больше, маги были универсальные. Ну, могли любой тип магии использовать. Что-то получалось лучше, что-то хуже, но оно не стоило таких усилий, как, например, сейчас. Потом случился какой-то выброс энергии, и количество потоков сильно уменьшилось, силы стало в разы меньше. Люди решили, что все сразу использовать стало слишком затратно, и бросились совершенствоваться в чем-то одном. Это и дошло до наших дней. Один маг — один тип способностей.
Кунцев замолчал, смотря поверх деревьев. Ветер трепал его волосы, отчего те встали вокруг его головы черным ореолом.
— И вчера я задумался, а что если мы и сейчас можем в эту самую универсальность? Просто не понимаем, как этого достичь.
— А в том свитке не указано, как маги прошлого это делали?
Дмитрий повернул голову, впившись в меня взглядом, и произнес:
— Об этом я хотел спросить тебя.
Ничем не выдавая свое волнение, я спросил:
— Давно ты знаешь?
— Скорее догадался. Ты старательно прятал это. Вычислил буквально по косвенным признакам.
— Расскажешь? — попросил я.
— Да рассказывать обо не о чем. Меня смутило поведение парочки в приемной. Слишком быстро они ушли, да и со мной ты действовал очень аккуратно. Если бы ты не разрушил мою ментальную защиту, я бы не сообразил.
— Я так за тебя испугался, что даже не обратил на нее внимание.
— Вот! Не обратил! А она у меня получается лучше всего! Поэтому я и начал этот разговор. У тебя, получается, две силы?
Я с минуту размышлял, сказать ему или нет, но потом все же решился.
— Четыре.
Лицо Кунцева сначала сильно вытянулось. Он неверяще смотрел на меня, а затем взлохматил волосы и упал на лавку напротив.
— Какие?
— Целительство и... — я нахмурился, — Дим, тут такое дело. Я прошу тебя никому не говорить о том, что я тебе сейчас скажу.
— Могу клятву принести. Я такое могу.
Я кивнул, и он вытянул руку.
— Обещаю хранить втайне то, что сейчас расскажет Алексей Вереховцев.
На ладони появился магический знак, вспыхнул и тут же растаял. Я в первый раз видел, как это происходит.
— У меня есть способности к темной магии, — выпалил я и с вызовом посмотрел на Кунцева.
Тот ошалело распахнул рот и закашлялся.
— Что?! Как?!
Он вскочил, снова закружил по беседке. От него пришла яркая волна эмоций. Недоверие, шок, страх.
— Я не знаю, как это работает на самом деле, — я дернул плечом, отгораживаясь от его реакции, — но тут, наверное, нужно рассказать всю историю. Ритуал показал, что я полный ноль. Неодаренный. Вообще. Ни капли магии. Отец отправил меня сюда, так сказать, подальше от чужих глаз и позора. Сам знаешь, что про таких детей говорят. А потом на меня напал маг с электричеством. Через какое-то время оно появилось и у меня.
— А менталка? — затаив дыхание спросил Кунцев.
Я скривился. Каждое воспоминание отзывалось болью.
— На меня воздействовали, чтобы выведать тайны семьи, — Дмитрия передернуло. — И тот, кто эти сведения очень хотел узнать — темный маг — напал на меня и отца. Сейчас Николай Александрович в столичной больнице в целебном сне. Прогнозы плохие.
— А ты?
— А я, получается, обзавелся новой способностью. Она никак себя не проявляет, к счастью. Как я понимаю, темных здесь не особо любят.
— Это да. И откуда здесь вообще темный маг, — он потер лицо. — Точнее, нет. Не так. Их не жалуют, потому что другие.
— В смысле?
— Ну мы же все светлые. А они — темные. Непорядок. Надо ненавидеть, — он криво улыбнулся. — На самом деле, многие из них сходят с ума от своей силы. Она пожирает их сознание, сущность. После нескольких прецедентов, громких настолько, что даже до той стороны гор докатилось, их стали опасаться. Да еще придумали кучу баек. Сделали из них каких-то демонов.
— Но один же из них сидит в башне императора!
— Это да, и дальше этой самой башни не пускают. Нормальная такая темница. С комфортом, — он пожал плечами. — А четвертая какая?
— Целительство.
— Тебя хотели залечить до смерти? — хихикнул Кунцев.
Я был рад, что он, узнав про мою темную силу, не бросился в панике бежать куда глаза глядят. Крепкий парень.
— Нет, — смутился я, — я когда пытался осознать свои силы, то понял, что они появляются, только если кто-то искренне желает мне зла. То есть в обычных соревнованиях или случайно, я новую способность получить не могу. Поэтому пришлось идти на обман.
— Как это? — не понял Дмитрий.
— Я внушил целительнице желание убить меня.
Кунцев присвистнул и оглядел меня с ног до головы.
— Судя по тому, что я вижу, у тебя получилось.
— На тот момент я жалел, что решил так поступить. Чуть не умер! Она меня отравила! Никому не пожелал бы испытать такое.
— Рисковый ты парень. Слушай, а чего тогда Новикову не дал себя ударить водой?
— Они обычные хулиганы, зла мне не желают. Решил, что так будет лучше. Демонстрация силы и все такое.
— Мне теперь такие новости нужно переварить. Ты мне мир вверх тормашками перевернул.
— Не забывай, ты дал клятву никому об этом не рассказывать.
— Тут забудешь! — он на меня посмотрел так, что я на миг засомневался в своем разуме. — Она ж мне мозги расплавит, если я это сделаю.
— А так только менталисты могут?
— Тут слова нужные знать надо, — он серьезно на меня посмотрел, но я видел, как уголки его губ дрожат, скрывая улыбку. — Да всем доступно это заклинание. И зачем тебе целительство?
— Отца вылечить.
— Ты же сказал, что он в столице. Думаешь, там спецов нет? Они-то поопытнее тебя будут.
— Но это темная магия! Если я пойму, как с ней работать, да еще вместе с целительством, то я смогу его вылечить!
— Если так, то да. А как ты будешь темную-то изучать? Запретная же тема. Даже
