– Я иду спать, – бросила ему Джен.
Тейт попытался обнять ее за талию, но она вывернулась.
– А ты можешь спать здесь.
Тейт засмеялся и пошел за ней в другую комнату, служившую спальней.
– Раздевайся поскорее, – сказал он Джен. – Даю тебе одну минуту, чтобы прийти в состояние полной готовности.
Джен повернулась и со всей силой залепила ему пощечину. Удар предназначался не мне, но мою щеку почему-то обожгло. Я запрокинул голову и очумело пялился на них. Брей тоже смотрела на эту странную пару.
Тейт продолжал улыбаться, но я заметил, как скрипнули его зубы, а щека вспыхнула. Тейт схватил Джен за руки.
– От‑ва‑ли! – прорычала она.
Тейт разжал пальцы.
На секунду оба замерли и, не мигая, смотрели друг на друга, следя за малейшим движением. Потом Джен повернулась и прошла в спальню, громко хлопнув дверью.
Из всех, кто это видел, беспокойство проявили только мы с Брей.
Тейт смачно потянулся, зевнул, потом встряхнул руками.
– Ложитесь, где понравится, – сказал он нам. – Правда, может, вы еще и спать не хотите. А у меня глаза слипаются. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – рассеянно ответил я.
Тейт ушел в спальню, но еще не успел закрыть дверь, как оттуда донеслись истеричные визги Джен, требовавшей, чтобы он убирался вон.
– Я, кажется, просил тебя раздеться, – слышался из-за стены голос Тейта.
– Вали отсюда! – орала Джен.
Затем послышался звук, который не спутаешь ни с чем. Характерный звук удара.
– Что? Хочешь ударить меня? – гремел Тейт. – Так бей! Бей еще!
Я отчетливо представил, как Тейт подставляет ей другую щеку. Впрочем, для Джен ему понадобилась бы дюжина щек.
Я оглянулся на Кейлеба. Тот по-прежнему сидел между ног Джоанны, а Грейс – между его ног. Одной рукой он гладил Грейс по голове, другой елозил по коленям Джоанны.
Характерный звук повторился, уже сильнее.
Джен закричала. Пол содрогался так, как будто за стенкой шла настоящая потасовка, без всяких половых различий. Я вскочил на ноги. Мною двигал инстинкт. Возможно, Джен и стоило проучить, но если Тейт сорвался и начал ее избивать уже по-настоящему, это надо прекращать. Я не мог оставаться пассивным свидетелем происходящего.
– Не беспокойся, – тоном стоика посоветовал мне Кейлеб.
Я посмотрел на него, затем на дверь. В спальне дрались. Брей стояла рядом со мной. Я был так поглощен стычкой, что даже не заметил, когда она встала.
– Ты слышишь? – спросил я Кейлеба. – Это может плохо кончиться.
Я продолжал смотреть то на него, то на дверь.
Кейлеб оставался все таким же бесстрастным. Может, не желал тратить на меня ни одной крупицы своего драгоценного внимания? Видя мою настороженность, он лишь покачал головой и откинулся на подушку, зажатую между ног Джоанны.
– Это совсем не то, о чем ты подумал, – сказала мне Грейс.
– А по-моему, именно то, – возразил я.
– Малыш, не вмешивайся, – прошептала Брей, хватая меня за руку. – Пожалуйста.
Она была напугана. Мы не знали нравов этой компании. Возможно, наши представления расходились с их представлениями. Зато мы оба знали, что мы здесь в меньшинстве.
– Тейт никогда не позволит себе ударить Джен, – добавила Грейс.
Она улыбнулась и, как покорная рабыня, легла на грудь Кейлеба. Он полез ей под кофточку, но Грейс продолжала смотреть на меня.
– Если за кого и нужно волноваться, так это за Тейта, – хихикнула она.
Кейлеб водил пальцами по ее шее. Грейс закрыла глаза, забыв о моем существовании.
Я инстинктивно стиснул руку Брей. Все мое внимание по-прежнему было устремлено на дверь спальни и звуки, доносившиеся оттуда. Вскоре я понял: Грейс была права. Крики и шум потасовки незаметно сменились громкими вздохами и характерными стонами. К ним добавился скрип кровати.
Неистовые отношения между Тейтом и Джен изрядно меня возбудили. То, что происходило между Кейлебом, Джоанной и Грейс, должен признаться, тоже.
Телевизор был выключен, свет в гостиной погашен. Темноту разбавляло уличное освещение. И в этом полумраке Кейлеб, разложив диван, попеременно трахал Джоанну и Грейс. Их не волновало, что мы с Брей находимся рядом и тоже не спим. Но такая ситуация вовсе не была для меня новой и непривычной.
Меня удивило другое: легкость, с какой Брей это воспринимала. Значит, и она не впервые видела такую сцену.
Я лежал на полу у стены. Брей наклонилась надо мной и закусила мне нижнюю губу. Она прижималась к моему члену, выпиравшему под тканью шортов. Она хотела меня ничуть не меньше, чем я ее. Я был готов трахать ее, совершенно забыв, одни мы здесь или нет. Скорее всего, густая эротическая атмосфера гостиничного номера возбудила и ее. Особенно когда в двух шагах происходил секс втроем, пусть и не в том варианте, как у нас с Митчеллом. Я не собирался задавать ей вопросы. Я хотел, чтобы она поскорее оказалась на мне. Голая.
– Поскачи на моем члене, – шепнул я.
Брей еще сильнее прижалась ляжками ко мне. Я обхватил ее лицо и стал целовать. Во мне проснулся хищник.
– Снимай шорты, – не попросил, а приказал я.
Такое со мной тоже было впервые.
Я сунул руку внутрь ее шорт. Боже, она была вся мокрая. Я сунул палец в ее влагалище. Брей запрокинула голову и закрыла глаза.
– Снимай! – повторил я, и Брей послушно сбросила шорты.
Я слегка выгнул спину, чтобы приспустить свои шорты вместе с трусами. Брей уселась на меня. Ей не сразу удалось ввести член в себя. Когда это произошло, она вскрикнула. Я снова изогнул спину, чтобы поглубже войти в Брей. Мне не терпелось оттрахать ее. Я обхватил ее ягодицы и не то застонал, не то зарычал.
– Малыш, ты меня очень хочешь? – спросила Брей, вглядываясь в мои глаза.
Я передвинул руки, сжав ее груди через футболку.
– Я тебя ужасно хочу, – прошептал я.
Больше я не мог произнести ни слова. Она закрыла мой рот своим. От ее поцелуя мой член совсем напрягся. Мне даже стало больно. Я уткнулся головкой в ее клитор. Брей застонала, выпрямилась и начала меня трахать. Она гарцевала на моем члене, обдавая меня жаркими волнами.
Мне очень хотелось кончить. Я был близок к оргазму. И все же я остановил ее толчки. Я вышел из Брей и перевернул ее в позу «69». Я раздвинул ей ноги. Ее промежность была полна упоительного, теплого, сладостного лакомства. Я хотел наслаждаться этим лакомством. Я хотел пиршества. А Брей уже сосала мой член, забирая его все глубже. Я застонал и буквально закрыл себе лицо ее влагалищем. Задыхаясь, я лизал и сосал ей клитор, заставляя ее задыхаться от наслаждения. Она подалась вперед. Ее груди, по-прежнему скрытые под футболкой и лифчиком, уткнулись мне в ступни. Она разжала зубы, и мой член выплыл, выплеснулся у нее изо рта. Она больше не могла его сосать, поскольку все ее тело откликалось на мои ласки.
