— Ты безжалостный человек.
— Я просто хотел избежать недоразумений. После того как мы убедимся, что кольцо открывает шкатулку, отнеси его к Флейте и выясни, чувствует ли она рубин под этой крышкой. Если да, я отнесу кольцо к ювелиру, чтобы нарастить золота на крышку. Мы можем делать это, пока не добьемся нужного результата.
— Ты весьма практичен, Халэд.
— Хоть кому-то в этой компании нужно быть практичным.
— Что ты сделал с флорином Келтэна?
— Заплатил им ювелиру. Флорин покрыл часть платы. Остальное ты мне будешь должен.
— Прежде чем мы доберемся домой, я окажусь по уши в долгах.
— Это не страшно, Спархок, — ухмыльнулся Халэд, — мы все знаем, что ты вполне способен их оплатить.
— С меня довольно! — со злостью объявил Спархок после того, как наскоро выглянул из-за входной двери наружу. Прошло уже два дня, и все только что спустились в общий зал позавтракать. — Готовьтесь к отъезду.
— Спархок, — сказала Флейта, — я не смогу вернуть корабль в такую бурю. — Вид у девочки все еще был утомленный, но она быстро приходила в себя.
— Значит, мы отправимся сушей. Мы сидим здесь, точно утки в канаве, ожидая, когда наш приятель соберется с силами. Мы должны ехать.
— Спархок, сухопутное путешествие до Материона займет у нас несколько месяцев, — возразил Халэд, — а Флейта пока еще слишком слаба, чтобы ускорять наше продвижение.
— Я не так уж и слаба, Халэд, — запротестовала Флейта. — Я немножко устала, вот и все.
— Тебе непременно нужно делать это самой? — спросил у нее Спархок.
— Я что-то не поняла тебя.
— Если бы здесь оказался кто-нибудь из твоих родственников, он бы смог помочь тебе? — Она нахмурилась. — Скажем, ты принимала бы решения, а он помогал бы тебе физической силой.
— Замечательная идея, Спархок, — сказала Сефрения, — но поблизости нет родственников Афраэли.
— Зато есть Беллиом.
— Я так и знал, что это случится, — простонал Бевьер. — Проклятый камень перевернул мозги Спархока вверх тормашками, и теперь он возомнил себя богом.
— Нет, Бевьер, — усмехнулся Спархок. — Я не бог, но мне доступно состояние, весьма близкое к божественному. Когда я надеваю кольца, Беллиом вынужден исполнять все мои приказы. Если это и не то же самое, что быть богом, то довольно близко. Давайте позавтракаем, а потом все вы соберете вещи и навьючите коней. Мы с Афраэлью покуда обсудим в подробностях, как нам предстоит действовать.
ГЛАВА 7
Ветер завывал на улицах Джорсана, обрушивая на них потоки дождя. Спархок и его друзья поплотнее закутались в плащи, наклонили головы и непреклонно двинулись в сердцевину бушующего урагана.
У городских ворот не было стражи, и отряд выехал в чистое поле, где ветер, ничем не стесняемый, ярился еще сильнее. Говорить было невозможно, так что Спархок попросту показал на раскисшую дорогу, которая вела в Корван, город в пятидесяти лигах севернее Джорсана.
Примерно через милю от города дорога заворачивала за низкий холм, и там Спархок осадил коня.
— Теперь нас никто не увидит! — прокричал он, перекрывая вой ветра. — Посмотрим, что у нас получится! — Он сунул руку под рубаху, где хранил золотую шкатулку.
Берит, ехавший в арьергарде, галопом подскакал к ним.
— Сзади едут какие-то всадники! — крикнул он, вытирая залитое дождем лицо.
— Они гонятся за нами? — спросил Келтэн. Берит только развел руками.
— Сколько их? — спросил Улаф.
— Двадцать пять — тридцать, сэр Улаф. За дождем я не смог их хорошо рассмотреть, но, по-моему, на них какие-то доспехи.
— Отлично, — проворчал Келтэн. — Убивать любителей не слишком-то весело.
— Каково твое мнение? — обратился Спархок к Вэниону.
— Нужно взглянуть на них. Быть может, мы их вовсе не интересуем.
Они развернули коней и проехали ярдов сто назад по раскисшей дорожной грязи.
Всадники, подъезжавшие сзади, перешли на шаг. Это были грубого вида детины, одетые в меха и вооруженные по большей части копьями с бронзовыми наконечниками. Физиономию их вожака украшала огромная густая борода, а на голове у него красовался старинный шлем, увенчанный оленьими рогами.
— Все ясно, — отрывисто проговорил Спархок. — Они явно гонятся именно за нами. Вернемся к остальным и обсудим, что делать.
Они повернули и поскакали к друзьям, которые укрылись у подветренной стороны соснового леска.
— Мы слишком долго проторчали в Джорсане, — сказал Спархок. — Ребал успел созвать подмогу. Люди, которые едут за нами, — воины из бронзового века.
— Как ламорки, которые напали на нас в окрестностях Дэмоса? — спросил Улаф.
— Верно, — сказал Спархок. — Эти, скорее, соратники Инсетеса, чем Дрегната, а в общем, разница невелика.
— Вы определили их предводителя? — спросил Улаф.
— Он едет впереди, — ответил Вэнион.
— Это упрощает дело.
Вэнион вопросительно взглянул на талесийца.
— Мы уже сталкивались с этим прежде, — пояснил Спархок. — Мы не знаем почему, но если убить вожака, остальные солдаты попросту исчезают.
— Не могли бы мы просто спрятаться в лесу? — спросила Сефрения.
— Я бы не хотел рисковать, — ответил Вэнион. — Сейчас мы, по крайней мере, знаем, где они. Если мы потеряем их из виду, они могут обогнать нас, свернуть с дороги и устроить нам засаду. Лучше разобраться с ними сейчас и без промедлений.
— Мы зря тратим время, — отрывисто бросил Келтэн. — Давайте покончим с ними!
— Халэд, — обратился Спархок к своему оруженосцу, — возьми Сефрению и детей, и укройтесь в лесу. Постарайтесь никому не попасться на глаза.
— Детей?! — возмутился Телэн.
— Делай что говорят, — сказал ему Халэд, — и даже не думай проверять, как ты научился владеть шпагой.
Рыцари развернулись и поскакали по грязи навстречу преследователям.
— Они одни? — спросил Бевьер. — Я имею в виду, вы не смогли определить того, кто извлек их из прошлого?
— Мы узнаем это, когда прикончим парня в рогатом шлеме, — проворчал Келтэн. — Когда остальные исчезнут, тот, кто все это устроил, останется стоять под дождем один-одинешенек.
— Нет смысла выжидать, — мрачно сказал Вэнион. — Поторопимся, господа. Я уже промок.
Они откинули плащи, чтобы освободить руки для оружия, надели гладкие стальные шлемы, которые были приторочены к седлам, и прикрепили щиты.
— Я сам им займусь, — бросил Келтэн Спархоку, посылая своего коня в обгон Фарэна. Он расправил плечи, и в голосе его была сдавленная ярость. — Вперед! — прорычал он, обнажая меч.
Рыцари помчались в атаку.
Воины из девятого столетия отпрянули, увидев, что на них во весь опор несутся рыцари церкви и комья грязи летят из-под могучих копыт боевых коней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
