— Такие же, как у твоего безопасника, — развел руками комиссар. — Из дома он не выходил, по крайней мере, со вчерашнего утра, но дома его уже давно нет. Ориентировки, конечно, по вокзалам, автобусным станциям, постовым на выездах из Города, в аэропорт дали, результата, как и ожидалось, нет. Да и не стал бы он убегать сейчас, когда в спину дышат. Тем более, полон Город и все дороги военных. Видимо, залег где-то и пережидает волну.
— А как он вышел из дома? тоже подземным ходом, как Арнич с девицей из ресторана? Кстати, с этими подземельями хоть какая-то ясность возможна? — поинтересовался контрразведчик.
— Отвечаю по пунктам, — улыбнулся комиссар. — Нет, подземного хода в его доме не нашли. Может быть, через крышу, или через соседей… сейчас только поехали, будут разбираться, я посчитал вопрос не главным, вот и отложил его немного, пока люди не освободятся от главного. А с подземельем ты никакой ясности никогда не увидишь, — прояснил и второй вопрос капитана комиссар.
— И это мне говорит знаток криминального мира Города? — нарочито удивился контрразведчик. — Неисповедимы пути богов…
— Эти катакомбы начали долбить под землей еще при римлянах, — вздохнул полицейский. — И позже каждый хозяин Города считал прям-таки своим долгом их расширить, дополнить и запутать. Какие-то ответвления закладывались, новые ходы рылись, потом, с годами и столетиями кладка обрушалась и опять, будто ниоткуда, возникал старый проход… ни чертежей, ни схем, ни даже мало-мальски знающих людей не найти…
— То есть, где из подземелья вышли Арнич со своей девицей, мы установить не сможем?
— Мы не можем даже точно сказать, уходили ли они через подземелье, там же собаки отказываются работать, и никаких следов не видно, — потер подбородок комиссар. — А если сможем, то что нам это даст? круг поиска? вряд ли они сидят там затаившись или ждут нас возле какого-нибудь выхода… Утешает только одно, по слухам и городским легендам подземелья за черту Города не выходят…
Капитан встал со стула и привычно попробовал пройтись по кабинетику. Полицейский с легким злорадством понаблюдал, как его гость натыкается на папки, стулья, заваленные бумагами, пытается просочиться рядом с ним к окну, и предложил:
— Перерыв, капитан? Пойдем-ка в комнату отдыха, выпьем кофе с коньяком, отдохнем мозгами и попробуем еще разок оценить всю ситуацию с самого начала…
Комната отдыха в полицейском управлении Города носила громкое название «Зал рекреации и восстановления личного состава» и была до предела заполнена всевозможными цветами в горшках, кадках, ящиках и тому подобных приспособлениях. Кроме домашних «джунглей» здесь находился огромный, литров на триста аквариум, за которым присматривал специально взятый на полставки специалист, чем вызывал жгучую ревность у некоторых любителей аквариумоводства из числа кадровых полицейских. Был здесь и телевизор, и парочка кофеварок, и запасы чая и кофе, и масса разнообразных пепельниц, потому что курили стражи порядка в комнате отдыха не менее интенсивно, чем в своих рабочих кабинетах. В основном комнату использовали для празднований дней рождения средней руки начальства или всеобщих любимцев управления, с годами превратившихся в местные достопримечательности. Но иногда сюда собирались и начальники департаментов на неофициальные посиделки-совещания.
Сейчас комната пустовала, и комиссар, на правах хозяина приготовив на двоих кофе, уселся со своей чашечкой рядом с капитаном контрразведки. Отсутствие телефонов, постоянно прерывающих размышления в самый неподходящий момент и уютное воркование телевизора, работающего здесь постоянно, но исключительно «для фона», создавало почти домашнюю, непринужденную и раскрепощенную атмосферу.
— Итак, что мы имеем? — начал комиссар, отхлебнув кофе из своего картонного стаканчика, выдаваемого кофеваркой вместе с напитком. — Если, конечно, изначально взять за аксиому причастность Арнича к ограблению дядюшки Филиппа.
— Берем за аксиому, — согласился капитан. — Я уже понимаю, что кроме него, в городе вряд ли кто отважился бы на такое…
— Без четверти восемь вечера, позавчера, дядюшка Филипп выходит из дома и на заранее заказанном такси едет в театр. Арнич выжидает минут пять, для верности, и начинает действовать. Ему надо подняться в квартиру, открыть отмычками дверь, подобрать пароль к сейфу, перегрузить десять кило алмазов и остальное содержимое сейфа в сумку или чемодан. Пусть все это займет минимум — десять минут.
— Маловато, — засомневался капитан. — Сейф, если я правильно помню по протоколам, не из самых простых, да и замки на дверях внушают уважение.
— Если больше, тогда Арнич вообще убирается из числа подозреваемых, — отметил полицейский. — Тем более, что видеокамеры не только его, вообще никого не увидели в доме.
— А этот фокус хоть как-то объяснить можно? — поинтересовался капитан.
— Всю тамошнюю технику сейчас шерстят уже ваши специалисты, — с легкой обидой в голосе отозвался полицейский, — наши ничего не нашли, пришлось поставить эту загадку в рубрику «необъяснимое»…
— Да, лучше отложить вопрос, пока длится это разбирательство, — согласился капитан. — Но ребята у нас, в техотделе, дотошные, должны накопать, если что-то там было.
— Далее, Арнич выходит из дома и за двадцать минут добирается до сауны, где его уже ждет компаньон и проститутки. Тут небольшая накладка. Все — и персонал, и девочки, и их бородатый сутенер — называют разное время прибытия в сауну. Девочки утверждают, что приехали туда только в половину девятого, сутенер твердит, что ему уже оплатили время с половины девятого, охранники в сауне видели Арнича то ли в восемь пятнадцать, то ли в восемь двадцать, входящим в помещение.
— Пятнадцать минут — солидная фора, — отметил контрразведчик.
— Не для Арнича. Путь от дома дядюшки Филиппа до сауны занимает сорок минут. Это если знать проходные дворы и практически бежать бегом, привлекая внимание на вечерних улицах. Проверял малыш Пино, он самый молодой и шустрый, для меня бы этот путь обошелся в полный час…
— Не прибедняйся, — улыбнулся капитан, и тут же предположил: — А если возле дома его ждала машина?
— Еще дольше, как ни странно. Прямого пути на автомобиле нет, пришлось бы ехать через Центр, был шанс вообще застрять в пробке на несколько часов. Но и без пробок объезд займет побольше сорока минут. Но — Арнич успевает за двадцать-тридцать, и еще при этом где-то прячет взятое из сейфа. А это тоже должно было занять время, даже если он и прятал украденное в заранее подготовленном месте.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
