Серафиму было не узнать. Она прохаживалась по комнате взад-вперед, покачивая бедрами в бесстыдно облегающей одежде. Гордая осанка, приподнятый подбородок, холодный взгляд — надменная стерва, а не та хрупкая девушка, которая плакала на вокзале, провожая жениха на опасное задание.
Френсис на секунду с болью прижмурился. Ведь на поверхность вылезло собственное воспоминание. Непрошенное, болезненное.
***
В последнюю ночь перед отъездом разыгралась гроза. Настоящая буря. Френсис и Серафима тогда жили в невысокой панельной многоэтажке на окраине города. Под самой крышей, которая в такие ливни всегда начинала течь.
Еще бы! Это же не один из мегаполисов, где живут самые главные «Миротворцы» и остальные богачи. Там, где и ночью светло от уличных экранов, а стеклянные небоскребы тянутся к самому небу. Там, где специальные фильтры делают воздух свежим и чистым от любых запахов, а особые устройства чистят магический фон, отражая любую атаку.
Простым смертным такое точно не по карману! Но Френсис и Серафима не жаловались. Он любил узкие улочки, пусть и потрепанные войной, запах забегаловок и свежей выпечки, которую приносил невесте. А она улыбалась с милыми ямочками на щеках, щебеча, что этот малыш совсем сошел с ума, что теперь постоянно хочется булочек.
Кап-кап-кап.
Френсис поднял взгляд к потолку. По старой побелке ветвилась трещина. Во вспышке молнии стало видно, что вокруг нее посерело. Похоже, таз на чердаке переполнился.
— Нужно было все-таки разобраться с этой чертовой крышей. Как ты теперь здесь останешься одна? — вздохнул Френсис, притягивая к себе ближе Серафиму.
— Нам ведь все равно говорили, что скоро тебя отправят в другое место, что скоро переезжать. Откуда нам было знать… — ее голос сорвался.
«Что планы поменяются, и меня отправят одного, — мысленно продолжил Френсис за нее. — В самую гущу. И взять с собой невесту — никак. Потому что я больше не сражаюсь в честных боях, а должен вклиниться к Волкам и стать шпионом».
По окнам застучал град. Крупный, звонкий. Показалось, что он вот-вот пробьет стекло. Серафима поежилась, прижимаясь ближе под одеялом. Наверняка это напомнило ей автоматную очередь. Френсис услышал тихие всхлипы, и футболка на его плече начала слегка промокать.
— Ну, что ты, малышка? Тебе нельзя нервничать, ты же знаешь…
— Тебя там убьют! — Серафима ударила кулаком по плечу Френсиса. — Я чувствую, на этот раз все иначе! Опаснее! У меня сердце не на месте! А что, если с тобой что-то?! Что со мной будет? Как мне растить ребенка одной?!
Она села на кровати, прижимая одеяло к груди. Растрепанная, испуганная, с лихорадочным блеском в глазах. Молнии за окном подсвечивали светлые волосы и фарфоровую кожу.
«Она волнуется не за меня, а только за себя, — мелькнула короткая болезненная мысль, но Френсис отогнал ее. — Нет, все это глупости. Серафима любит меня. Я вернусь, и мы будем счастливы вместе. Уже втроем».
— Я буду писать тебе письма, — Френсис привлек Серафиму к себе, пока она дрожала от страха. — Часто-часто! И ты будешь знать, что все хорошо.
— А если они перестанут приходить?
Они чуть отстранились друг от друга. Френсис взял ладони Серафимы в свои, медленно поглаживая холодные от волнения пальцы.
— Тогда… прошу только об одном, — глухо произнес он, кладя ладонь на ее живот. — Выбери достойного отца нашему малышу.
— Что?! Что ты такое говоришь?! — она отшатнулась.
— Если меня не станет, ты должна знать, что свободна. Я заранее отпускаю тебя. Я желаю тебе счастья, — тихо сказал Френсис, легонько целуя ее.
Серафима зажмурилась, как от боли. И выдавила сухо, будто через силу, потому что так надо:
— Я тоже.
Френсис обнял ее. Больше нечего было говорить. Он и сам знал, что на Земле больше не осталось безопасных мест. И любой из них двоих мог погибнуть в любую минуту.
Правда, тогда Френсис еще не верил в то, что Серафима уйдет со связи. И он будет ждать и ждать, и ждать новых писем, так ничего и не получив. А потом похоронит ее в своем сознании, ведь она точно не отказалась бы от него и нашла бы способ связаться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Глава 57
— Говорю вам, с Самантой что-то случилось! — Мелани встряхнули огненно-рыжими кудрями.
В зале, где на столе лежали планы и карты, собрался десяток Волков. И все смотрели довольно скептично. Анри со вздохом подошел ближе. Он положил на плечо Мелани тяжелую теплую ладонь.
— Слушай, ее нет всего… Сколько? Полдня? Меньше? — Анри улыбнулся снисходительно, как наивному ребенку. — Это нормально… учитывая ситуацию.
Он отстранился, неловко поджимая губы и засовывая руки в карманы брюк. Все пытались говорить о случившемся вскользь. Не обсуждать же любовные дела командира! И все-таки каждый понимал, что для Саманты уход Френсиса — личный удар.
— Саманта не пропала бы просто так, — прищурилась Мелани, сжимая кулаки. — Она предупредила бы!
— Ладно… если к обеду она не вернется, пойдем на поиски, — сдался Анри. — Но уверен, она просто захотела побыть одна…
В этот момент двери в зал распахнулись. На пороге оказался один из «волчат» — молоденький парнишка, который всего неделю, как ходил в караул. Сегодня была его очередь вместе с другими делать обход территории и подновлять магические ловушки.
— Там… там… — выдохнул запыхавшийся парень. — «Миротворец»!
— Что-о-о?! — в шоке повернулась к нему Мелани.
— Поймался в нашу ловушку! Зеленый совсем! — парнишка приосанился, показывая, что он-то точно намного старше. — Мы притащили его в подземелья! Вы возьмете меня на допрос?
«Волчонок» состроил щенячьи глазки. Пытаясь выглядеть взрослее, увереннее, он сжал рукоятку пистолета на поясе. Мол, не подведет!
— Ни за что, — рассмеялась Мелани, проходя мимо и взъерошивая его непослушные волосы.
Вместе с ней пошли Тэйлор и Анри. «Волчонок» постарался увязаться следом.
— Я сам выставил магическую защиту на камеру! — хвастливо заявил он.
На него уже никто не обратил внимания. Оставили наверху, с остальными. А их небольшая компания спустилась по грубой каменной лестнице.
Там находились темницы, закрытые ржавыми прутьями. Все кроме одной. На месте решетки зияла дыра, в воздухе чувствовался запах дыма. Остатки прутьев были согнуты, почти перекручены.
«Мы же защищаем каждую камеру от магического воздействия… Но похоже, «волчонок» где-то ошибся!» — подумала Мелани в то время, как парни вышли вперед, мрачно осматривая раскуроченный металл.
— Черт! — выдохнула она. — Пленник сбежа…
Договорить Мелани не успела. Пленник показался из темноты сзади, набрасывая ей на шею железный прут. Вжимая в свое накачанное горячее тело и не давая вырваться. Мелани беспомощно царапнула металл, но под ногтями осталась лишь крошка ржавчины.
— Не дергайся! — зашипел пленник. — А вы все… на шаг назад! Или я сверну шею этой девке!
Анри уже вскинул пистолет, но Тэйлор коснулся его руки. Напряженно. Мрачно. Лицо напомнило каменную маску.
— Спокойно. Отпусти Мелани, она ни в чем не виновата… — Тэйлор шагнул вперед, примирительно поднимая ладони.
— Она — одна из вас! И должна сдохнуть, как и все вы! Вы — предатели, отступники! Вы наплевали на все правила и ничем не лучше диких зверей! Раз прячетесь в лесу и забыли своих хозяев! Думаешь, я не знаю, что как только отпущу ее, она первая вцепится мне в глотку?! — рычал «Миротворец».
Мелани прикрыла глаза. Все эти фразочки про хозяев, отступников — все, как под копирку. Типичные реплики «Миротворцев». А на деле в пафосной речи буквально звенел страх. Загнанного зверя. Самого опасного в своем отчаянии.
— Мелани просто помогает раненным в госпитале, вот и все, — мягко продолжил Тэйлор. — Она неопасна для тебя.
«Зато Тэйлор — да», — поняла Мелани по его зло прищуренным глазам.
Глава 58
Серафимы из прошлого больше не было. Френсис четко видел это по тому, что сейчас лицезрел в своем сознании. Эта девушка не знала жалости. В голубых глазах не осталось ни тепла, ни нежности. Одна жажда мести.
