Читаем без скачивания Красная кнопка - Александр Тамоников

— Что, и «Шилку» загнали внутрь? — удивился Армани.

— Нет, для этого нужна огромная пещера, таких в холмах быть не может.

— Но тогда ЗСУ было бы видно, даже если бы ее поставили вплотную к склону, да еще пикап?

— Все дело в том, что западный склон представляет собой обрыв. Боевики подогнали технику к обрыву и с расстояния натянули небольшую маскировочную сеть, в которую всадили и кусты, и траву, и даже небольшие деревья. Ты местный, знаешь, что в вашем климате и эта растительность, даже вырванная из грунта, стоит в первозданном виде очень долго.

— Хитро придумали игиловцы. Сверху для беспилотника — холм как холм, вокруг много таких. Поэтому и не зафиксировал. А как разведгруппа докопалась до истины?

— Ты слишком любознателен.

— Пока есть возможность, набираюсь опыта. Когда еще придется работать вместе с русским спецназом!

— О! Этого еще предстоит немало. Насчет выхода. Наблюдатели разведки уловили странное движение по склону. Командир разведгруппы подошел вплотную к холму. У боевиков были выставлены камеры видеонаблюдения, и они засекли наших. Главарь решил уничтожить группу, одного же, командира, захватить и тут же сменить позицию. Но для этого надо было снять авианаводчика, который входил в состав разведгруппы. Тогда главарь послал своего заместителя из запасного тоннеля в овраг. Но его заметили, авианаводчика предупредили, и он взял вражеского снайпера. И тут в работу вступили остальные двое. Они уничтожили боевиков особой команды, вышедших для захвата командира разведгруппы, и двух дозорных, тем самым захватив ЗСУ и заблокировав пещеру. Ну, а дальше все просто, как на полигоне, главарь вызвал помощь, мы пустили на его группу «Ми-24». «Духи» попытались выйти через запасной выход, и разведчик с вершины «приземлил» одного. Затихли, но ненадолго. Главарь, некий араб из Объединенных Арабских Эмиратов, решил подорвать пещеру вместе с ПЗРК и оставшимися тремя наемниками. Но двое из них очень хотели жить, ведь, по сути, они не участвовали в боях, не стреляли ни по сирийцам, ни по курдам, ни по нам, только прибыли вместе с «Шилкой». Это были турок и албанец, которых ты видел, их подвезли на пикапе. Они расстреляли фанатиков и сдались! Вот и вся история. Обычная история этой войны.

— На словах все так просто, словно твои офицеры поиграли с боевиками в нарды и влепили им «домашний марс». Представляю, что происходило в районе в реальности. Твои люди из разведки постоянно рисковали собой.

Жилин похлопал молодого сирийского капитана по плечу:

— Мы постоянно рискуем, Мухтар, и даже привыкли к этому. На базе, на отстое, парням частенько не хватает адреналина, и они сами просят отправить их на поиск, как они выражаются, «духов». Это люди войны, Мухтар. Они без нее, увы, уже не могут.

— Да, ты прав, — задумчиво проговорил сирийский капитан. — Но все равно только вы могли так быстро найти тщательно укрытую базу террористов и силами трех разведчиков блокировать ее, уничтожив половину личного состава и вынудив игиловцев сдаться. Я что-то не припоминаю ситуаций, когда эти собаки сдавались бы.

— Напомню, сдались турок и албанец. Обычные наемники. Они пришли сюда зарабатывать деньги, а не подыхать за идею Всемирного халифата. Впрочем, и заместитель главаря особо не стремился на небеса. Но достаточно разговоров, пора заняться делом. Связывайся с Шамсером, я поговорю с начальством, и двинемся к району холмов. Там примем окончательное решение с учетом ценных указаний из Хмеймима.

— Я доложу, как взвод будет готов к маршу!

— Угу, доложи!

Технический персонал закончил перезаряжание «Ми-24» майора Кузнецова, поднял оборудование на борт одного из «Ми-8», сам остался в десантном грузовом отсеке. Капитан Лосев попрощался с Жилиным, и пять вертолетов, один за другим, взмыли в воздух, взяв курс на Хмеймим.

Жилин прошелся по опустевшей поляне, ближе к роще стояли «Ми-8» майора Макарова и «Ми-24» майора Кузнецова, вокруг пять десантников.

Из рощи вышел взвод сирийского спецназа. Внешний вид бойцов впечатлял. Все рослые, крепкие, примерно одного роста, таких строить по ранжиру тяжело, в глазах спокойствие, свойственное людям, уверенным в своих силах. Форма без знаков различия российского производства сидела ладно, бронежилеты, разгрузочные жилеты, автоматы, РПГ, пояса.

Осмотром майор остался доволен. Взвод по команде капитана Армани разбился на отделения, каждое направилось к стоящим в колонне БМП. Кто-то разместился в десантном отсеке, кто-то на броне. Все как надо.

— С командиром роты связался, — подходя, доложил капитан. Он подтвердил приказ о подчинении взвода командиру российской группы спецназа. Взвод готов к маршу.

— Сам Шамсер доукомплектовал роту?

— Так точно.

— Отлично! Тогда делаем так: я на пикапе впереди, БМП с личным составом за нами. Ты тоже можешь сесть в «Тойоту».

— Нет, я со своими бойцами.

— Добро! Начинаем движение по моей команде.

— Есть, командир!

Жилин прошел к пикапу.

— Что с машиной, Олег? — уточнил он у Юрченко.

— Полный порядок, только прохладно будет ехать.

— Не замерзнем. «Спутник» на заднем сиденье?

— Так точно.

— Давай выруливай к колонне и вставай перед головной машиной.

— Есть!

Прапорщик вывел «Тойоту» в голову колонны.

Тем временем Жилин вызвал на связь полковника Северцова.

— Слушаю тебя, Сережа, — сразу ответил тот.

Жилин доложил обстановку.

— Значит, все прошло в штатном режиме?

— Так точно. После сеанса связи начинаем марш и через двадцать минут, плюс-минус три минуты, будем у холмов. Там разместить БМП места валом.

— Ты об охранении не забывай. Беспилотник, что сейчас работает в воздушном пространстве вашего района, не фиксирует движений боевиков, но кто знает, что у Курмани на уме. Может скрытно выслать к холмам парочку небольших диверсионных групп из шахидов.

— Я все прекрасно понимаю.

— Ну и отлично. По прибытию к холмам вновь доклад мне.

— Есть!

— Как тебе сирийцы? Способны уничтожить остатки отряда Радани?

— Вполне. Подготовка в Подмосковье не прошла даром.

— Что у них есть против танков?

— РПГ-7, три штуки, пятнадцать выстрелов к ним.

— Этого достаточно при умелой организации наступления.

— Так точно.

— Я вот что, Сережа, подумал. Подготовка в Подмосковье — конечно, серьезно, но все-таки мы не знаем, как поведут себя сирийцы. Я ни в коем случае не сомневаюсь в их боевых возможностях, однако страховка не помешает.

— Что должен сделать я? Возглавить взвод? Тем самым нанести обиду капитану Армани?

— А если взвод запаникует или попадет в засаду, мне на кого обижаться? Но самому не лезть. Пошли с Армани пару своих парней. Тех же Смирнова и Соболя, к примеру. Они отдохнули, дело знают, если что, подскажут Армани, как исправить возникшую вероятную опасность. Но проинструктируй их, что взводом командует Армани, а они всего лишь типа советники. И обговори необходимость присутствия наших бойцов при штурме отряда Радани.

— Каким образом обосновать?

— Ну, к примеру, что тебе поставлена задача вместе с сирийским взводом направить двух бойцов на захват главаря банды.

— А его надо взять?

— Это повод. На хрена нам какой-то Радани, хотя, если получится взять его, не помешает. Да, именно на захват главаря ты вынужден отправить вместе с сирийцами двух своих бойцов.

— Это уже напоминает приказ, Александр Сергеевич.

— Думай что хочешь, но все должно быть сделано, как я сказал. Впрочем, найдешь повод убедительнее — карты в руки.

— Когда ждать приказа на работу?

— В любое время.

— Понял!

— Ну, а понял, работай, майор!

— До связи!

— До связи!

Жилин отключил станцию, уложил в кейс, включил устройство дистанционного приема сигнала и кивнул Юрченко:

— Давай, трогай, Олег! Маршрут тебе известен, и не забывай, что мы не одни, за нами БМП, механик которых понятия не имеет, что представляет собой путь к району подготовки штурма. Особенно у оврага. Обойди его подальше грунтовки.

— Понял, командир!

— Вперед!

Колонна двинулась к району небольшой рощи и холмов.

Глава восьмая

Маршрут преодолели за двадцать минут. Единственная заминка вышла у западного края оврага. Юрченко взял левее дороги, проходившей вдоль довольно обрывистого склона, и попал на участок канав. Если для БМП они не составили особых препятствий, то «Тойоте» пришлось продвигаться с трудом. Майора Жилина подбрасывало на каждом ухабе, в каждой яме.

— Юрченко, мать твою! У тебя глаз нет? — не выдержав, выругался он.

— Так вы сами, товарищ майор, приказали объехать овраг, а я не проверял, что за местность дальше грунтовки. И не надо, пожалуйста, трогать мою мать. Она умерла два года назад. И вообще это нехорошо.