всех жизненных передряг.
В своем времени, Вера не имела дела со сберкассами и деньги предпочитала хранить в бельевом шкафу. Хотя всем известный советский лозунг «Храните деньги в сберегательной кассе!» предупреждал о возможности потери всего нажитого непосильным трудом, но Вера оставалась беспечной в этом вопросе.
В пятницу, утром перед школой, Катя напомнила ей, что в понедельник ей нужны деньги на обеды. Вера так расслабилась, расплачиваясь везде карточкой, вопрос дочери застал ее врасплох, заставив срочно проверить наличные в кошельке. Денег было мало. Вера, предчувствуя катастрофу, изучила карточку и выяснила, что банк, выдавший ее, называется ВТБ. Отправив Катю в школу и заведя младшенького в садик, она вышла на центральный проспект и остановила первую молодую женщину, лицо которой ей показалось располагающим.
- Где находится банк ВТБ? – переспросила женщина – вроде в городе несколько офисов, ближайший по Троицкому расположен. Она подробно объяснила, как найти банк и Вера, окрыленная надеждой, отправилась прямо туда.
Ее номер высвечивался на табло, а Вера так задумалась, что даже не слышала, как объявили ее талон.
- Девушка, вас вызывают – молодой человек, который ей помог получить заветный талон, благожелательно кивнул на табло.
Вера растерянно поблагодарила и поспешила занять стул указанного стола.
- Слушаю вас?
Вера растерянно взглянула на служащую, и заискивающе сказала.
- Мне надо снять наличные – она протянула карточку и паспорт.
Девушка взяла паспорт и защелкала клавишами компьютера.
- Деньги на карточке есть, пройдите к банкомату и снимите. Я не поняла в чем у вас проблема? Может вы забыли пин-код?
Вера не знала, что такое пин-код, но уверенно кивнула. Конечно забыла и не важно, что она его и не знала.
- Еще скажите, сколько там денег.
Девушка написала на бумажке цифру, которая ее здорово обрадовала и успокоила. Денег было пока достаточно, но надо бы следить за расходами.
- Вы пользуетесь личным кабинетом? У вас есть наше приложение?
Вера растерянно покачала головой, может Ангелина и пользуется этими кабинетами, вдруг ее уличат сейчас во вранье. Девушка протянула ей бумажку.
- Это новый пин-код, пройдите к банкомату.
- Я не могу – пискнула Вера. Ей вдруг стало жарко, она уже давно расстегнула пальто, но сейчас она почувствовала, как струйки пота стекают по ее спине. Щёки у нее полыхали, во рту пересохло. Почему здесь так душно, сейчас она потеряет сознание, хорошо, что сидит. Может, девушка не заметит ее несчастного состояния.
- Вам плохо? – участливо спросила девушка – чем я могу помочь?
- Можете – Вере стало немного легче дышать, и темнота перед глазами рассеялась – помогите мне снять деньги, я забыла как пользоваться банкоматом.
Девушка удивленно посмотрела на Веру, но ничего не сказала. Она встала из-за стола и пошла к выходу, Вера поплелась за ней, чувствуя себя круглой идиоткой.
На воздухе ей стало легче, она вроде как пришла в себя и поняла, что домой не хочет идти. Она пошла вперед, в сторону Морского вокзала, автоматически отмечая небольшие изменения в облике города. Надо сказать, что проспект изменился не сильно, но вот следующая улица, ближе к набережной полностью изменила свой облик.
Проходя мимо нового здания, она увидела знакомую уже вывеску «Блин-Хаус». Румяный повар улыбался ей как старый знакомый и она вспомнила, что завтрак был давно, а время почти обеденное.
В этот раз она уже не испытала душевного трепета при виде шикарной обстановки кафе. Удобно расположившись на мягком диване и взяв меню, она уже готовилась немного расслабиться и насладиться незнакомыми блюдами как услышала женский голос, выкрикивающий ее имя.
- Ангелина!
Нет, имя конечно не ее, но именно так звали ее телесную оболочку в этом мире. Она еще не готова была идентифицировать себя с личностью этой Ангелины, но на имя уже научилась реагировать. С замиранием сердца она посмотрела на молодую женщину, спешащую к ее столику.
На вкус Веры, женщина была одета вызывающе. Черные блестящие брючки, кургузый пиджак ярко розового цвета. На шею намотан легкий шарф, из него, как из кокона торчала голова с длинными, висящими сосульками вокруг щек, волосами.
- Вот где встретились, как здорово. Мне с тобой надо поговорить, это на счет школьного собрания. Ты в родительском чате совсем не появляешься, а меня там Волкова окончательно с дерьмом смешала.
Вера удивленно и недоверчиво посмотрела на женщину, на ее странные, как будто надутые губы и ничего не сказала. Она уже поняла, что это знакомая Ангелины по школе, скорей всего, их дети учатся вместе. Вот только что за чат такой, Вера не поняла и решила молчать и кивать головой как болванчик. Типа, она полностью согласна с этой губастой.
- На собрании должен решиться вопрос по ремонту класса и замены мебели. Я считаю, менять мебель необходимо и жалюзи тоже. Они уже не будут гармонировать с цветом стен. Учитель еще просила шкафчики дополнительно сделать, как считаешь, потянем?
- А ты как считаешь? – осторожно спросила Вера и то, только потому, что надо было что-то сказать.
- Я считаю, наши дети заслуживают самого лучшего и пусть Волкова возмущается сколько влезет. Она грозилась позвонить в департамент и нажаловаться.
- На кого? – удивилась Вера. С тезисом, что детям все лучшее, она была полностью согласна, пока не поняла, что все лучшее будет предоставлено за счет родителей.
- Она и еще двое против сбора денег на подарок учителю. Прямо в позу встала и стоит на своем, что достаточно букета цветов.
Вера кивнула, ну, конечно достаточно.
- Вот и я говорю, что букет- это банально и очень дешево. Нужен еще сертификат тысяч на пять как минимум. Я знала, что ты поймешь меня и поддержишь. На собрании только не молчи, а прямо озвучь все свои мысли. Ой, ты что-то красная вся и не накрашена. Уж не заболела ли?
Губастая с удивление посмотрела на растянутый серый свитер. У Ангелины полно одежды в шкафу, но вся она какая-то не во вкусе Веры. Слишком яркая и сексуальная. Вера так и не могла понять, зачем столько однотипных кофточек всех оттенков радуги. Она выбрала самую блеклую и неброскую, правда немного заношенную и растянутую. Сейчас она вдруг ясно поняла, как неуместен ее наряд для кафе и как смешно она выглядит на фоне этой дамы из родительского комитета.
- Да, я на больничном, на
