копьё! — крикнул я девушке, не сводя взгляда со зверя, чтобы не пропустить атаку. Чувство опасности мне совершенно не помогало, потому что каждую секунду вопило о приближающейся смерти. Да мне так плохо при встрече с демонами не было! Может, потому что те не воспринимали меня как угрозу?
— Не могу, их трое! — в отчаянье ответила Ами, но стоило мне на мгновение отвлечься, чтобы посмотреть как дела у девушки, как секач заметил это и рванул вперед, собираясь раз и навсегда избавиться от надоедливого противника, который раз за разом оставлял глубокие раны.
Вот только на сей раз я сам спровоцировал эту атаку и в последнее мгновение отступил за ствол, вонзив погнутое лезвие по самую рукоять в холку твари. Кабан, наученный горьким опытом, затормозил всеми четырьмя копытами, но я уже побежал обратно к дороге. Счет шел на секунды, меня могла подвести измочаленная веревка, дешёвое погнутое лезвие, даже деревце, которому досталось от кабана, но наскоро продуманный план сработал идеально.
Взбешенный зверь, видя, что добыча улепетывает, бросился за мной, не разбирая дороги и не обращая внимания на боль. Но чем ближе он был, тем глубже погружалось лезвие. Наконец зверь дернулся изо всех сил, вырывая оружие из очередной раны, с победным ревом преодолел последний метр, и повис в воздухе, не в силах пробежать дальше. Перекинутая через ветку веревка натянулась до предела, но не отпустила.
Кабан сам поймал себя в ловушку, а гнев не позволял ему сообразить, что нужно не рваться вперед, к врагу, а отступить и порвать веревку. А когда в маленьких поросячьих глазках начало появляться понимание, я уже подскочил к копью и схватив его двумя руками бросился к девушке на выручку.
— Хэй! — громко крикнул я, перетягивая на себя внимание зверей, и тут же ударил одному из них в бок. Полосатый кабанчик взвизгнул, и отскочил в сторону. А через мгновение за ним отлетел второй, которому извернувшаяся Ами умудрилась рассечь пятак на две неровных половинки и теперь кусок мяса болтался на лохмотьях шкуры.
— Сзади! — предупредила Ами, и обернувшись я заметил как матерый секач, быстро сообразивший что ситуация вышла из-под контроля, развернулся и попробовал скрыться в лесу. Но не тут-то было, импровизированная ловушка не только продолжила работать, но и стала эффективнее, за счет того, что зверь оббежал вокруг ствола, за который она была закреплена.
— Займись мелочью! — сообразив что это наш шанс я бросился за кабаном, но зверь тут же прыжком развернулся ко мне, собираясь встретить противника лицом. Вернее двумя парами гигантских торчащих из пасти клыков. — Ну, давай! Бей!
Понятно что зверь ни слова не понимал, да и кричал я больше для себя чем для него, подбадривая и заставляя уняться чувству опасности. Главное, чтобы выдержала веревка, об остальном я уже не беспокоился. Стоило зверю помчаться на меня в намеренье атаковать, как я немедля ретировался, уйдя за ствол.
Не поняв такой трусости от противника, кабан замотал головой, развернулся и вновь бросился в атаку, наматывая круги и веревку на дерево. Понадобилось меньше минуты, прежде чем зверь с грохотом стукнулся о ствол. Теперь он оказался на короткой привязи и не мог уйти далеко.
— Ты что, собираешься убить его так? — удивленно спросила Ами, когда я подошел к кабану и начал примериваться как бы ловчее ударить с безопасного расстояния копьем. — В такой победе нет чести! Небо её не одобрит.
— То есть считаешь, что небо одобрило бы если я умер? — я даже растерялся, оглянувшись на девушку. — А то, что это трёхсоткилограммовая туша, которая меня отбросила как пушинку и распорола мне бок, это в расчет не идет?
— Это бесчестное убийство. — нахмурившись повторила девушка.
— Э нет. — покачал я головой. — Не знаю как у вас тут принято, но я считаю, что побеждать должен не только самый сильный ловкий и быстрый, но и умный.
— Соревноваться в уме с диким зверем, что может быть позорней? — фыркнула девушка. — Ты бы ещё с годовалым ребенком поспорил.
— Обязательно попробую, если этот годовалый ребенок будет выше меня возвышением. — усмехнулся я. — А сейчас все выше меня возвышением. Так уж вышло.
— В этом нет чести. — вновь проговорила девушка, и кажется кабан даже посмотрел на нее с уважением. Ну или сочувствием. В любом случае совета я у него спрашивать не стал, а приноровившись резко ударил в шею, распоров вену и горло.
— О небо. — вздохнула девушка, когда секач завопил, дергаясь из стороны в сторону. Чтобы не мучить животное лишний раз, она нанесла неуловимый удар, но силы девушке не хватило, и вместо того, чтобы отсечь голову, она лишь распорола горло, с другой стороны, а хребет перерубить не смогла. — Теперь небо точно навесит на меня преграду за такую подлость.
— А надо было бить сильнее. — сказал я, и наконец подгадав момент вонзил копье в глаз ослабевшего монстра. Наконечник с большим трудом вошел в узкую глазницу, пробил внутреннюю стенку черепа и зашел в мозг, отправляя хрюнделя в его свинский рай. Если он в этом мире есть.
— Тебе нужно съесть его средоточие, пока оно не исчезло. — сказала Ами. — Может хоть тебе оно пойдет на пользу.
— Показывай. — кивнул я, с готовностью достав клинок без рукояти. В таком виде сражаться им было совершенно невозможно, а вот в хозяйственных целях использовать его я вполне мог, легко вспоров шкуру и добравшись до маленького пульсирующего шарика рядом с сердцем.
— Ты должен проглотить его! — настойчиво сказала девушка и я затолкал пульсирующий кровавый сгусток в рот. Организм напрочь отказывался глотать эту склизкую и одновременно колючую субстанцию, но я справился. А когда ядро оказалось в желудке, пальцами ухватился за горло останавливая рвотные порывы.
— Держись! Тебе нужно обуздать пульсирующую внутри энергию! — говорила девушка, совершенно ничего не объясняя.
— Фиговый из тебя наставник. — сказал я, тяжело дыша. — Подробнее, что я должен сделать⁈
— Выживи! Ты должен выжить и поглотить его энергию… — девушка говорила что-то ещё, но я уже находился на грани забытия. Энергия, хлеставшая из поглощенного мной узла до крови, расцарапала мои органы, заставила сердце сжиматься в спазмах, почти порвала желудок и желала вырываться наружу.
Даже когда меня грызли крысы, боль оставалась меньше. Она была отвратительна, неестественна. Словно морской
