— До встречи Анют! — попрощался Андрей и быстро поцеловал ее в щеку, что было по мнению Ани лишним. Момент был неловкий, и она поспешила уйти, не оглядываясь и не произнося больше не слова.
Три часа в салоне эконом — класса девушка не думала ни о чем, она слушала музыку, словно мазохистка, причиняя себе еще большую боль, потому что слова песен были созвучны с ее состоянием. Так, поглощенная в себя, она не заметила, как пересела в автобус и доехала до родной деревушки. Только выйдя из душного салона, вдохнув свежий воздух с легким ароматом хвои, Аня улыбнулась от радости. Как же здорово вернуться домой! Родной пейзаж — величественные горы, хвойный лес, маленькие домики, родные запахи скошенного сена, свежести, лошадей, родной шум бурной реки и еще самый родной голос на свете.
Маргарита Петровна бежала к своей девочке, не видя ничего вокруг, слезы застилали ей глаза. Они не виделись целых два года! Женщина расстроилась, отметив про себя худобу внучки и усталый вид.
Аня счастливо улыбнулась, сжала бабушку в крепких объятиях, так они и стояли на остановке, обнявшись и рыдая, потом все же пошли домой. Шли они молча, с улыбкой смотря друг друга, разглядывая родные черты. Аня отметила, что бабушка почти не изменилась разве, что похудела немного. Маргарите Петровне же напротив нашла много перемен в лице внучки. Она заметила, что Аня повзрослела, теперь ее внучка была похожа на девушку, а не на девчонку-подростка, еще заметила припухшие от слез глаза, в которых затаилась боль. Сердце женщины заныло, но она всегда была оптимисткой и борцом, поэтому знала, что они, как и всегда справятся.
— Нюрочка, как же я рада родная, как же рада! Ой! — Маргарита Петровна обнимала, целовала Аню в перерывах между всхлипами. Так они и шли, останавливаясь на то, чтобы выразить свои эмоции.
— Бабушка, ничего не изменилось! — воскликнула девушка, оглядывая местность. По дороге встречались соседи, каждый хотел поболтать с ними, а потому путь до дома занял много времени, но все же они дошли и показался деревянный, двухэтажный дом с эркером. Аня замерла, любуюсь им, в груди щемило, хотелось как в фильмах сказать — «дом, милый дом!» Быстро взбежав по ступенькам, Аня, словно ураган понеслась в гостиную, побросав на пороге сумки. Маргарита Петровна знала, куда она помчалась, а потому не удивилась, когда через минуту раздалась красивая мелодия. Маргарита Петровна вошла в гостиную, внучка счастливо улыбалась, а пальцы искусно скользили по клавишам.
«Какая же красивая она выросла!» — любовалась она Анюткой, прислонившись к дверному косяку. Чуть позже женщина села на диван, а Аня начала играть ее любимые мелодии. Так прошел еще час, Аня бы и не переставала играть, но Маргарита Петровна вспомнила об ужине, и они решили отложить концерт на потом.
Ужин прошел в теплой атмосфере, обе рассказывали о самых ярких и хороших моментах, прошедших за год. Ане было тяжело, потому что десять дней июля были, пожалуй, самыми яркими и счастливыми за все пребывание в Москве, если не сказать, что за всю жизнь! Аня решила, что расскажет бабушке, она обязана поделиться этим с женщиной, которая поделилась с ней всем в этой жизни, как бы не было тяжело вспоминать. Но только счастливыми моментами, а то в какую грязь они вылились, должно остаться с ней и только. Бабушке ни к чему эти переживания! Аня так и сделала, рассказала почти все, что было у нее с Маркусом за десять дней, кроме интимных моментов-это тоже бабушке знать ни к чему! Аня говорила спокойно и с улыбкой, будто ничего особенного и не произошло, удивительно даже.
— И что же он теперь уехал к себе, и ваши отношения закончились? — Маргарита Петровна чувствовала, что есть в этой истории еще что-то, но Аня лишь кивнула. Ну, что же, и на том спасибо. — Нюр! — не выдержала все же Маргарита Петровна.
— Да бабуль? — Аня мыла посуду, а потому, когда повернулась, увидела слегка смущенный вид бабушки и удивилась.
— … Я… В общем я конечно понимаю, что ты взрослая девушка, и что в наш век сексуальная свобода и все такое, и что это не мое дело, но все же… .
— Нет! — Аня сразу же поняла вопрос, который хотела задать бабушка. Она сама была ужасно смущена, эта тема была для Ани неприятна, она напоминала о самом большом унижении в жизни. Маргарита Петровна просто кивнула и больше они к этому не возвращались.
После разговор перетек в более безопасное русло, и они проболтали до поздней ночи. Весь следующий день Аня провела, встречая или посещая знакомых, друзей, а потому была отвлечена от мыслей, но настал вечер, бабушка уехала в город, она давала частные уроки.
Аня осталась в одиночестве. Только она и интернет. Страх, волнение и тоска. Руки дрожат, медленно печатая два слова в Гугле. Аня зажмурила глаза, прежде чем увидеть результаты поиска, а потом всего тридцать сантиметров отделяют ее от него, такого красивого и счастливого, ее пальцы тянутся к экрану, обводят контур твердых губ, впалые щеки! «Глупая, что ты делаешь?!» Щелк — википедия, все как он и рассказывал и даже больше, все, за исключением того, что он лучший в мире футболист, а она, дура даже и предположить не могла! Щелк, назад, последние новости за месяц. Седьмое июля, фото в аэропорту, господи, тот чемодан, те очки, футболка, как в первую встречу, а вот еще фото- уже перед лимузином, он отрешенно смотрит, словно что-то решил в эту минуту. Дальше статья — «Маркус Беркет посетил Москву, чтобы увидеться с Лорен Мейсон, которая вот уже пол года является постоянной спутницей футболиста…» Дальше Аня уже не смотрела, слезы застилали глаза. Как же мерзко, унизительно и больно. Трясущимися руками начала листать дальше, а дальше две недели Бали! Две недели только он и она! Вот они что-то обсуждают, сердце ноет, вот они смеются, душа кричит, вот они целуются, дыхание перехватывает, словно ей дали удар под дых. Каждая фотография втаптывала в грязь ее и ее чувства. И везде объятия, поцелуи, счастливые улыбки. Еще миллион разных фото, разные места, разные года и разные девушки, точнее бесчисленное множество известных певиц, моделей, актрис, в том числе и те, которых Аня очень любила. Она чувствовала себя жалкой на фоне этих безумно красивых и ухоженных женщин. Как же стыдно, как он наверно смеялся над ее попытками в тот последний вечер! И слепому ясно, что с этими красавицами она и рядом не стоит. Было горько, хотелось рыдать от обиды и унижения. Она захлопнула ноутбук, не в силах больше выносить эту пытку и издевательство. Но это не помогло, перед глазами стояла сексуальная блондинка, целующая ее любимого мужчину, мужчину, который никогда не будет ей принадлежать! Какая жестокость и насмешка — смотри и знай все о его жизни, но не имей ни единой возможности и надежды на что то!
