поживаешь, — хмыкнули в ответ, отставляя чашку. — Аурелиус просил донести тебе информацию, что у нас скоро появится возможность помочь тебе с отлучением. Новая технология, способная вырастить фазокристалл заново и, соответственно, — вернуть тебя в Поток. Сам он, как ты понимаешь, занят. Да и я действительно хотел тебя увидеть.
О том, что для передачи информации старшему магистру Ордена Танатеш совершенно не обязательно было приходить лично, промолчал. Очевидно, что дело не в секретности и это не жест доброй воли. Как бы сладко не звучало.
— Неожиданно. Не припомню, чтобы ты когда-нибудь питал хоть какие-то симпатии в мою сторону, — протянул я и добавил. — Дядя.
Он одарил меня скептическим взглядом очень глубокой проникновенности. Будто рассматривал умственно отсталого, что пытался собрать квантовый компьютер из слюнявчика и овощей.
— Не прикидывайся дегенератом, Тэсс! — сказал он наконец, после недолгой паузы. — Пусть Аурелиус спит и видит, как вернуть тебя в семью, загладить так называемую вину, — на этих словах он не без удовольствия прихрюкнул, крутанул головой и вновь коснувшись чашки. — Именно моей идеей было принятия тебя в семью. Я помогал составлять учебный план. В твое образование вложили слишком много, чтобы просто так разбрасываться инвестициями.
— Инвестиции, значит? — усмехнулся я, снимая пылинку с брюк.
Благо, ткань была покрыта ими, чуть меньше чем полностью, из-за недавних событий. Есть чем отвлечься от закипающей ярости.
— А ты что ждал, что я обниматься полезу и подставлю отеческое плечо? — удивился Морритас. — Тебя не воспитывали мальчиком, что будет винить во всех своих злоключениях кого угодно, кроме себя самого.
Я специально частично погрузил сознание в сатори, чтобы держать себя в руках. Врезать Морритасу я, может, и смог бы, но архимаг превратил бы меня в калеку. Потом бы вылечил бы и так по кругу. Пока не удостовериться, что я понял его ход мысли.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А когда дорастешь, надо будет еще и перестать ненавидеть самого себя, — невесело усмехнулся маг, заставив наши взгляды пересечься. — Что мне, что Аурелиусу, понадобилось не одно десятилетие для этого. Рано или поздно, и ты созреешь.
Черт, а ведь точно! Валентина, его жена, ведь тоже…
От услышанного мне стало не по себе. Никогда прежде он не допускал такой искренности в диалоге.
— Действительно есть шанс вернуться в Поток? — хрипло переспросил я.
— Вот и узнаем, — хмыкнул в своем духе Морритас. — Но имей ввиду, что это твой последний шанс. Больше Орден Танатеш не пойдет тебе навстречу, даже с учетом относительных родственных связей. Я лично об этом позабочусь.
— Я… могу подумать? — вкрадчиво спросил я.
Очередной взгляд как на неполноценного, больно кольнул.
— Наглец, — констатировал дядя, допивая кофе. — Впрочем, у тебя будет пара недель. Уж хорошенько поразмысли и лучше не вынуждай меня возвращаться. Сейчас ты как маятник, что качается между статусом изгнанника и члена семьи. Прямо над кромкой лезвия, именуемого официальной коммуникацией. Тебе решать, где остановиться тяж.
— Спасибо, — коротко кивнул я, наблюдая как он встает с кресла.
Несмотря на услышанное, его еще требовалось переварить, поэтому я внутренне был благодарен Морритасу за терпения. Хотя врезать все равно хотелось.
Как бы не так.
— И, да, — остановился дядя у двери, глянув через плечо. — Хватит играть в кошки-мышки с бандитами других Орденов. Если им что-то не понравится, а так и будет, то жить тебе придется на всей территории Импублики разом. Только по частям. Не заигрывайся.
Стиснув губы в тонкую линию, я лишь немного склонил голову, давая понять насколько “ценю” этот совет. Выбор-то у меня гигантский просто: либо задавят как таракана, либо продолжу брыкаться.
Тоже мне, советчик, чтоб его.
Когда шины магомобиля премиум класса, тихонько, едва уловимо, скрипнули за окном, я от души ругнулся.
Ощущение назревающей опасности буквально зудело под кожей.
Пытаясь успокоится, принялся убирать комнату, чтобы не раздражать болезненное чувство перфекционизма. Хотя бы чуть-чуть, — совесть угомонить. Заодно и раздумывал над происходящим.
Пусть я испытывал рвотные позывы от мысли о вступлении в Орден, но вариантов фактически не оставалось. Чем комфортнее я пытался себя ощущать, тем больше приходилось рисковать, а значит тем чаще будут приходить ребята вроде Филина.
Хотя нет. Уже не будут. Это был скорее жест доброй воли, предложение решить все “по понятиям”. Дальше меня уже никто спрашивать не будет. Либо расселят по Импублике, как сказал Мор, либо заберут силой.
Взгляд неожиданно натолкнулся на странную карточку на стойке кухонного уголка.
Материал похожий на одеревеневшую кожу, поверхность которой обработали выжиганием, создав рисунок. Странное дерево с широко раскинутыми ветвями, создающими крест в круге.
На рунном языке хаэвите была надпись: “Исток”.
Это Морритас притащил? Или Филин? Похоже на гадальные карты Аэтерны, что используются всякими шарлатанами разной степени эзотеричности.
Проведя пальцами по поверхности, ощутил слабое покалывание, что свидетельствовало о неком магическом плетении внутри предмета.
Едва уловимый очажок магии заставил нахмурится.
Магоматон?
— И нахрен мне такой сувенир? — спросил сам себя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Обернув карту рубашкой увидел четверостишие на все том же хаэвите. Знаний по рунным языкам было немного, но это творение мог прочитать даже я.
Странник! Здесь не место свету!
В тенях забытых королевств,
Исток откроет все ответы,
Не заблудившимся во тьме.
