Я мысленно взял на заметку, что надо предупредить команду о добавочной осторожности.
— Если это не банда и они не работают против нас, — нахмурился Нунцио, — то почему все это случается в наших районах? Папаша меня учил относится к совпадениям с подозрением. Его одно такое убило.
— Откуда ты знаешь, что это происходит только в наших районах? — возразил Шайк-стер. — Может, мы выбрали на Базаре неудачный район для начала операции. Может, весь Базар — неудачный район. Может, нам следовало бы проявить подозрительность, когда Скив сообщил нам, что тут нет никакой полиции. Когда кругом плавает так много денег, а полиции нет и в помине, то, конечно, разведется уйма проходимцев.
— Так что же нам делать? — зарычал Гвидо, вырывая из-под подбородка салфетку и бросая ее на стол. — Мои ребята не могут быть одновременно в двух местах. Мы не можем следить за нашими текущими клиентами, а также подыскивать новых.
— Совершенно верно, — согласился Шайк-стер, — поэтому мы будем делать вот что. Во-первых, разделимся группами. Две трети ребят будут патрулировать районы, взятые нами под защиту. Другие пойдут за новыми клиентами… и больше мы не будем брать их просто под защиту. Мы расследуем и порасспросим. Мы выясним, много ли бед случилось в новой лавке или в новом месте до того, как мы сделаем их своими клиентами. Тогда мы будем знать, где риск велик, и если мы вообще будем брать их под защиту, они будут платить вдвойне. СЕЧЕТЕ?
И Гвидо, и Нунцио принялись думать, и этот процесс явно был для них болезненным.
— Не знаю, — прописклявил наконец Нунцио. — В этом плане чтой-то кажется, какое-то не то.
— Преступность не окупится, если ей управляет правительство, — любезно помог я, пробормотав про себя.
— Что-что? — вскинулся Шайк-стер.
— Да, просто нечто сказанное мне однажды моим учителем, — пожал плечами я.
— Эй. А Скив прав, — воскликнул Гвидо.
— Вы говорите, что нам предстоит быть полицейскими и следователями страховых фирм.
— Ну, я бы не употреблял таких слов…
— Никаких “ну”. Мы не станем этого делать.
— Это почему же?
— Брось, Шайк-стер. Мы же скверные парни. Сам знаешь — УРКИ. Что станет с нашей репутацией, если до Синдиката дойдет, что мы превратились в полицейских?
— Там подумают, что вы ценные сотрудники, упорно работающие, защищая их вклады.
— Да? — нахмурился не переубежденный Гвидо.
— Кроме того, это лишь временно, — успокоил их Шайк-стер. — И мало того — это дымовая завеса для того, что мы ДЕЙСТВИТЕЛЬНО будем делать.
— И что же это? — мягко спросил я.
Шайк-стер окинул быстрым взглядом ресторан, а затем нагнулся вперед, понизив голос.
— Ну, я не собираюсь ничего говорить, но помните, что я рассказывал о том, как Синдикат фокусируется на одной области за раз? Как мне представляется, возможно, мы выбрали на Деве не ту область. Возможно, нам не следовало пробовать рэкет с защитой.
— Значит, вы собираетесь сменить области? — подтолкнул я.
— Правильно, — улыбнулся Шайк-стер. — Мы временно притормозим рэкет с защитой и одновременно начнем наваливаться на букмекеров.
— Вот теперь ты говоришь дело, — возликовал Гвидо. — На азартных играх всегда делают хорошие деньги.
— Говори потише, идиот. Это же тайна.
— А кто услышит? — возразил Гвидо.
— Как насчет их?
Шайк-стер ткнул большим пальцем в сторону столика, где сидели четыре просто громадных существа, попеременно то набивая рот, то оглушительно хохоча.
— Их? Это братья Хатт. Они бывают здесь раз в неделю. Они слишком заняты собственными играми, чтобы беспокоить нас.
— Играми? Они игроки?
— Не… ну, возможно, за исключением Дарвина. Он вожак стаи. Но он играет, только ставя на разный баланс и бизнес.
— Который он?
— Самый худой. Я слышал, невеста посадила его на диету. Это делает его злым, но не опасным для нас.
Шайк-стер снова повернулся к нашему столику.
— Ну, все равно, говори потише. Как насчет этого, Скив? Я имею в виду азартные игры. Вы уже бывали здесь, на Базаре. Знаете каких-нибудь букмекеров, пригодных для нашего давления?
— Ну, дела. Единственный, кого я знаю, наверняка Игого, — сказал я. — Он довольно крупный. Однако, если вы, ребята, собираетесь прищемить его, не говорите ему, что навел вас я.
Шайк-стер дружески подмигнул мне.
— Уловил. Но со всего, что мы с него получим, вам будет процент. Знаете, гонорар наводчика. Мы не забываем своих друзей.
— Ну, спасибо, — сумел поблагодарить я, чувствуя себя более чем малость виноватым. — Ну, мне лучше отчалить. Пошли, Глип.
— Глип, — откликнулся мой дракон, вытаскивая голову из лоханки со спагетти при звуке своего имени.
Толстяк ощутил мгновенную симпатию к моему приятелю, основанную, как я подозревал, на новоприобретенной способности Глипа поглощать едва скрытое кроваво-красным соусом личинкообразное содержание, бывшее основным блюдом этого сезона.
Я так никогда и не сумел набраться достаточно храбрости попробовать спагетти, но моему дракону они очень понравились. Как маг я знал, что кое-какие сомнительные вещи, съедобные и не очень, живые и нет, тоже получали кулинарное одобрение Глипа, это мало поощряло меня расширить свои диетные горизонты до включения этого конкретного блюда. И все же, пока со мной был Глип, нас встречали у Толстяка с распростертыми объятиями, не смотря на то, что у моего приятеля начала развиваться походка вперевалку, напоминающая хозяина ресторана.
— Скажи-ка, Скив, где вы держите днем своего дракона?
Я оглянулся и обнаружил, что Шайк-стер, с сощуренными, задумчивыми глазами изучает моего приятеля.
— Обычно он со мной, но иногда я оставляю его с драконьей няней. А что?
— Просто я вспомнил жалобу на “прерывание торговли”, которую нам пришлось однажды оплачивать… пришлось оплачивать… Черт, мы до сих пор ее оплачиваем. В любом случае этот парень, видите ли, продает драконов, если не считать того, что вот уже неделя, как он не продал ни одного. Обычно продает примерно трех в день и говорит, что поскольку он заплатил нам за гарантию, что с его бизнесом ничего не случится, нам полагается возместить ему разницу в снижении сбыта… и, знаете эти твари ДОРОГИЕ…
— Знаю, — согласился я. — Но какое это имеет отношение к Глипу?
— Вероятно, никакого. Просто этот парень клянется, что как раз перед тем, как все пошло прахом, подошел какой-то маленький дракон и поговорил с драконами. Теперь они не ревут, не дышат огнем, ничего не делали. Только спят и резвятся… а кому нужен резвящийся дракон, понимаете?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
